Чтение онлайн

– Я её уже вижу. Мы подъедем к восемьдесят второй через минуту, – сказала она.

– Отлично. Может быть, эта дрянь там вылезет. А если нет, или если к нам новые монстры набьются, у меня есть кое-какие задумки.

Я открыл дверь в переход. Гады на другой стороне всё ещё не раскусили секрет двери со своей стороны.

– Пончик, крикни мне, если вторая дверь начнёт открываться.

Мордекай: «Эгей, я только что видел, как подошёл поезд, и из него выпрыгнули два обходчика. В поезде были и мобы, но магия не дала им выйти. И вы не выходите до пересадочной станции».

– Да уж, спасибо за совет, – проворчал я.

Мне пришло в голову встать на колени и открыть крышку в полу межвагонного перехода. Я надеялся увидеть под ней поездную электросистему и рычаги управления сцепным механизмом. Я понятия не имел, как вся эта механика устроена, но полагался на свою профессиональную подготовку электрика; по крайней мере, узнаю, что за аппаратура под вагонами.

Крышка поддалась без труда. Но под ней обнаружилась металлическая дверца – возможно, от коробки выключателей. Я положил на неё ладонь и получил сообщение об ошибке.

Эта служебная плата на магическом запоре. Чтобы получить доступ к ней, вам потребуется Ключ машиниста красной линии. У вас есть ключ? У вас его нет. Значит, руки прочь.

Чёрт возьми! Я опустил крышку. Получается, что нам остаётся ядерный вариант.

Вагонный динамик захрипел:

– Поезд приближается к станции «Мора», номер восемьдесят два. Родина Психоприлипал. Не теряйте бдительности. – Диктор фыркнул. – Следующей будет «Пересадка в пути», станция номер восемьдесят три, на ней можно перейти на жёлтую линию и сесть в Кошмарный экспресс. Далее следует станция «Русалка», номер восемьдесят четыре. Спасибо за то, что путешествуете по красной линии.

– Карл! – закричала Пончик.

Я поднял голову и увидел, что дверь начала медленно отъезжать в сторону. Я отпрыгнул, а Пончик подожгла пыж и принялась бомбардировать отверстие Магическими ракетами. Один ребёночек вгрызся в мою ступню, которая уже не могла…

Я заорал от умопомрачительной боли и упал на пол пятнадцатого вагона. Дитятко прилепилось к моей подошве и ожесточённо грызло её. Я приподнялся на локтях и ударил ступнёй в пол. Монстр шестого уровня лопнул, как воздушный шар, наполненный томатной пастой. Я растопырил пальцы на ноге, чтобы убедиться, что они все на месте, и направил на себя заклинание Исцеление.

Какая же катастрофа могла случиться…

– У… у… у…

Я стонал, а Исцеление действовало. Больно было дявольски. Прошло очень много времени с тех пор, как я допустил, что у меня закончились мои педикюрные баффы. Я настолько привык к тому, что ноги у меня каменные, что забыл, насколько уязвимыми могут быть подошвы. Нам просто жизненно необходимо добраться до зоны безопасности.

Поезд плавно затормозил.

– Я вижу новых монстров, – доложила Пончик. – Их здесь меньше, но они здоровенные. Намного больше тех. Один тащится к шестнадцатому вагону, ещё двое – к четырнадцатому.

Ручка двери задёргалась. Я вцепился в неё и удержал дверь. С обратной стороны слышались яростные визги. Через несколько секунд поезд возобновил движение.

– Друзья! – крикнул я своим. – Не помните, мы оставляли двери открытыми, когда проходили по вагонам? Двери в семнадцатом и восемнадцатом?

– Открыты, – откликнулась Катя.

– Ладно. Дайте знать, когда покажется платформа. Через пару минут мы…

– Пик достигнут 13 января 2007-го, это Фергидиозно [11] !

Объявление прозвучало на такой громкости, что задрожали стены вагона.

– Ради всего святого, что же…

Голос Кати утонул в начале песни, которое ударило даже громче, чем я мог ожидать. И это несмотря на предупреждение в описании. Боль зазвенела у меня в ушах.

Карл: «Это ловушка-оповещатель. Они пробрались через первую дверь».

Катя: «Хотите, чтобы я держала другую дверь?»

Карл: «Нет. У нас не осталось времени. Бежим в последние вагоны. К хвосту поезда. Старт через пятнадцать секунд. Надо пробежать весь путь до двадцатого вагона. При этом закрываем все двери. Бежим по моей команде „Марш!“».

Катя: «Что это нам даст? Я не поняла».

Пончик: «ПРОСТО БЕГИ С НАМИ. КОГДА КАРЛ ЧТО-ТО ГОВОРИТ, МЫ ДЕЛАЕМ, КАК ОН СКАЗАЛ. КСТАТИ, МНЕ НРАВИТСЯ ЭТА ПЕСНЯ».

Дверь в дальнем конце вагона громко стукнула. И оттуда тут же понеслись крики. Когда мобы начали натыкаться на шипы у двери, перед нами поплыли уведомления о приобретённом опыте.

Я посмотрел на карту, чтобы убедиться, что прямой путь свободен, и включил Защитную оболочку. Нас накрыла большая защитная полусфера, настолько широкая, что распространилась даже за пределы вагона. Твёрдые предметы не мешали ей и не наносили повреждений.

Я не имел сведений о средней скорости вагона подземки, да это и не имело значения. Я видел, что этот поезд едет быстро, и понимал, что поставленный заклинанием барьер будет непроницаем для мобов в течение двадцати секунд.

А ещё важнее было то, что барьер никуда не перемещался относительно точки, в которой его активировали.

Магическая оболочка распространилась на вагон шестнадцать, затем на семнадцатый, восемнадцатый, девятнадцатый, наконец, на двадцатый. И вернулась в точку первоначальной активации. Она размазала мобов по любым поверхностям, возле которых застала их, неумолимая, как бульдозер.

Карл: «Марш!»

Я раскрыл дверь в то самое мгновение, когда в противоположном конце вагона показалось нечто похожее на ежа огровой породы, такое огромное, что не пролезало в дверной проём. Только его вытянутая рука дотянулась из четырнадцатого вагона до пятнадцатого. Дреки окружили огра и, потоками обтекая, хлынули в пятнадцатый вагон. Они надвигались на нас. Некоторые из них подпрыгивали к потолку, другие ползли, не отставая от тех, которые бежали. Они раскрывали рты в криках, которых я, по счастью, не слышал. Я захлопнул за собой дверь, затем следующую.

Шестнадцатый вагон теперь был полон крови. Части тел были размазаны по сиденьям по стенам – повсюду, где Дреков застигала Защитная оболочка. Огрообразное чудовище (наверняка оно-то и называлось Психоприлипалой) было раздавлено настолько основательно, что карта даже не отметила его присутствие косым крестом.

Я оглянулся через плечо на табло. До прибытия на следующую станцию оставалось всего четыре минуты. Мне стало легче, когда мы, подбирая золотые монеты, обронённые по пути мёртвыми, добежали до семнадцатого вагона.