Чтение онлайн

Она помотала головой.

– Нет, - коротко бросила в ответ, с ужасом втянув голову в плечи, словно на неё должно было обрушиться цунами.

Света поняла, что дать обещание изобразить влюблённость, было намного легче, чем исполнить его. Стало страшно. Набрав в лёгкие воздух, как перед прыжком в воду, она резко выдохнула. Отчаянно глянула на решётку, за которой находились Миша, Лёшка и Герка и повернулась к Роме. Сглотнув застрявший в горле ком, решилась выполнить задуманное. Она лучезарно улыбнулась Роме, словно боготворила его. Глаза заиграли любовью, дыхание участилось. Улыбка выглядела естественной и непринуждённой, а главное – обаятельной.

У Иры, стоявшей рядом, глаза полезли на лоб.

– Ты что, с ума сошла? – зашипела она, бросая короткие взгляды то на Рому, то на ополоумевшую подругу. – К чему так улыбаться Игнатову? И вообще, что это на тебя нашло?

Увидев, что Рома насупил брови, Ира моментально замолчала, но её резкие движения и презрительные взгляды говорили о недовольстве.

– Рома, если захочешь добавку, то скажи, - чуть ли не пропела Света, начав свою опасную игру.

Она источала очарование, откровенно заигрывая с Ромой. Это удивило окружающих.

– Не забудь своих друзей покормить, - напомнил Шурик, изумлённо вскинув бровь, при виде неприкрытой девичьей любезности. А когда Света отмахнулась от него и, как бы невзначай коснулась руки Ромы, и вовсе опешил. – Ну и ну, - осуждающе пробормотал он себе под нос. – То у них любовь, то война, то опять любовь.

Стараясь не обращать внимания на замечания Шурика и тревожные взгляды Иры, Света положила в котелок три порции еды и понесла Лёшке, Мише и Герке.

– Светик, с тобой всё в порядке? – заботливо поинтересовался Лёша, пока Света пропихивала котелок меж прутьями решетки.

– Конечно, - беззаботно кивнула она и поймала на себе испытывающий взгляд Миши.

– Спасибо, - поблагодарил Миша и, просунув руку сквозь заграждение, ухватил Свету за локоть. – Что случилось?

– Всё хорошо, - заверила она как можно более беззаботным голосом и, на удивление Миши и его сокамерникам, попыталась освободиться от Миши.

– И это ты называешь «хорошо»? – уточнил он, прищурившись. – У меня ощущение, будто тебя подменили. Еще вчера ты заворожёно смотрела на меня и шептала о любви, а сегодня вырываешься, будто я тебе противен.

– Не придумывай, – напряжённо улыбнулась девушка. – Тебе всё кажется.

Но произнесла она это так, чтобы было понятно, что Миша не зря подозревает неладное.

– С тобой что-то не так, - сообщил очевидное Герка, переводя взгляд на Мишу, глаза которого почернели от догадки.

Против воли Миши его лицо отразило всё, что происходило в душе: тревогу, непонимание, отчаяние, боль.

– Ты решила принять ухаживания Ромы? – глухо спросил Миша, полоснув, как ножом, по сердцу девушки.

Услышав неприкрытый упрёк, Света чуть было не задохнулась от подступивших слёз. Ею овладела безысходность. Однако, не смотря ни на что, ей предстояло с достоинством доиграть до конца эту чудовищную комедию. Душа разрывалась от горя. Подавив слабость, Света поняла, что эгоистичная любовь Ромы жаждет новых жертв и успешного завершения задуманного. И тогда Света осмелилась нанести ужасный удар по чувствам Миши, растоптав при этом и свои.

– А почему бы мне не принять его ухаживания? – голос девушки зазвенел бездушием, отчего она стала противна самой себе. – Ещё в лесу я сказала вам обоим, что вы дороги мне в равной степени. Так чему ты удивляешься, если сейчас я поняла, что Рома стал мне несколько дороже, чем ты?

– Но после того разговора кое-что изменилось, - напомнил ей Миша, всё еще не веря в действительность происходящего.

– Что именно? – задала Света дурацкий вопрос, который сорвался с её губ ещё до того, как она подумала над его содержанием.

На неё тут же уставились три пары изумлённых глаз, наполненные недоверием и немыслимым разочарованием. Эти взгляды ранили девушку ещё больнее, чем слова обвинения. Но тишина была недолгой.

– Ну, ты даёшь, - протянул Лёшка, и, не особо стесняясь в выражениях, добавил: – Светка, я всегда думал, что ты умная девчонка, а как выходит на деле – дура дурой! Пустой фантик от конфеты! Обыкновенная стерва и сука.

На секунду остолбенев, Света подавила стон отчаяния. Но что бы она не испытывала, надо было продолжать играть. Она нацепила на лицо маску наглости и презрительно фыркнула:

– На твоём месте, Лёшка, я бы помолчала.

– Вот и помолчи, - посоветовал Герка Барсов.

Света чуть не зарыдала от незаслуженной обиды, но роль ветреной вертихвостки заставила её изобразить улыбку.

– Герка, а чего ты лезешь не в своё дело? – Света вызывающе упёрла руки в бока. – Тебя это не должно касаться.

Но Герка не успел ничего ответить, так как Свету перебил Миша.

– Неужели моя любовь для тебя ничего не значит? – хмуро спросил он, ища на её лице хоть какие-то остатки прежних чувств.

– Почему же «не значит»? – нарочито кокетливо спросила Света. – Мне приятно твоё внимание, но не больше. Ты уж прости, но я поняла, что люблю Рому.

Тоска и боль, отразившиеся в глазах Миши были сродни тем же чувствам, которые терзали Свету, но она не могла позволить себе проявить слабость. Слишком многое поставлено на кон. От её убедительности зависела свобода её друзей, одного из которых она любила больше жизни.

Гордо тряхнув волосами, Света заносчиво вздёрнула подбородок и пошла вниз по ступенькам под осуждающие взгляды друзей. Ира, слышавшая обрывки фраз, догадалась о происшедшем и вперилась в подругу ничего непонимающим взглядом.

– Ты чего, с ума сошла? – напустилась она на Свету, погладывая на самодовольно ухмыляющегося Ромку, который, судя по всему, тоже пригрел уши на чужом разговоре.

– Да отстаньте вы все от меня! – не выдержала Света, чуть ли не прокричав это. – Почему каждый считает своим долгом вмешаться в мою жизнь, дать пару дельных советов и осуждающе поцокать языком? Неужели не ясно, что ничего этого мне не нужно! Ира, я и так прекрасно обойдусь без твоих замечаний. Хватит! Надоело!

Не дожидаясь реакции Иры, Света убежала в коморку Ромы. Она изнеможённо плюхнулась на соломенную подстилку. Уткнула лицо в ладони и дала волю слезам.

Рома наблюдал за происходящим с нескрываемым удовольствием, понимая, что для пущего эффекта, ему бы следовало подойти к Свете с попытками утешить. Но такая игра на зрителей могла вызвать агрессию обезумевшей от горя Светы. Поэтому Рома не осмелился подойти к ней. Он-то прекрасно понимал, чем вызваны её слёзы, и догадывался, что творится в её душе. Только ему не было жаль Свету. Чувство самоудовлетворения вызвало его улыбку. Огромное счастье накрыло Рому с головой.