Повасарис. Практика в Морийской империи
Шрифт:
– За что? – Мне был искренне не понятен этот момент.
– Как за что? – Недоумения в голосе магички было хоть отбавляй. – Сама посуди. Осэн - младший сын, так? – Я утвердительно кивнула, отчего голова заныла еще сильнее. – А Вильям сыном вообще не является. И кто из них получит большую часть наследства?
– Вильям. – До меня все же начало доходить. – Ведь он старший.
– Именно! Представляешь, насколько некроманту обидно? – Я не ответила, меня заботило другое.
– Откуда такая осведомленность?
– О-о-о, дорогая, у меня могущественный покровитель, - елейно протянула Делиа. – Он знает все и обо всех. Даже, если те и не догадываются, что их тайна таковой не является.
– Я вот понять не могу, ты рьяно ненавидишь аристократов, но при этом в покровителях у тебя именно он. Так же, ты рвешься к власти, ведь это твоей идеей было подделать завещание?
– Подделать? Нет, милочка, оно что ни на есть самое подлинное.
– Как так? – опешила я.
– А вот так. Не так уж и сложно убедить брата, что именно я достойная замена. Всего-то и надо, что иметь предрасположенность к зельеварению. Вытяжка аира раз за разом туманила разум Веронна, а когда он дошел до нужной кондиции, я убедила его, что завещание нужно переписать. Предварительно рассорив его со всеми родственниками.
– И как же тебе это удалось?
– А-а, - отмахнулась Жанье. – Ждать, конечно, пришлось долго. В поместье в основном захаживали по делу. И не хотелось ссорить брата с выгодными партнерами, дела на каменоломне и так идут плохо. А вот когда в доме собрался совет рода, я поняла – пора. Измельченный барбарис сделал свое дело. Пересыпанная дорожка, ведущая к входу в поместье, и дело в шляпе.
– Недурственно. – Пришлось признать, - это женщина не так проста, как казалось раньше.
– Еще бы, - самодовольно протянула Жанье. – Вся родня перегрызлась в тот же вечер, а я осталась в тени. Ведь на совет я не вхожа.
– И для чего тебе понадобилось возглавлять род? Сама ведь говоришь, - прибыли мало, соответственно, Блоксы небогаты. Да и чем тебе Дикон и Фраун помешали?
– А на это, дорогая моя, у меня были причины, - обтекаемо ответила Делиа. – Брат хотел отказаться от затеи инвестировать одно очень прибыльное исследование. И я не могла допустить, чтобы это случилось. А что касается Фрауна…, ему предлагали меня в жены, а он отказался. Счел, что я ему не ровня, за это и поплатился.
– Убить брата из-за золота? – Опешила я. Почему-то мне казалось, что Делиа сильно не договаривает. Дикону в этой истории была явно отведена иная роль.
– Что ты, дело не в золоте, а в самой идее. Мой покровитель обдумал каждую мелочь, ему лишь не хватало средств, дабы начать осуществлять задуманное.
– Хм, если ему не хватало золота, то откуда у вас взялась такая сумма?
– Ну, не только мы участвуем в инвестировании. Правда, другие не в курсе того, как на самом деле обстоят дела.
– А вы, я так понимаю, выделяетесь отсутствием всякой морали? – съязвила я, ощущая, что по другую сторону трубы зашевелился Риммар.
– Может быть, - как-то задумчиво произнесла Делиа. – Знаешь, что-то я с вами засиделась, мне, пожалуй, пора.
Женщина и вправду собиралась уходить. Неспешно двинувшись в стороны выхода, она раскрутила вентиль на одной из труб. Мне этот жест совсем не понравился.
– Что вы делаете? – с тревогой в голосе вопросила я.
– Как что? – наигранно-удивленно произнесла Жанье. – Избавляюсь от улик, конечно же. – После чего она незамедлительно покинула наше общество, а за ней и ее свита.
Мы остались один на один с неизвестным газом…
Глава 11. Конец, или только начало?
Я остервенело дергала то веревки, то Риммара, пытаясь привести того в чувства. Очнуться-то он очнулся, но что толку, если он вообще не соображал, где находится?
Не знаю, что за газ выпустила Делиа, но в одном нам повезло, - щели, их было так много, что ветер, гуляющий по помещению, не давал газу скопиться. Хотя я уже явственно начинала ощущать неприятный, удушливый запах.
– Риммар, твою же некромантскую. Очнись же! – Тарабанила по трубе что есть мочи, невзирая на боль, нарастающую с каждым ударом.
Когда Эшлин таки подал голос, я уже сбила себе все костяшки пальцев и локти. Сил не осталось. Эта тварь даже ментальную связь заблокировала! Фамильяр ощущался чем-то далеким, недосягаемым. Как меня Риммар-то нашел? Неужто маячок на меня навесил? Похоже.
– Где мы? – хрипло вопросил Римм, дергая веревки. – Мне начинает надоедать просыпаться привязанным, - добавил недовольно следом.
– Мне тоже. Делиа нас обдурила. Нам нужно быстро отсюда выбираться, иначе задохнемся.
– Я-то выбраться успею, но вот как вытащить тебя?
– Это каким способом, изволь спросить? – Удивилась я.
– Подпространство, - нехотя признался Эшлин, а у меня как будто пазл сложился.
– Твои перемещения в ратуше и тогда, на горе. – Мне не дали договорить, перебив:
– Да, именно по нему я и двигался. И сейчас могу. Путы мне не помеха, вот только с собой можно взять лишь родственника. Увы, но дар у меня слабый.
– Римм, - позвала я напарника, понимая, что хоть один из нас должен отсюда выбраться, чтобы предупредить о планах Делии и ее неизвестного покровителя.
– Ринара, не вздумай! Я тебя вытащу, - прошипел некромант, пытаясь скинуть с себя веревки. – Вот же мразь, она заблокировала телепортацию в это помещение. Как предусмотрительно. Только вот не учла одного, – что отсюда тоже попробуют переместиться.
– Я должна тебе кое о чем сказать. Твой отец, он…, хотел, чтобы я подсыпала тебе порошок аира. – Слова давались с трудом. Дышать уже становилось затруднительно, но я не могла не предупредить напарника.
В голове билась лишь одна мысль, - сказать или не стоит? Нет, пожалуй, подобные откровения стоит оставить при себе. Зачем давать повод, если давно все решила? Посему с моих губ и не сорвалась фраза «я тебя люблю».
– Рина, только не говори, что ты так прощаешься! – Казалось, Эшлин ни капли не удивился моему откровению.
– Убирайся! – взмолилась я, понимая, что самой уже не выбраться. Риммар все это время пытался разорвать путы, но тщетно. Я не знаю, что использовала Жанье, но магия Риммара не слушалась. Но ведь дар странника достался ему от предков! И он не являлся частью его силы, он был частью самого некроманта.
– Неужели ничего не сделать? – Эшлин никак не хотел сдаваться. Но я-то помнила слова Фелии. Когда мне приснился вещий сон, она упомянула, что пусть я и не умру от ее руки, но жить мне осталось немного…