Потерянная
Шрифт:
– Это не я не хочу, это ты не захочешь, – смеясь, сказала Реджина и села за стол, – и твоя мама.
– С мамой бы я договорился, – крикнул из кухни Генри.
– Ага, – Реджина продолжала смеяться, – мама и жена сына практически одного возраста, очень смешно.
– Это все дурацкие стереотипы, – Генри пришел в столовую с двумя тарелками ужина и поставил одну Реджине, а вторую себе, но после опять убежал.
– Ты сам посуди, что это у нас с тобой за жизнь будет?! Тебе будет 20 мне примерно 38, тебе 38 мне 56, – начала говорить брюнетка, – когда ты захочешь детей, я уже родить не смогу. Ты что со мной делать то будешь с такой?!
– Есть суррогатное материнство или детский дом, – Генри был само спокойствие. Пока Реджина рассуждала, он снова пришел в столовую. Расставил два бокала, поставил бутылку вина и зажег свечку в красивом подсвечнике.
– Это еще что такое?! – Реджина показала на вино.
– Красное вино, – спокойно ответил Генри и, закончив со свечкой, взял бутылку в руки, откупоривая уже открытую пробку.
– Это я поняла, не маленькая, но зачем оно здесь? Или ты решил напоить меня и под покровом ночи на себе женить?
– Угадала, – засмеялся Генри, наливая бокал Реджине.
– А вдруг я замужем и у меня четверо детей?! Или я маньячка, или на… нет, это точно нет. Генри, да есть сотни вариантов кто я, – Реджина переводила все в шутку.
– Ты чего такая смешная? – Свон снова засмеялся и налил и себе немного вина, а после сел на стул, напротив Реджины и посмотрел на нее, – через пять лет, если ничего не вспомнишь ты моя. И это мое последнее слово, а сейчас ешь, – Генри казался серьезным, но в душе хохотал.
Брюнетка улыбнулась и взяла бокал, – ты пьешь максимум глоток или получишь по жопе.
– А я себе и налил всего глоток, – буркнул недовольно ребенок и тоже поднял бокал, – за новоселье.
– Скорее всего недолгое, – Реджина подняла бокал и чокнулась с Генри.
– Ты что-то вспомнила? – всполошился парень, отпив напитка.
– Нет, точнее не знаю, – отпивая, ответила девушка, – я не понимаю откуда я знаю то или иное, или иногда мне кажется, что я умею что-то делать, хотя в принципе не должна. Я не понимаю почему меня никто не ищет?!
– Может ищут, – предположил Генри, принимаясь за ужин, – только не знают, где ты. У нас маленький городок, никто и подумать, наверное, про него не может.
– Может быть, – брюнетка попробовала ужин, – ты мастер, это очень вкусно.
– Вот, я же говорил, – заулыбался Генри. Ему было приятно, что Реджине нравится.
Девушка с наслаждением вкушала еду. Ей была очень приятна компания Генри и они очень весело болтали обо всем.
– Мама теперь вернется где-то ночью, – вздохнул Генри, когда они с Реджиной перебрались в гостиную после плотного и вкусного ужина, – а мы что будем делать?!
– А почему она так поздно возвращается?! Неужели так много работы? – Реджина села в кресло и поджала под себя ноги.
– Каждую пятницу одно и тоже, – пробурчал Генри, – собрание, а потом отчеты проверяет до ночи.
– А Грэм? – Реджина с ухмылкой смотрит на мальчика.
– Они с ним зажигают ночью, – мальчик говорил спокойно, – когда думают, что я сплю.
– Что?! Генри, так ты знаешь? А почему не скажешь маме? – Реджина расширила глаза и с удивлением смотрела на ребенка, – тебе это неприятно?!
– А что может быть приятного в том, что они тайком от меня занимаются сексом ночью, а днем она не подпускает его к себе ближе чем на метр, – говорил незаинтересованно парень, – мне это все равно. Грэма жалко, мне кажется он ее любит.
– Генри, мальчик мой, – брюнетка пересаживается на диван и обнимает такого понимающего и много знающего ребенка, – может тебе нужно было поговорить с мамой и сказать, что ты знаешь? Мне кажется, она делает это все только, чтобы ты не знал и не переживал.
– А ты думаешь, если я скажу, что знаю, она станет с ним встречаться? – Генри взглянул на Реджину, ожидая ответа.
– Мне кажется, она хотя бы дала бы ему шанс,- склоняя голову, ответила женщина, – а ты сам бы этого хотел?
– Я не знаю, – пожал плечами ребенок, – Грэм хороший, ответственный, да и ко мне вроде хорошо относится. По крайней мере даже несколько раз играл, пока мамы дома не было, а он цветы приносил. Но мне кажется мама сама не хочет, чтобы он стал что-то типа моим отцом.
– Ну тогда скажи ей хотя бы, что ты знаешь, – Реджина гладила ребенка по голове, – ты не должен это слушать по ночам.
– Я не слушаю, – Генри усмехнулся, – у нее в комнате хорошая звукоизоляция. Я просто несколько раз видел, как Грэм приходил поздно ночью, а уходил рано утром. И вообще это не я должен говорить, что знаю, а она.
– Мой мальчик, – брюнетка еще крепче обняла ребенка, – ты такой умный, твоей маме очень повезло с тобой. Я бы очень хотела иметь такого сына как ты.
Генри спокойно сидел и просто наслаждался объятиями Реджины.
– Может у тебя есть сын. Ты просто не помнишь, – произнес мальчик.
– От этого еще тяжелее, – дрожащим голосом сказала Реджина, – сейчас я даже хочу, чтобы у меня никого не было.
– Не говори так, – Генри резко отпрянул от девушки и посмотрел серьезно на нее, – у тебя в любом случае есть семья. Они тебя ищут и беспокоятся. И как только ты про них вспомнишь, то вы встретитесь и все будет хорошо.
– Генри, а вдруг я не вспомню?! А что если моей семье я не нужна?! Я боюсь, что ты окажешься единственным кому я хоть чуть-чуть нужна.
– Тогда ты останешься жить у нас, – уверенно и четко произнес Генри, – и мне все равно на твои споры. Да и вообще это все ерунда. Ты вспомнишь. Я уверен, что вспомнишь со временем. И твоей семье ты нужна, если она у тебя есть. Хватит предаваться пессимизму, от этого тошно.
Реджина улыбнулась.
– Ты мой герой. Так, давай я больше не буду ныть, а поэтому подключай свою хвалёную приставку, учить меня будешь.
– О, – Генри тут же подорвался и побежал к шкафу, где она и лежала, – вот выбирай пока игру, – он отдал ей коробку с дисками, а сам принялся подключать провода.