Чтение онлайн

– Понял, Борис Сергеевич, разрешите исполнять?

– Ползи отсюда.

И Артур пополз, кляня свою слабость, судьбу и самодурство начальника. Собственное унижение через несколько секунд превратилось в ненависть к пареньку, из-за которого бедный Артур страдал. В конце концов, никто не сказал, что Дмитрия Березина надо привезти целым и невредимым.

Песчинка за песчинкой преображались два силуэта, ведомые сплавом воли и упрямства. Сколько просидел я вот так - создавая образы самых дорогих в мире людей? Сотни тысяч частей рукотворного образа послушно крепились друг другу, висели в воздухе и грозились соскользнуть на землю под силой гравитации.

– Кто это?
– я давно заметил Таню, но не стал прогонять. Девушка не мешала, ни действиями, ни лишними вопросами. Теперь же, когда процесс был практически завершён, последовал давно ожидаемый вопрос.

– Родители.

Фигура матери сдвинулась с места и подошла ближе. Таня испуганно ойкнула и отступила на шаг назад. Я же позволил ладони миража провести по волосам. До боли знакомая ласка оставила в душе щемящее чувство тоски и веер песка в волосах.

– Как настоящие, - шепнула напарница.

Я отпустил силу, и два силуэта опали на асфальт.

– Прости, задумался, - я потряс головой, стряхивая песок и отгоняя тоску, - Пропустил тренировку.

– Что-то случилось?

– У меня больше нет покровителя, - ответил честно, - Договориться с боссом не удалось.

– П-ф, пустяк, - излишне бодро отреагировала Таня, - Мы сами себе покровители, пусть кто только сунется.

– Уже, - хмыкнул в ответ, - Тот придурок из столовой получил зеленый свет для мести. Я прошу не выходить за территорию школы без меня. Если что-то надо, лучше уж я куплю.

– Если все так серьезно, давай найдем нового покровителя?
– насторожилась соседка.

– Со старым вышло сложное расставание. Вернее, он считает меня своим и не собирается кому-то отдавать, - я перебил Таню, решившую что-то заявить, - В Японии любой, к кому я обращусь, будет звонить прежнему боссу. Результат очевиден - никто не станет портить из-за меня отношения.

– А если я обращусь к кому-либо?
– предложила она.

– Ты понимаешь смысл покровительства для девушек? Вот и не говори глупостей, - я увернулся от легкого тычка в бок.

– Мы ведь можем уехать далеко-далеко?
– новый вариант отдавал столь детской наивностью, что я невольно улыбнулся.

– Мы в самом безопасном месте Японии. Если нас не прогонят - сможем жить тут хоть все три года. Однако есть проблема.

– С выбором цвета гроба?
– иронично подняла бровь Таня.

– Почти. В школе держись подруг или приличных девушек. Тебе, как и мне, нужны свидетели возможной провокации.

– Ты себя накручиваешь.

– Представь, подходит ко мне девушка

– Эй!
– Таня еще раз ткнула кулаком в бок, на этот раз больно - явно воспользовалась силой.

– Подходит девушка, - я уклонился от удара, - спрашивает про погоду и тут же кричит на весь коридор 'Мерзавец, как ты посмел предложить мне деньги за секс!'. Что со мной будет?

– Я тебя прибью, например, - холодно улыбнулась соседка.

– Не-а, раньше меня убьет кто-то другой. И будет прав, честь дамы защищал от простолюдина, как никак, - я удержал Таню за руку, - Очень простой вариант мести, с минимумом затрат. К тебе тоже могут подойти, с таким же результатом. Ничего не доказать, если нет свидетеля беседы.

– Отпусти, я поняла, - повесила голову Таня, - Все как-то мрачно, словно и не школа.

– Дети - самые жестокие существа!
– важно ответил я, - И даже не стесняются друзей по ребрам бить.

– А если они придут сюда? Списки клубов ведь вывешены на стене.

– Придумаю что-нибудь со звукозаписью и видеонаблюдением. Я в этом неплохо разбираюсь, - успокоил я соседку, - В крайнем случае, лес неплохо покушает, а мы уедем далеко-далеко.

– Слушай, а сделай мой портрет из песка, а?
– переключилась Таня и с надеждой взглянула на меня.

– Ради пары минут?

– Ради искусства и фотки!

– Насчет фото - сразу нет, - категорично ответил я.

– Разве это секрет?
– удивилась коллега, - Красиво, конечно, но на тайну не тянет.

– Смотри, - решился показать ей малый каскад шагов из шести фигур.

Силуэты словно выпрыгнули из земли вокруг меня и синхронно начали формировать технику воздушного лезвия. Я же вновь, как у Акети, двигался по кругу и отправлял смертоносные полоски сжатого воздуха в небо. Шесть фигур, шесть шагов, шесть лезвий за две секунды времени.

– Вау!
– выдохнула Таня, рассматривая миражи совсем другими глазами, - Здорово! Ты лабиринт ими проходишь?

– Нет, - поморщился я, вспоминая свои попытки контроля над миражами внутри леса, - Распадаются моментально.

– А если улучшить?
– загорелась девушка.

– Это как?
– заинтересовался я, поднимая для примера еще одну пародию на человека из песка.

– Я мигом!
– крикнула Таня, убегая внутрь леса. Вернулась она действительно быстро - минуты не прошло, - Смотри!
– еще одно семечко, неестественно зеленое, было закреплено на груди миража.

– И?
– поднял я бровь.

– Жди!
– коллега закусила кончик языка от напряжения и принялась плести что-то весьма громоздкое.

Центр фигуры буквально выстрелил сотнями побегов, моментально растекшихся вьюном по всей фигуре. Меньше минуты понадобилось зернышку, чтобы превратить силуэт в эдакую зеленую мумию, равноменро оплетенную стебельками в несколько слоев.

– Получилось!
– подпрыгнула на месте Таня.

– И что это за чудо?
– я обошел мираж кругом и попытался сдвинуть его руку - получилось не без сопротивления, но вполне приемлемо.

– Изолирует человека внутри. Можно двигаться, если разрешат - дышать. Выбраться из него невозможно, а пробиться снаружи - очень сложно. Применяется для транспортировки преступников или ... гхм.

– Или пыток, - завершил я за нее, - А то и особо жестоких убийств. Интересно, откуда у такой прекрасной девушки такое замечательное семечко? Кстати, боюсь представить, куда его вставляют человеку.

– В рот, само собой, - фыркнула она, чтобы не отвечать на первый вопрос, - Благодаря этому можно дышать. Но песку, вроде, незачем?