Чтение онлайн

Аманда отлетела в сторону, но не умолкала:

— Фонарь может взорваться! Или от огня грохнет газ в туннеле!

У Бэленджера шумело в голове, нос был полон крови, ему никак не удавалось глотнуть хоть сколько-нибудь воздуха.

За спиной Рея выросла тень. Франк, у которого все расплывалось перед глазами, решил, что это галлюцинация. Тень держала обеими руками большой камень и опустила его с такой силой, что Бэленджер ощутил удар, пришедшийся Рею по затылку. Из головы бывшего летчика брызнула кровь. Тень нанесла еще один удар. К хрусту кости прибавилось глухое чавканье.

Бэленджер увидел, как темные глаза Рея широко раскрылись и закатились. Тень ударила в третий раз. Теперь послышался тупой звук.

Рей содрогнулся всем телом и захрипел. Казалось, что в нем, словно в заводной кукле, сломалась пружина. Он навалился на Франка всем весом, отчего нажим на грудную клетку стал совершенно невыносимым.

Бэленджер почувствовал, что теряет сознание. Разбитые ноздри были полны крови, ему казалось, что какой-то тяжелый груз увлекает его под воду. Вдруг давление исчезло. Две руки стащили с него тело Рея и повернули Франка на живот. Из носа закапала кровь.

— Дыши! — крикнула Аманда.

Он закашлялся и не без усилия заставил легкие заработать. Воздух обжигал горло. Лежа на холодном полу, он слышал эхо хриплого дыхания Аманды и медленно, с трудом сел. В тусклом свете, проникавшем через вход в туннель, Франк разглядел, что она стоит рядом с ним, прислонившись спиной к стене. Потом Аманда опустилась на пол рядом с лежавшим фонарем. В отблеске луча ее лицо показалось Бэленджеру непривычно суровым.

— Он… — Ей не удалось выговорить последнее слово.

— Да.

— Сукин сын, — сказала Аманда.

— Да.

— Меня тошнит.

— После драки такое часто бывает.

Некоторое время тишину в туннеле нарушало лишь их дыхание.

— У меня не оставалось другого выхода.

— Совершенно верно, — согласился Бэленджер. — Все время напоминай себе об этом. Если бы ты не остановила его, он, скорее всего, прикончил бы меня.

Впрочем, Франк знал, что все его попытки успокоить ее ничего не стоят. К ее кошмарным сновидениям прибавится еще один ужас.

— Тебе сильно досталось?

— Скула болит там, где он ударил меня головой. А ты?

— Нос сломан.

Бэленджер снял рюкзак. Спина в том месте, где в нее врезался твердый угол коробки с патронами, тоже болела. Он набрал в горсть воды из фляги и провел ладонью по лицу, пытаясь смыть кровь, потом достал аптечку и разорвал упаковку антисептической салфетки.

— Дай-ка я. — Аманда придвинулась к нему и осторожно протерла лицо.

— Надеюсь, ты не будешь сильно возражать против моей перекошенной морды? — Франк пытался не замечать боли.

— Я всегда мечтала жить с мужчиной, похожим на боксера.

В свете фонаря Бэленджер осмотрел ушиб на ее левой скуле.

Они обнялись.

— Спасибо тебе, — прошептал Франк.

Он не хотел отпускать любимую, но заставил себя взглянуть через ее плечо туда, где лежало тело Рея.

— Туннель. Склеп. Полночь.

Аманда кивнула и заявила:

— Если мы не уложимся в срок, то Повелителю игры достаточно будет взорвать туннель и похоронить нас здесь. Мы никогда не выйдем.

Бэленджер повернулся к висевшей на столбе камере и спросил:

— Повелитель игры, приятно ли вам было наблюдать за смертью Рея?

Он удивился, не услышав ответа, но потом сообразил, что шляпа и телефонная гарнитура слетели у него с головы во время драки. Тогда Франк надел все это, но Повелитель игры молчал.

— Может быть, радиосигналы не проходят сквозь стены туннеля? — предположила Аманда.

— Проходят, — резко сказал голос. — Об этом не беспокойтесь.

Бэленджер дал Аманде три таблетки аспирина, столько же проглотил сам. Они запили лекарство водой. Из носа Франка продолжала сочиться кровь.

Он вставил в ноздри ватные тампоны, не обращая внимания на боль, и спросил Аманду:

— Готова?

— Да. — Она подняла фонарь.

Франк взял рюкзак и наклонился за винтовкой.

Они двинулись по туннелю дальше. Вдруг Бэленджер резко остановился, вернулся назад, схватил один фонарь за ручку и подал его Аманде.

— Зачем? — спросила она, с подозрением рассматривая фонарь.

— Сам не знаю. — Заставив себя преодолеть отвращение, он сунул руку в карман комбинезона Рея и достал зажигалку. — Никогда не знаешь заранее, что может понадобиться.

Они зашагали по туннелю. Луч света прорезал темноту.

— Становится все холоднее, — сказала Аманда.

Туннель повернул. Аманда с Франком зашли за угол.

— Моя любимая цитата принадлежит Кьеркегору и вполне подходит к капсуле времени, — послышалось в наушниках Бэленджера.

Они подошли к небольшому расширению.

— Что же это за цитата?

«Нужно поддерживать разговор, — думал Бэленджер. — Пусть Повелитель игры остается в контакте с нами».

— «Самое ужасное состояние — это вспоминать о будущем, в особенности о том, которое не может стать действительностью».

— Я не понимаю вас.

— Это относится к умирающему человеку, испытывающему нечто похожее на представление себе будущих событий, которые с ним или с ней никогда не случатся.

Становилось все холоднее. Аманда трясущимися руками направляла луч света в углы комнаты.

— Похоже, мы что-то нашли, — пробормотала она.

Из глубокой тени на них смотрел мужчина, долговязый, худой, с бородой, делавшей его похожим на Авраама Линкольна. Темные волосы падали ниже плеч. Одет он был в какой-то темный старомодный не то сюртук, не то плащ с полами до колен.

Бэленджер чуть не выстрелил от неожиданности, но в позе мужчины не чувствовалось агрессивности, и полицейская выучка позволила Франку воздержаться от опрометчивого поступка. Инструктор в академии в свое время любил повторять: «У тебя должны быть чертовски серьезные основания для того, чтобы нажать на спуск».

Мужчина стоял выпрямившись, прижимая что-то к груди.

— Руки вверх! Кто вы такой! — крикнул Бэленджер, но незнакомец никак не отреагировал. — Руки вверх, черт возьми!

Никакой реакции, только эхо от голоса Франка.