Чтение онлайн

– А почему нельзя-то? – не поняла Света. – Арбалет стреляет не пулями, которые могут кончиться. И если «кошка» улетит куда-то, так за верёвку притянем назад.

– Можно и так, главное, чтобы «кошка» не зацепилась так, что мы не сможем отцепить, - отозвался Лёшка, уповая на то, что им всё же удастся выбраться через пролом. Иначе шансов на спасение очень мало.

Игорь кивнул, а сам подумал, что самое важное – чтобы верёвка выдержала и не порвалась, когда будут подниматься.

– Я ходил на стрельбу из арбалета, - заявил Герка, не выпуская оружие из рук. – Так что не думаю, что промахнусь.

Это воодушевляло. Но сам Герка под грузом ответственности волновался. Он нервно сжимал и разжимал пальцы правой руки, разрабатывая их. От его выстрела зависела судьбы друзей. Надо постараться. Он вскинул арбалет и прицелился. Нажал на спусковой крючок и «кошка» вырвалась, со свистом разрезав воздух. Проскочила сквозь пролом и зацепилась за край.

– Ура!!! – заорали всё. Даже Игорь закричал вместе со всеми и хлопнул Герку по спине. Ира стояла, глядя на верёвку, соединившую их со свободой, и по её щекам ползли слёзы.

Дядя-Шкаф подёргал верёвку и одобрительно кивнул, а у самого лицо расплылось в улыбке. Кто бы мог подумать, что он умеет улыбаться!

– Надо набрать золото в рюкзаки, - засуетилась Даша, поглядывая на остров сокровищ. – А то получается, что зря мы два года потратили на поиски клада и жизнью рисковали.

– А мне кажется, что надо выбраться отсюда, а за кладом потом вернуться, - высказалась Света, с тоской поглядывая на яркие пятна света в своде пещеры.

– Выбраться всегда успеем, - начала ершиться Даша. – Для меня главное – сокровища.

– А для меня – свобода! – чуть ли не выкрикнула Света, сверля глазами собеседницу.

– Каждому своё, - пожала плечами та и принялась обрабатывать более благодарного слушателя: - Игорь, как бы нам забрать побольше золота?

Игорь оценивающе поглядел на возвышающуюся посреди озера гору и заметил:

– Побольше не получится. Золото тяжёлое.

– Да как же так? – всполошилась Даша, отчаянно жестикулируя. – Я думала…

– А вот не надо было думать, - хохотнул Лёшка и съязвил: – Доверься профессионалам в области думания, которые считают, что мы не в том положении, чтобы променять свободу на золото.

Даша надула губы и отошла. Она с тоской глядела на залежи сокровищ, которые были так близко, но забрать их было нереально. Игорь прав – много не унесёшь.

– Я несколько раз сплаваю на остров и притяну золото, - пробухтел Дядя-Шкаф.

– Давай вместе, - подрядился Миша, скидывая куртку.

– Да и мне не мешает освежиться, - заметил Герка, следуя примеру друга.

Пока троица добытчиков курсировала между островом и берегом, Рома воспользовался отсутствием Миши и подошёл к Свете.

– Прости меня, - сдавленно произнёс он. Он, как и прежде, хотел бы подчинить Свету, но обстоятельства диктовали свои условия: надо было помириться. – Я был ослеплён любовью.

Света смерила его негодующим взглядом, говорившим красноречивее любых слов. Не удостоив ответом, отшатнулась, словно он был прокажённым.

– Не сердись, - попросил Рома, вытерпев её немой гнев.

– Не сердиться? – вскипела она, покраснев от злости. – Ты хоть понимаешь, во что превратил мою жизнь? Более мерзкую тварь, чем ты, я не встречала на земле. Если не хочешь разборок с Мишей, не приближайся ко мне!

Она поспешно пошла к Ире. Разговор с Ромой был для неё сродни купанию в помойной жиже. Рома сел на корточки, обхватив голову руками. Сам себе вырыл яму.

– Чего он от тебя хотел? – прошептала Ира, глядя, как парни нагребают в рюкзаки драгоценности.

– Хотел помириться, - фыркнула Света, закатывая глаза.

– И как только в голову пришло такое? – усмехнулась Ира и скосила глаза на Ромку. – Ишь ты, сидит, переживает.

– Пусть хоть повесится, мне всё равно, - безразлично отозвалась Света.

Ира молча согласилась. Ей было обидно за подругу и хотелось прибить негодяя, лишь бы не видеть его ненавистную морду.

Миша, Лёша и Дядя-Шкаф сплавали на остров несколько раз и притянули довольно много драгоценностей и золота. Оделись и поровну разделили между всеми. Теперь предстояло самое главное – подъём наверх.

– Кто полезет первым? – спросил Игорь, прикидывая, кто бы мог залезть по верёвке и потом вытянуть всех оставшихся.

– Я, - вызвался Рома, шагнув вперёд.

– Нет, я! – следом выкрикнул Миша и добавил: - Первым полезу я, и это не обсуждается.

– Ничего себе! – заорал Рома, считая себя незаслуженно обиженным. – Думаешь, что ты – самый сильный и смелый?

Миша смерил его небрежным взглядом.

– Нет. Просто считаю тебя мерзким слизняком, который поднимется наверх и даст дёру, оставив друзей под землёй.

– Я не такой! – Рома зашёлся в гневе и ударил Мишу кулаком в челюсть.

Миша не остался в долгу и двинул Рому по лицу. А потом ещё и ещё. Рома пытался уйти от ударов, или ответить ударом на удар, но Миша не дал ему шансов.

– Довольно! – разъярился Игорь, хватая сзади за предплечья Мишу.

Рома воспользовался этим и ударил Мишу несколько раз. Тут же Лёша с Геркой повисли на нём.

– Да я тебя уничтожу! – орал Рома, прыская слюной.

– Тебе не жить! – орал в ответ Миша. – Я убью тебя, козёл!

– Тихо вы! – между ними влезла Ира, разведя руки в стороны. – Чего горланите? Давайте выберемся, а потом будете чинить разборки. А то нашли время и место!

Спорщики утихли. Увидев, что они уже не кидаются друг на друга, их отпустили. Миша тыльной стороной ладони вытер кровь с рассеченной губы. Если бы Игорь не сдержал его, он бы не дал себя ударить. Но Рома пострадал куда больше него – расквашенные губы, нос, заплывший глаз. В дополнение шла подбитая вчера скула.

– Хорошо я над тобой поработал, - довольно заметил Миша.

Рома рыкнул и хотел броситься на Мишу, но его за плечо ухватил Дядя-Шкаф.

– Не дёргайся, - пробасил он, - целее будешь. И так лицо на кусок отбивной говядины похоже.

Рома сжался от понимания, что все против него. Его поступки мерзко воняли, вот окружающие и относились к нему согласно «запаху».

Света заботливо утёрла платком кровь с лица Миши, а он обнял её и поцеловал в макушку. Рома порывисто выдохнул и отвернулся. Ему было неприятно смотреть на их отношения. За всё приходилось платить. За большую подлость – большим презрением со стороны окружающих.