Чтение онлайн

– Если спрашиваю, значит, знаю, зачем, – невозмутимо ответила Петра.

– У нас был никудышный секс, он не мог со мной, называл бракованной, – выпалила Марида. – А сам меня ни разу не возбудил. Это что, нормально?

– Нет, это не нормально. Но ты же терпела? Сколько?

– Три месяца. Я не подозревала, как бывает по-настоящему, с узлом, – Марида покраснела, вспомнив, как получила узел.

– Я научу тебя, что нужно сделать, – Петра села напротив. – Но ты должна зарубить себе на носу – никому нельзя говорить, что ты собралась разводиться. Никому! Ты поняла?

– И мужу?

– Мужу в первую очередь.

– Но если оба согласны на развод, – Марида не понимала Петру.

– Ты и представить не можешь, сколько я видела омежек, которые просили у мужей развод. Это всегда плохо кончалось. Кто-то делал вид, что согласен. Омега радовалась. А в последний день положенного срока альфа отзывал заявление и все, никакого развода. Да еще и мстить начинали, бить, угрожать, принуждать к сексу. Бывало, омеги тайком подавали заявление. Но есть правило, перед разводом обязательно проверочный звонок, если заявление подписано только омегой. И опять никакого развода.

– Как же тогда?

– Свободный альфа может тебя как бы “изъять” из старого брака. Есть у тебя такой?

– Нет, – призналась Марида. – Он тоже не свободен.

– У тебя только один вариант – ты подаешь заявление тайно, но с подписью мужа. Настоящей подписью. Никаких подделок. Ясно?

– Но если муж сам подпишет…

– Ты не слышишь меня! Муж подпишет, а потом откажется. Твой, судя по всему, такой придурок и есть. Ты губу раскатаешь, а он тебя кинет. Заберет заявление. И начнет издеваться.

– Я не понимаю, где подпись взять, если мужу не говорить? – Марида не верила Петре до конца. Как-то странно все.

– Придумай. Подпись у пьяного можно получить, обманом, спросонья. Да мало ли как. Только не вздумай откровенничать. И родителям не говори. И друзьям. Никому, поняла? В таком деле любая огласка все испортит. Родители захотят вас помирить. Подруга сболтнет мужу, поинтересуется, с чего вдруг развод. Реши для себя, что важнее. Развод или честность.

– Развод, – не раздумывая, ответила Марида.

– Вот и помалкивай. И про измену свою тоже молчи, – Петра протянула несколько бланков. – Бери больше, вдруг испортишь. Ничего не заполняй сама. Подпись раздобудешь и сразу ко мне. Все поняла?

– Все, – кивнула Марида и даже смогла улыбнуться. – Спасибо вам. А то я совсем духом упала после начальницы вашей.

– К ней не обращайся. Сразу тебя сдаст мужу. Такая пакостливая.

– А я ей рассказала про измены.

– Пока ты данных не оставила, она ничего не сделает. Но впредь будь умнее. Еще раз тебе говорю – не болтай. Сдашь заявление, месяц подождешь и все, свободна. Никто не подкопается, подпись-то настоящая.

– Звонить не будут?

– Если две подписи, то не будут. Главное, чтобы муж не знал, что заявление у нас лежит.

– Я не скажу, – Марида порывисто обняла Петру. – Как хорошо, что я вас встретила. Мне совершенно не у кого спросить про эти дела.

– Иди, милая. Жалко мне вас, глупых и наивных, – Петра покачала вслед головой. – Не утерпит ведь, разболтает.

Довольная Марида пулей вылетела из бюро и побежала снова в парк. Настроение улучшилось. План действий прояснился. Она разводится и параллельно ждет Тана. Всего месяц выдержать. Четыре недели. Тридцать дней. И свобода. А с подписью Чарли она как-нибудь разберется.

Если бы еще и с конкурсом разобраться, чтобы отдельно от сестры участвовать. Но сил воевать с родней Марида в себе не чувствовала. Хотя и понимала, никогда она не сможет больше доверять сестре. Память услужливо подкидывала самые разные случаи, когда Марида несправедливо оставалась крайней и все прощала. Привыкла и прощала. А сейчас что-то размагнитилось внутри. И простить не получалось.

До самой темноты Марида бегала в парке. Не то, чтобы она верила, что Тан тоже прибежит на тренировку. Хотя в глубине души, конечно, надеялась. Просто, оказалось, что у нее нет места, где она свободно могла подумать, остаться одна. Чтобы ее не трогали, не критиковали, не задавали вопросов. Беговая дорожка давала защиту, успокаивала, не обращала внимания на ее пухлость и неспортивность, и не требовала затрат. Это был важный пункт, поскольку лишних денег у Мариды не водилось.

У родителей она перестала брать деньги после свадьбы, а муж давал, если долго просить. Просить Марида не любила. Сидела на голодном пайке. Чарли вернулся на день позднее, чем сообщила Римада. Да и зачем ему торопиться домой, Марида ведь тоже его не ждала и не обрадовалась. Подала ужин и не удержалась, завела разговор.

– Чарли, нам, наверно, стоит развестись.

– Это еще зачем? – Чарли посмотрел на Мариду как на идиотку.

– Ну как зачем, мы ведь странно живем, я тебе совершенно не подхожу. Толстая и немодная.

– Да ладно тебе, малыш, отлично мы живем, не ссоримся. Ты подарок хочешь? Прости, замотался с делами, не привез. Давай, дам тебе денег, купи украшение или сладости.

– И для секса я не гожусь, – гнула Марида свою линию, все еще на что-то надеясь.

– Слушай, я не виноват, что у тебя никак дырка не разработается, фригидная ты малость, бывает. Незачем разводиться, – Чарли начал психовать.

Марида уже знала, что никакая она не фригидная, и дырка, как грубо выразился Чарли, вполне смогла принять член гораздо больший, чем у мужа, но говорить об этом точно не стоило. Поэтому Марида лишь вздохнула и предприняла последнюю попытку.

– Конечно, ты не виноват. Это я бракованная. Подумала, что так лучше будет для тебя. Свобода.

– Мы не будем разводиться. Не придумывай лишнего. Завтра куплю возбуждающую смазку, и все нормально будет, – Чарли хлопнул Мариду по заднице и захохотал. – Готовься, малыш.

Мариде стало не до смеха. Она ожидала совсем другого. Что Чарли обрадуется, скажет, что не решался сам на разговор. И спокойно даст развод. Марида ругала себя за то, что не послушала Петру. Завела разговор о разводе. А если сейчас Чарли начнет к ней приставать? Если он решит, что Мариде нужен секс? И таким образом она его выпрашивала? Марида похолодела. Она вдруг догадалась, зачем она нужна Чарли – для прикрытия. И никто ей развода, действительно, не собирается давать.

В спальню Марида пришла далеко за полночь, когда Чарли уже крепко уснул, хотя очень хотелось лечь в гостиной на диване. Побоялась конфликта, ненужных вопросов. Утром вскочила раньше, чем муж открыл глаза, и убежала в парк. Формально отмазка у нее была. Римада велела заняться собой, вот она и занимается. Спортом. Регулярно. Все претензии к сестре.

К бегу Марида начала привыкать, уже не задыхалась, не останавливалась каждые двадцать минут, не смотрела на лавочки как на пирожные. Бежала, конечно, медленно, как топтыжка, смеялась Марида сама над собой. Зато могла целый час провести на дорожке. После тренировки садилась на ту самую лавочку и вспоминала поездку с Таном. Это немного примиряло с жизнью, давало надежду.