Чтение онлайн

— Как же хорошо дома, — обрадовалась Маша, когда Иван обнял ее и поцеловал. А навстречу с радостным визгом летели дети.

— Мамулечка, мы себя хорошо вели, — отчитывается Нил. А я даже папе помог победить папМика. Я наколдовал. И папа победил.

— Ты молодец, сынок!

— А нам папа вчера рассказывал про месяцы, — сообщил Саша. И про февраль, у которого один раз в четыре года бывает 29 дней, а не 28. И еще обещал рассказать про… этот, как его… Римский календарь.

— Это очень интересная история. И я с вами с удовольствием послушаю, — обняла Маша детей. И вдруг смутилась, поймав полный нежности взгляд мужа.

— Я тоже знаю, как называются месяцы, — говорит Мия и начинает перечислять: ярвань, фреваль, март… И останавливается. Понимает, что звучит неправильно. Зато букву «р» выговаривает.

Мальчишки хохочут. Мия топает ножкой и начинает заново называть месяцы. Но теперь уже правильно.

И Ваня подхватывает малышку на руки. Подбрасывает и ловит, целуя в щечку.

— Умница моя! А мальчишкам грозит пальцем. И они еще громче начинают хохотать.

— Ваня, я в душ на 10 минут. Быстро моюсь и подумаем над ужином. Потом надо детей помыть.

— Я помогу тебе. Над ужином мы с Микой подумаем.

— Как же я люблю тебя, Машенька моя, — обнял и коснулся с нежностью мягкими губами ее губ.

Она нежилась в теплом кольце его рук.

— Вань, где собачья еда у вас лежит? — с первого этажа прокричал Мика. Пойду их накормлю.

Маша рассмеялась, а Иван готов был придушить Мику. Такой момент испоганил.

— Эй, Ваня, ты слышишь меня? Там, между прочим, метель серьезная намечается, — не отставал этот вредоносец.

Иван с трудом выпустил Машу из объятий и, спускаясь вниз, подумывал о «казни» для Мики.

Выглянув в окно понял, что Мика был прав. Метель расходилась не на шутку. Они вдвоем свистнули собакам. И запустили их в холл. Накормили и напоили. Довольные Атос и Портос разлеглись на полу в холле. А Полкан пристально уставился в окно и следил за снежинками, испуганно мечущимися и бьющимися в окна.

Иван успел уловить момент, когда Полкан, очевидно, вспомнив былую лесную жизнь, собрался завыть, и дал жесткий приказ «Молчать!»

В отместку Полкан прошелся по спине и животу Атоса и Портоса и улегся в углу.

Иван присел возле него. Положил волку руку на голову: «Я знаю, дружище, по кому ты тоскуешь. Мне тоже деда не хватает. Но дома маленькие дети, они испугаются. Даю слово, по весне мы с тобой съездим по твоим родным местам. Вот там сможешь отвести душу. А сейчас давай мириться». И Полкан протянул ему лапу.

— Пап, прости, мы с Ванькой привезли Машу с детьми, — оправдывался по телефону Мика. Да. Их завтра должны были выписать. Но сделали это сегодня. Там из-за аварии целый район остался без отопления. Как назвали детей? Мика и Ник. Пап, не шучу. Машиных дедов звали Михаэль и Никаэль. И, конечно же, Ник в честь мамы Ивана Ники.

— Не волнуйся, пап. Родится у меня сын, назову его Римасом. Шучу! Я дурака не валяю. Я взрослый дядька, и у меня вполне может родиться сын. Назову Амиром. Все, пап. Детей купать надо. Хочу посмотреть. Да, очень хорошенькие. Похожи на своих родителей.

— Вань, отец прав. Надо бы всех оповестить, что ты забрал Машу с детьми.

Иван с Машей выкупали малышей. Детям явно понравилась эта процедура. Мика даже осмелился и слегка обмыл теплой водичкой своего тезку. Потом они с Иваном отнесли детей в кроватки.

— Вань, не поверишь, я сейчас поймал кайф. Какое же это чудо — дети. Они пахнут любовью. Это абсолютное счастье.

— Полностью с тобой согласен.

— Вань, ты что-то ищешь?

— Да. Перед тем, как ехать за Машей, я на столике оставил подарок — браслет змейка Bulgari.

— Ого! Может, все-таки в сейфе?

— Нет, я точно помню, что оставил коробочку именно здесь.

— Неужели Евгения Захаровна?

— Мик, ты спятил? Она с нами третий год. И ни разу ничего подобного не было.

— Ну и на старуху бывает проруха.

— Это Хрюрики!

— Папочка, — шепотом позвал его Нил. Можно нам зайти?

— Заходите. Я вас жду.

— Ждешь?! — округлились глаза у Саши. — Папочка, мы с Нилом… со мной и Нилом… — слезы хлынули из глаз у обоих.

— Мы совсем чуть-чуть открыли коробочку, а из нее что-то блестящее как выпрыгнет! — начал объяснять Нил. И под вашу кровать спряталось. Мы испугались и коробочку раздавили. Нечаянно. Вот, — протянул он то, что осталось от коробочки Bulgari. Мы не хотели. Просто одним глазком хотели посмотреть.

— Посмотрели? — придав голосу строгости, спросил Иван.

— Не успели. Оно же убежало… Папочка, а что там было?

— Это был мой подарок маме. Она мечтала о нем. Разве я не объяснял вам, что мои, мамины, даже Миечкины вещи, не говоря о чужих вещах, брать без спросу нельзя?

— Говорил, — совсем тихо прошептали оба. И вновь слезы брызнули из глаз.

— Папа, я один виноват, — вдруг сказал Нил. — Сашка меня отговаривал. А я не послушал. Я открыл коробочку, а оно оттуда выскочило.

— Кхм… Однако… С одной стороны, я рад, что ты нашел в себе мужество признаться, но с другой — ты взял то, что не имел права брать без разрешения.

— Папа, мы извлекли урок, — удивил Ивана Саша. — Так говорил дедушка Нил. Мы все поняли и больше так никогда делать не будем. Только… мамочка не получит подарок?

— Видимо, так. Видишь ли, Сашенька, я очень много работал, чтобы купить маме этот подарок. А теперь даже не знаю, что делать.

— Мы сейчас, папочка, — размазывая по лицу слезы, мальчишки помчались куда-то и притащили банковский холщевый мешочек для мелочи.

— Это что?

— Это наши деньги. Возьми их, папочка, и купи маме другой подарок.

— Откуда у вас ваши деньги? — Иван акцентировал слово «ваши». Разве вы работаете?

— Нет. Мы же еще маленькие. Нам просто так дедушка Рим и дедушка Стас, папАрс, папМик и папСаш их подбрасывают. Ну, то есть дарят. И Миечке тоже. У нее свой мешочек.

— Значит так, дорогие мои банкиры, мешочек я пока спрячу в сейф. А взрослым объясню, — гневно взглянул он в сторону Мики, — просто так детям деньги не стоит дарить, тем более таким маленьким.