Чтение онлайн

– Деньгами это, конечно, назвать нельзя, согласен, – ухмыльнулся Джузеппе, – но и считать тебя абсолютно нищим я отказываюсь.

– Тоже выходит, выиграл, – сделал вывод Ганц и обвел аудиторию восторженным взглядом, словно приглашая порадоваться вместе с ним. – Приятный сюрприз, правда? Теперь я, получается, состоятельный мужчина, мало того, что хозяин постоялого двора, так еще при деньжатах! Могу развлекаться, как только в голову придет. Захочу, буду здесь на сене валяться, а захочу – в путешествие отправлюсь… Вот вам, например, попутчики не нужны? А то хотите, поеду? Куда вы, кстати собрались, далеко?

Арра не ответила. Сидела молча, опустив голову и внимательно разглядывала свои руки. Джузеппе тоже не торопился. Повозился в кресле, устраиваясь поудобнее и не сводя пытливого взгляда с Ганца, потом поднес ко рту кружку и одним махом вылил в глотку оставшееся в ней пиво.

– А ведь действительно, ин-те-рес-ная получается ситуация, – почти пропел он. – Ни с того ни с сего, посреди степи, совершенно случайно, встречаются магистр истинной магии, воин-маг и убийца магов… Кто-нибудь, из здесь присутствующих, верит в совпадения?

Словно в ответ, хлопнула створка окна, распахнутая сильным порывом ветра. В ночном небе сверкнула молния, через несколько секунд докатились и раскаты грома, крупные капли забарабанили по крыше. Под внимательно-настороженным взглядом Арры, Ганц подошел к окну, высунул руку наружу, преувеличенно тщательно осмотрел мокрые пальцы.

– Как я и говорил, дождь пошел, – сообщил он очевидное. – Нет, ребята, я лично, в совпадения не верю. Давайте, рассказывайте, что случилось?

Проснулся Зарик рано, солнце еще не взошло, и первым делом проверил шкатулку. Торопливо развернул грязный комок рубашки, вздохнул облегченно. На ровной зеленоватой поверхности вроде бы проступили какие-то странные узоры. На буквы не похоже, так, закорючки да загогулины. Зарик плюнул на палец, потер одну темную запятую. Она не исчезла, наоборот слегка засветилась, налилась тусклым пурпурным цветом.

М-да, как ни крути, а шкатулочка, похоже заговоренная. С другой стороны, это обычное дело. А как же, если бы ему довелось закапывать клад с драгоценностями, тоже непременно заговорил бы. Не сам, конечно, тут специалист нужен, но такого специалиста найти – раз плюнуть. Берут они, правда дорого.

А как же тогда открывать? Сам он заговор снять нипочем не сумеет. Отвезти шкатулку в столицу, там найдутся старые друзья, помогут. Зарик дернул плечом. К друзьям только и идти за помощью, помогли уже однажды. Если бы не они, спал бы он сейчас под собственным одеялом в собственном доме, а не вертелся бы на охапке соломы в сарае дядюшки Корадо. А что с ним сделала собственная жена, об этом лучше вообще не вспоминать. Нет уж, хватит! Лучший друг человека – он сам.

Так что с кладом этим, сначала надо самому попробовать, а уж потом, если не получится, искать знающего человека. Хотя, почему не получится? Шкатулочка ему в руки легко далась, а ведь заговоры на клад такие строгие бывают, не то что без рук, без головы можно остаться. А она вроде как довольна, что Зарик ее нашел, теплеет, когда он в руки ее берет, цвет меняет. Словно кошка мурлычет. Точно, должна открыться.

– Зарик! Кончай спать бездельник! – да, дядюшка Корадо, это тебе не жена. У нее будить гораздо нежнее получалось. – Каша на столе, быстро ешь и за работу. Сегодня с колодцем надо закончить.

– Иду, иду, – Зарик натянул рубаху, снова бережно опустил шкатулку за пазуху и, потягиваясь, вышел из сарая.

Во время плотного завтрака оба молчали – дядюшка Корадо только покосился на торчащую на животе работника рубаху и нахмурился, а Зарик вовсе ни на что не обращал внимания, думал только о том, как будет открывать чудесную шкатулку. Потом, так же молча направились во двор, к колодцу. Зарик работал, как обычно, но то ли сил у него после вчерашней находки прибавилось, то ли пошел рыхлый пласт, только за час он сделал столько же, сколько вчера за три.

Вскоре появилась вода и дядюшка Корадо заметно повеселел. Он вслух начал прикидывать, кого из мастеров позовет выкладывать камнем стенки колодца, да из чего лучше будет сделать навес, и когда новый колодец можно будет считать окончательно готовым. Зарик, не слушая его рассуждений, подавал наверх тяжелые ведра с мокрой землей и думал о своем. Счастливая улыбка не сходила с его лица.

Наконец, основная работа была выполнена, теперь дело было за каменщиком. Зарик вылез на солнечный свет, как он вчера и рассчитал, почти в полдень. Дальше все было, как в сказке, не иначе шкатулочка удачу приносила. Довольный хозяин велел Зарику идти мыться и даже дал большой кусок мыла. Не такого, конечно, каким моются важные господа, цветного и с душистым запахом, а обыкновенный брусок серого, самодельного. Но и это было прекрасно. Зарик не только помылся, но и выстирал рубаху и штаны, использовав почти треть куска, а Корадо даже бровью не повел. Честно расплатился, отдав оговоренные две медные монеты, а потом, хотя и не обязан был уже, позвал обедать и Зарик наелся впрок, до отвала. Все-таки не зря молва говорит, славный он человек, дядюшка Корадо, жаль, что ему постоянный работник не нужен. Хотя сейчас, даже если бы ему и предложили, Зарик бы не остался. У него была шкатулка и хотелось поскорее уйти подальше от любопытных глаз, чтобы, наконец, попробовать открыть ее. Зарик вежливо распрощался и бодрым шагом двинулся в степь.

– Нет, я не понимаю, чего ты за нами увязался? – допытывался Джузеппе у Ганца.

Тот пожал плечами, поднял голову, сощурившись посмотрел на небо, спросил, ни к кому конкретно не обращаясь:

– Интересно, все магистры истинной магии такие занудные?

– Все. Зачем ты поехал с нами?

– Слушай, Джузеппе, я ведь уже десяток разных причин назвал. Неужели ни одна тебя не устроила?

– Чтобы меня устроила та ахинея, которую ты нес? – небрежно отмахнулся Джузеппе. – Про свое одиночество на постоялом дворе; про надежду, что мы заключим с тобой выгодный контракт; про любопытство, которое всю жизнь толкает тебя на необдуманные поступки; про то, что тебя в детстве сглазили и ты больше недели не можешь на одном месте оставаться…

– А вот это было, по-моему, очень мило, – вставил Ганц, с удовлетворением кивавший головой, пока Джузеппе, загибая пальцы перечислял предоставленные им объяснения, – я бы сказал, маленький шедевр. И зря ты не захотел слушать про ведьму, которая меня сглазила. Она, кстати, действительно жила в нашей деревне, милейшая была женщина. И даже огромная бородавка, которая выросла у нее…

– Ганц, я задаю тебе простой вопрос целое утро и не могу добиться ответа! Зачем ты поехал с нами?

– Ладно, – бывший убийца старательно наморщил лоб и стиснул зубы, изображая напряженную работу мысли. Через пару секунд лицо его просветлело и он вопросительно взглянул на Джузеппе:

– А если я скажу, что влюбился в Арру и поехал, чтобы быть к ней поближе, ты поверишь?

– Нет!

– А если скажу, что влюбился в тебя? – взгляд Ганца, устремленный на магистра, оставался простодушно-наивным.

Джузеппе едва не выпалил соответствующий случаю ответ, но в последнюю секунду сдержался, только голос его стал таким же сиплым, как у Ганца:

– Нет! И перестань придумывать все эти дикие объяснения. Мне нужна всего лишь правда!

– Так разве я против? Я же только одну чистую правду и говорю! Тебе только и остается, что выбрать ту, которая больше понравится, в чем дело господин Трио?

– Дело в том, что правда одна! – в словах Джузеппе прозвучал металл. – Единственная!

– Что ты говоришь? В первый раз слышу. Нет, я, конечно не спорю, у вас, у магистров, может быть и так. А мы люди простые, незатейливые, нам с одной правдой сложно управляться, так что мы на каждый отдельный случай и правду отдельную припасаем.

Джузеппе застонал, закрыл глаза и, бросив поводья, прижал кончики пальцев к вискам. Потом заговорил жалобно, почти умоляюще:

– Ганц, ну пойми же ты, дело ведь серьезное. Я сам не знаю, во что мы можем вляпаться. Амулет еще не активизирован, а что произойдет тогда… Мне нужно точно представлять, на что я могу рассчитывать, в случае чего.