Чтение онлайн

Да, но почему обязательно этот верховой был человеком деда?

Джонатан тоже собирался быть в деревне. Или, может быть, это кто-нибудь из его кавалеристов, разгоряченный танцами, спешил остудиться пивом в таверне? Прижимая к себе дочку, Маргарет, наконец, свернула с дороги к сложенной из грубых каменных блоков стене, за которой рядом с кузницей располагались дом Бертранды, таверна и еще несколько деревенских домишек. Несмотря на поздний час, из таверны доносились музыка и шумные голоса.

Не успела она порадоваться, что опасный путь позади, как тут же снова насторожилась: к деревне приближался еще один всадник. Маргарет плотно прижалась к стене и изо всех сил вглядывалась в темноту. На этот раз человека на коне скрывал плащ с капюшоном. Он промчался мимо, завернув за угол, и сердце молодой женщины отчаянно забилось. Неужели все-таки за ней? Но почему всадник так плотно, с головой укутался в плащ?

Маргарет постояла в нерешительности некоторое время, затем, не уловив никакого нового шума, кроме криков в таверне, осторожно обогнула стену и устремила напряженный взгляд к дому Бертранды.

Ее глаза различили слабый огонек в окне. Странно, ведь женщины привыкли рано укладываться спать, почему же у них зажжена свеча? Может быть, сейчас один из всадников терзает женщин расспросами о ней? Они испугаются за нее, так как ничего не знают о ее планах.

Озираясь, Маргарет приближалась к дому, решив заглянуть сначала в окно. Если она увидит в доме кого-нибудь из людей графа, то пойдет к таверне в надежде застать там Джонатана. Как ни противилась ее натура обращению к нему за помощью, но другого выхода у нее не было.

Потихоньку ступая, Маргарет приблизилась к дому и наклонилась к окну. Скудная свеча, не ослепляя, позволяла видеть комнату. Справа у окна подле очага сидела в старом кресле Бертранда, а рядом с ней на скамеечке примостилась Мари, подняв голову. Губы ее шевелились. Эта мирная спокойная картина наполнила сердце Маргарет бурной радостью, и она торопливо обежала угол дома и тихо постучала в дверь.

Послышались шаги, дверь открылась, и на пороге появилась Мари со свечой в руках, она подняла ее повыше, чтобы рассмотреть позднего гостя.

– Mon dien [4] , Маргарет, это ты! – наконец узнала она подругу и за руку втащила ее в дом. – Ты шла пешком с la petite [5] ?

Ощущая себя странницей, после долгого путешествия вернувшейся в родные края, Маргарет ступила в эту скромно обставленную комнату, где ее любили, где она провела столько счастливых часов.

Бертранда медленно повернула в ее сторону прекрасное лицо, обрамленное белоснежными волосами, прикрытыми кружевным чепцом. Широко расставленные серые глаза почти ничего не видели, но взгляд их был ясным и спокойным, как всегда. Она молчала, пока Мари суетливо готовила для Пэйшенс постель за занавеской. Маргарет, пережив за один день столько потрясений, устало прислонилась к притолоке.

Наконец Мари забрала девочку и унесла ее укладывать. Послышался сонный голосок ребенка и ласковое воркование Мари, устраивавшей ее поудобнее. Вскоре она вышла из-за занавески, поправляя густые черные волосы.

– Все в порядке, la petite снова хорошо уснула. Садись, Маргарет, ты устала, вот сюда, рядом с 1а tante [6] – Она поставила стул у огня.

– Добро пожаловать, Маргарет, мы рады тебя видеть. И хоть ты пришла в неурочный час, а значит, что-то случилось, разговоры потом, а сначала посиди и отдохни. Мари, налей Маргарет ромашки.

Девушка проворно сбегала в кухню за чашкой и, наклонив закопченный чайник, подвешенный над огнем, налила крепкого горячего чая, настоянного на ромашке. Маргарет сдувала клубящийся пар, пока напиток не остыл, затем жадно припала к чашке. Живительным теплом вливался настой в желудок, и вскоре молодая женщина почувствовала прилив сил и бодрости. Все это время Бертранда с присущим ей терпением невозмутимо молчала, а подвижная Мари, скрывая нетерпеливое желание услышать рассказ Маргарет, принялась перематывать пряжу на катушки.

Наконец старая француженка нарушила тишину:

– Так что же случилось, Маргарет? Что заставило тебя одну, с ребенком на руках проделать ночью этот путь?

Маргарет, поблагодарив, вернула чашку Мари и глубоко вздохнула.

– Я приняла решение, – начала она медленно и твердо. – Поэтому прошу вас меня не отговаривать. Сегодня я с Пэйшенс ушла из Клифтон-Мэнора. Если вы не будете возражать, мне хотелось бы тоже уехать в Лондон, чтобы жить там вместе с вами и зарабатывать продажей кружев, как мы и мечтали.

Она замолчала, с волнением ожидая их протестов и попыток убедить ее в неосмотрительности.

Бертранда морщинистыми руками разгладила на коленях чистый передник.

– Eh bien [7] , надо только как следует все обсудить.

Сердце Маргарет подпрыгнуло от радости – Она благодарно припала к руке Бертранды и, поцеловав ее, заглянула той в лицо.

– Так вы не пытаетесь уговорить меня вернуться?

Бертранда положила руку ей на плечо.

– Я знаю, Маргарет, что ты ничего не сделаешь, не обдумав, поэтому поддерживаю твое решение.

– Надеюсь, я не сделала ошибки, приняв его. Я ушла так поздно, чтобы дед ничего не заметил до утра, и хочу сегодня же ночью направиться на запад. К тому времени, как в поместье спохватятся, я буду далеко.

– А я думаю, тебе лучше поехать на юг в Скарборо, – живо возразила Бертранда. – Там живет мастер Хейл, я тебе о нем рассказывала, мы у него покупаем нитки. Он может спрятать тебя на какой-нибудь ферме. Это недалеко и все-таки по пути в Лондон. А через несколько, дней ты можешь отправиться в Рипон. Хейл сможет найти тебе кого-нибудь в сопровождающие, фермера или конюха, они, может, и не спасут тебя от графа, если он настигнет вас, но защитят от разбойников на дороге. А мы с Мари, как и собирались, уедем через три дня с плотниками.

– Я поняла, мы встретимся в Рипоне. У меня есть деньги, и я смогу заплатить…

– Нет, девочка, не надо, – прервала ее Бертранда, – ты и так слишком много помогала нам. Прошлой зимой ты просто спасла нам жизнь, и не только нам, но и мастеру Фостеру с семьей, когда привезла несколько корзин с провизией. И сейчас, если бы не твои деньги, мы не могли бы даже мечтать, чтобы уехать в Лондон. Мы все готовы жизнь отдать, чтобы отплатить тебе добром.

– Умоляю вас, не надо так говорить, – взволнованно сказала Маргарет. – Разве вы не помогали мне, не делились со мной самым ценным – вашим мастерством? Ведь мы друзья, и давайте не будем считаться. Сейчас нам надо условиться, как мы встретимся в Рипоне. Хорошо, что вы уедете через три дня, ведь все давно знают о ваших планах. Поэтому дед не свяжет с вами мое исчезновение, так как вы будете еще дома.