Чтение онлайн

— Этот тебе, этот — мне.

Он зарядил обоймы.

— Хорошо, — подержал в ладони пистолет Алексей. — Хорошо, что в этом доме оружие. Старик, значит, с кем-то связан. Поговорю с ним. Нам все одно пора отсюда уходить.

Да, не следовало злоупотреблять гостеприимством Пьера — случись облава, гитлеровцы жестоко расправились бы с ним и его семьей.

Выбрав минуту, Алексей сказал:

— К партизанам нам нужно, отец. К макизерам, понимаешь?

Пьер молча покачал головой и ушел. Спрашивать ни о чем не стал.

Но спустя несколько дней около фермы остановилась легковая машина. На сеновал поднялся мужчина с твердым угрюмым лицом. Выступающий подбородок, хрящеватый орлиный нос, маленькие и колкие светлые глаза под темными бровями... Пристально вгляделся в лица русских. Начал подробно, будто вел допрос, расспрашивать. Отвечать или не отвечать?..

Алексей стал отвечать. Сергей отошел в угол, занял удобную позицию. Рука в кармане. Мужчина коротко глянул, жестко усмехнулся. Приказал фермеру принести из автомобиля узел. Бросил на солому:

— Переодевайтесь.

В узле были крестьянские сюртуки, брюки, обувь. Пока переодевались, суровый незнакомец не спускал с них взгляда.

— Пошли.

В машине сидели еще трое. Молодые. Настороженные. Руки тоже в карманах. Пьер крепко обнял своих постояльцев. Хозяйка перекрестила. Сюзанна заплакала.

Машина помчалась по тропе, выехала на дорогу. Проехали через одно селение, другое, просрочили городок, на улицах которого увидели немецких солдат. Миновали мост, начали подниматься на вершину горы.

Куда их везут? Сергей приподнялся, глянул в переднее стекло — и оцепенел: внизу концлагерь и стальные ворота тоннеля!..

— Ловушка!

Суровый мужчина обернулся:

— Спокойней.

Молчаливые попутчики стискивали их плечами, не давая возможности высвободить руки.

«Опять! Нет! Они не знают, что мы вооружены! Живыми больше не дадимся!»

Не доезжая трех-четырех километров до концлагеря, машина свернула на узкую дорогу, уходящую в гору.

Остановились на вершине, среди камней. Проводник в сопровождении своих парней повел их в лес. В зарослях кустарника спрыгнул куда-то в темноту. За сеткой ветвей оказался лаз в пещеру.

Отбиваться здесь?.. В их душах уже затеплилась надежда. Спрыгнули следом. В пещере Алексея и Сергея обступили люди.

— Это ваши новые друзья, — сказал мужчина. — А я — командир отряда «Сражающаяся Франция» капитан Проспьер.

В отряде капитана Проспьера их было поначалу всего десятеро: Рене, отец двух уже взрослых дочерей; Антуан, не знающий устали крепыш; книжник Жан, восемнадцатилетний Тото, еще двое французов — все из окрестных селений, и у каждого — свой повод уйти в маки — партизаны, — бежавший с работ поляк Стась, совсем еще мальчишка, и хмурый, молчаливый испанец Феликс. На вид ему можно было дать и тридцать, и все пятьдесят. И они двое — Сергей и Алексей. Капитана в счет не брали. Он возглавлял несколько отрядов в районе Вогез и наведывался в пещеру лишь изредка, раз в неделю. Карабкаться в гору чаще не было повода — в те дни весны 1944 года партизаны еще не предпринимали вооруженных вылазок против оккупантов. Но с фермы на ферму шел по округе слух об отряде, и тянулись из долин в леса на склонах новые добровольцы.

Однажды Алексей был в дозоре. Видит, пробирается парень, плечистый, беловолосый.

— Стой! Руки вверх!

А он обрадованно, тоже по-русски:

— Свой я!

Задохнулся от радости. Рассказал потом — родом из Ленинграда, моряк. Тоже был в плену и бежал. Так и стали звать: Петр из Ленинграда.

Но произошел и другой, заставивший насторожиться случай. Пришел по цепочке, по явке еще один русский. Глянули лейтенанты, обомлели. Тот самый, из «офлага 13-Д» — переводчик-предатель, обходивший ряды военнопленных и выплевывавший: «Коммунист! Комиссар!..» В лагере он именовался Константином.

Константин не узнал лейтенантов — в «офлаге» на эту мелкоту внимания не обращал, рыскал все больше среди старшего комсостава, да и обрели они за недели, проведенные на ферме и в отряде, человеческий вид: на головах — береты, рубахи апаш, на поясах — подсумки с патронами, гранаты; на лацканах курток — трехцветные лоскуты франтиреров.

Откуда появился, кем заслан?.. С нетерпением и тревогой ждали они прихода Проспьера. Выложили ему все. Под благовидным предлогом он увел Ивана (так назвал себя теперь предатель) с собой.

Снова вернувшись в отряд, капитан рассказал: все правильно, друзья не ошиблись — когда предателя прижали, выложил как на духу: прислуживал немцам в «офлаге», получил за это повышение, был переведен во власовскую часть, с нею прибыл во Францию. А теперь, чувствуя приближение расплаты, бежал и под видом бывшего военнопленного связался с ячейкой Сопротивления в Нанси — оттуда и направили его в отряд «Сражающаяся Франция». Не признался, имел ли задание от гестапо. Но наверное, имел.

— У нас говорят: собаке — собачья смерть, — заключил Проспьер.

— У нас тоже так говорят.

Скоро отряд разросся. В пещере партизаны уже не могли разместиться. Один из местных жителей предложил занять заброшенный каменный дом на склоне скалистой, поросшей соснами горы. Когда-то в этом доме был отель. Хозяин разорился; строение, расположенное в труднодоступном месте, никому не оказалось нужным.

Партизаны осмотрели дом. Французам он понравился — можно жить по-человечески. Сергею же пришелся не по душе: никакой маскировки... Но спорить не стал: как-никак, он и Алексей здесь гости. Однако предложил привести в порядок оружие. Было оно с бору по сосенке — и пистолеты, и винтовки времен первой мировой войны, охотничьи ружья, автомат, даже пулемет «гочкис», но ржавый-прержавый, да и патроны к нему от сырости окислились.

Сергей отчистил патроны, пулемет разобрал до винтика.

— Они говорят: «Погиб пулемет, ни за что не соберешь!» — перевел Алексей. — Гляди, поддержи честь мундира!

Сергей собрал.

— Попробуем, как стреляет!

Оборудовали под огневую точку подоконник в подвале, у слухового окна. В полутора сотнях метров укрепили мишени.

— Я буду одиночными, а ты корректируй, — лег за «гочкис» Алексей — бывший первый номер тачанки.

Начал одиночными. Увлекся, дал короткие очереди. Потом почистил, смазал. Только поднялся из подвала в комнату, стук в входную дверь — заявляются двое полицейских с кокардами.

Алексей к ним:

— Бонжур, мсье!

— Передайте Проспьеру: боши пронюхали, что вы здесь. Будут прочесывать. И стрельба ваша слышна. Оревуар!

Когда полицейские ушли, Сергей озадаченно спросил:

— Как же не заметили их? Кто стоял на посту?

Оказалось, часовым был поляк Стась.

— Так дело не пойдет! Партизаны мы или туристы? Передавят нас как клопов!

Они поняли: без старшего в группе, без строгой дисциплины дело не пойдет. Кто же будет командиром? Единодушно решили: Сергей. А переводчиком и заместителем будет Алексей.