Чтение онлайн

— Вот только зачем ему это? — спросил Хок. — Может, его наняли наследники, чтоб обогатиться?

— Вряд ли, — покачала белокурой головкой Альта. — В городе полно колдунов, которые промышляют такими делами, но Генрих не из них. Правда, он был вхож в дом судьи, но тогда б он, скорее, отравил его своими снадобьями.

— Тоже верно, — кивнул Хок, отметив ещё одно очко в пользу невиновности травника.

— К тому же у наследников старика не было нужды его убивать, — продолжала Альта. — У него осталась одна дочь, которая вышла замуж за его воспитанника Карла Брауна. Они выросли в его доме, всегда заботились о старике и ухаживали за ним, когда он болел. По сути, хозяйство ведёт Хильда, а деловыми вопросами ведал Карл. Старик доверял ему и сделал своим помощником. Он часто занимался расследованием дел для городского суда. И моего несчастного Фридриха он вывел на чистую воду, но я на него не в обиде. Фридрих всегда был плутом, а Карл так хорош собой и обходителен, что сердиться на него я не в силах.

— Значит, судья Гюнтер доверял своему зятю, а тот искал для него преступников?

— Такая у него работа, — пожала полными плечиками Альта. — Он нашёл убийцу вдовы Шварцвальд, изловил конокрадов барона Шульца и разоблачил шайку мошенников, которые обирали купцов у западных ворот. Он же доказал и то, что советник Курцман отравил свою тёщу, чтоб прибрать к рукам её ткацкую мастерскую. Конечно, находясь под покровительством городского судьи можно быть смелым, но и судью надо было убедить в том, что его давний приятель на самом деле злодей и убийца.

— А живёт этот чудный юноша в доме своего тестя? — поинтересовался Хок, отметив, что узнал то, что ему было нужно.

— Для юноши он уже вполне зрел, — рассмеялась Альта, игриво подмигнув ему, — жаль, что к тому же он так благонравен и влюблён в Хильду. Но живут они в доме судьи.

— И расположен этот дом?.. — улыбнулся Хок, нежно сжав её белые пальчики.

Через полчаса они с Дакостой вышли из дома. На сей раз Киса не рвался сопровождать своего хозяина, облюбовав для себя кресло возле камина. Да и появиться в доме недавно почившего советника магистрата с котом на плече было не совсем уместно. Отправив Дакосту с поручением в таверну «Бычья голова», Хок пошёл прямиком к дому судьи.

Траурные полотна с дверей ещё не были сняты, но возле дома уже сновали слуги, вынося старую мебель, видимо, дорогую сердцу прежнего хозяина, но теперь не нужную новому. Протиснувшись в прихожую мимо детины, тащившего обгоревшее кресло, Хок едва не столкнулся с высоким черноволосым мужчиной в траурной одежде. Он был хорош собой, с голубыми глазами и резкими чертами лица, выдававшими весьма жёсткий характер. Вероятно, при необходимости он умел быть очаровательным, но расточать обаяние перед незнакомым рыцарем в простой кольчуге и сером дорожном плаще явно не видел нужды.

— Что вам нужно? — спросил он, увидев незнакомца.

— Моё имя Рауль де Мариньи, — представился Хок. — И если вы Карл Браун, то я хотел бы поговорить с вами о смерти вашего тестя.

— У меня нет времени говорить с вами, — ответил тот. — Вилли, проводи гостя!

Отдав приказ пожилому мажордому, он направился к двери, ведущей в дальние покои.

— По дороге в Магдебург я забрёл в деревню, жители которой были сожжены внутренним огнём, — крикнул ему вдогонку Хок. — Там была ведьма, которая сказала, что её послал Ротамон.

Карл Браун замер, как будто натолкнулся на стену, и медленно обернулся. Его взгляд был полон гневом, и, дав знак слуге оставаться на месте, он резко спросил:

— Что вы знаете о смерти моего тестя?

— Я знаю, что Генрих Трауберг не убивал его. Его убил кто-то другой, кто-то, кто действует по приказу Ротамона. И, возможно, судья — лишь первая жертва, за которой последуют другие.

— Идите за мной, — произнёс Карл и вышел.

Они вошли в кабинет, где стоял массивный стол, к которому уже поставили новое, обитое кожей кресло. Столешница была пуста, а все бумаги аккуратными стопками сложены на полках шкафа.

— Почему вы интересуетесь этим делом? — мрачно взглянув на визитёра, спросил Карл. — И почему я должен вам верить?

— Вы не должны, — покачал головой Хок. — Но если вы, как и я, заинтересованы в том, чтоб остановить этого колдуна, то хотя бы поговорите со мной.

— Чем он вас так заинтересовал?

— Он — зло. Он убил всех жителей деревни только для того, чтоб доказать свою силу. Там были женщины, дети и старики, и все сгорели заживо по его пустой прихоти. Мне не хочется думать о том, что он сделает с этим миром, если получит власть.

— Почему вы так уверены, что он причастен к смерти моего тестя?

— Трауберг — травник, он, скорее, отравил бы судью, тем более, что у него была такая возможность. Но огненная магия — это совсем другое.

— Но он сознался.

— Его заставили. Вы знаете, что его дочь пропала? Её похитили, чтоб надавить на него.

— Почему вы так решили?

Браун больше не выглядел разозлённым, скорее, расстроенным и отчаявшимся.

— Я провёл небольшое расследование, — ответил Хок, — и я знаю, что девушка исчезла. Я слышал, что Трауберг не занимается чёрной магией, и у него не было причин убивать судью. К тому же, он когда-то разоблачил несколько волшебников, которые готовы были вступить в сговор с Ротамоном. Им есть за что мстить.

— А это-то вам откуда известно? — нахмурился Браун. — Это было тайное расследование! Никто кроме судьи, меня и Генриха не знал об этом! И тех самых колдунов.

— Вот о них мне ничего не известно, — заметил Хок, — а я хотел бы знать. Об этом случае мне поведал старый друг, который слышал эту историю от самого Генриха.

— Ждите здесь, — проговорил Браун и вышел из кабинета, а через пару минут вернулся и хмуро взглянул на гостя. — Я спросил у жены. Вчера вечером она послала слуг к друзьям Генриха, чтоб узнать, где Рената. Они не знают и очень этим встревожены. Похоже вы правы. Меня тоже смущала вся эта история. Травник всегда казался мне безобидным, его интересовали только его дочь и книги, и вдруг… Теперь всё встаёт на свои места. Вы сказали, вас зовут Рауль де Мариньи? Вы из Сен-Марко?

— Я с Земли. Мы прилетели недавно и застряли здесь, — честно ответил ему Хок.

— Военный звездолёт? — спросил Карл и, пройдя за стол, сел в кресло.

— У нас давно нет военного флота. Я из поисково-спасательного. Мы искали своих товарищей, прилетевших сюда раньше.

— Да, они проезжали через Магдебург, — наконец, в голосе молодого человека послышалось что-то, что говорило о его симпатии к случайным знакомым. — Пять рыцарей, которые направлялись в Сен-Марко. Они помогли мне задержать конокрадов. Присаживайтесь. Вы должны простить мне мою резкость, сэр рыцарь. Ведь вы рыцарь?

— В чине командора.

— Отлично. Я пребываю в замешательстве и не знаю, что делать. Происходящее пугает меня, потому что я чувствую, что теряю контроль над ситуацией, в которой разбираюсь лучше других. Я проводил расследование для городского суда, оно было тайным, в него был посвящён только мой тесть, поручивший мне его. Мы узнали, что Ротамон решил захватить Магдебург, но не как воин, а как колдун. Он хочет поставить у власти своего ставленника и управлять через него. Недавно некоторые советники магистрата заговорили об отмене закона, запрещающего объединения колдунов. Что плохого, если они будут объединяться по цехам, как ремесленники, и, сделав эти объединения открытыми, город сможет контролировать их деятельность? Но вы же понимаете, как опасны подобные сообщества. Они быстро запустят свои щупальца во все структуры города. Мало нам шпионов Тёмных эльфов, Ангела Тьмы и тайной полиции Сен-Марко. Не хватало ещё тайных обществ, орудующих в самом городе! К тому же нам удалось выяснить, что за всем этим стоит Ротамон. Деревня, которую вы видели, не единственная, пострадавшая от его магических атак. Вокруг Магдебурга последнее время участились случаи колдовской потравы посевов и падежа скота. Селяне боятся. И везде, так или иначе, всплывает имя Ротамона. Перед смертью мой тесть готовился открыть правду совету магистрата с тем, чтоб предостеречь город и бургомистра от грядущей опасности.