Чтение онлайн

Она снова погрузила руки в ключевую воду. Мадлен стояла спиной к Элис и смотрела на лагерь, вовсе не опасаясь, что Элис может сбежать.

Нельзя сказать, что Элис не думала о побеге. Напротив, она думала об этом постоянно. Вот и сейчас она попыталась прикинуть, в каком направлении течет тонкий ручеек и далеко ли ей удастся убежать вдоль него, покуда ее не схватят охранники, которых приставил к ней ее брат. У нее не было никаких шансов на успех. Но все равно лучше попытаться, чем умереть, сдавшись. Она готова уже была начать свой безнадежный бег, когда увидело нечто, заставившее ее вздрогнуть и замереть.

Сквозь ветки деревьев на нее смотрело знакомое, любимое лицо Клер. На секунду Элис решила, что она снова грезит наяву.

Элис испуганно покосилась через плечо, но Мадлен спокойно стояла, глядя в сторону. Но Элис знала, что стоит лишь ей рвануться в лес, как Мадлен мигом бросится следом — и не потому, что ненавидит ее, но потому, что прекрасно знает о том, что ее ждет, если она упустит пленницу.

Элис осторожно обернулась в полной уверенности, что лицо Клер бесследно растаяло, но оно продолжало смотреть на нее из лесной чащи.

— Мы собираемся освободить тебя, — прошептала Клер, стараясь, чтобы ее голос прозвучал тише, чем журчащий ручеек.

— Мы?

— Томас тоже здесь.

— Беги, — с отчаянием сказала Элис. — Не рискуй своей жизнью. Со мной ничего не случится, Ричард побоится тронуть меня.

— Он убьет тебя, — ровным голосом произнесла Клер. — И мы обе прекрасно знаем это. Они не сказали мне, как именно собираются освобождать тебя. Просто будь готова ко всему.

— Они?

Но лицо Клер уже исчезло за деревьями, а рядом с Элис стояла Мадлен.

— С кем вы только что говорили здесь, миледи? — жестко спросила она, всматриваясь в лесные заросли.

— Со своим отражением в воде.

Мадлен недовольно поморщилась и сказала:

— Пойдемте, миледи. Впереди долгий день, и я хочу сегодня как следует повеселиться.

— Повеселиться?

— Здесь в городе ярмарка, и Жерве сказал, что мы будем проезжать через нее, прежде чем отправимся в Миддлхэм. Ах, как давно я не была на ярмарках!

— А не опасно пробираться через ярмарку с моей повозкой? — деловито спросила Элис. — Вдруг я закричу, что тогда?

— Кричите, не кричите, какая разница, — ответила Мадлен, и Элис была вынуждена согласиться. — А может, ваш колдун что-нибудь придумает. Скажет, например, какое-то заклинание, чтобы вы лишились языка.

«И так может быть, — снова согласилась про себя Элис. — Он вообще может творить со мной что угодно».

— Ладно, я буду вести себя тихо, сказала она.

— Я тоже надеюсь, что вы будете достаточно благоразумны, миледи, — сказала Мадлен, ведя Элис назад, на поляну, к ее тюрьме.

Только забравшись внутрь и закутавшись в меховое одеяло, Элис позволила себе вспомнить, что сказала Клер.

«Они не сказали мне…» Интересно, кто эти «они», о которых упомянула ее сестра?

Один из них, разумеется, сэр Томас, это ясно и так. Ну а второй… Вторым быть некому, кроме ее собственного загадочного и непредсказуемого в своих поступках мужа.

— Чему вы улыбаетесь, миледи? — удивленно спросила Мадлен, увидев сквозь прутья решетки сияющее лицо Элис.

— Сегодня прекрасный день, — ответила она. — И к тому же мы едем на ярмарку.

Мадлен хмуро посмотрела в серое низкое небо, затянутое облаками, и сказала, покачав головой:

— Но вам-то на ярмарке не веселиться, леди Элис.

— Неважно, я все увижу и из окна своей повозки, — беззаботно ответила Элис.

Мадлен еще раз посмотрела на небо, снова покачала головой и молча пошла прочь, уверенная в том, что ее хозяйка либо сошла с ума, либо превратилась от горя в ведьму.

Им необходимы были точный расчет и везение. Им необходимо было, наконец, чтобы Честный Ричард, сам того не желая, сыграл им на руку. Им были необходимы выдержка и доверие Элис и, наконец, божье благословение.

Без любой из этих составляющих все их предприятие грозило обернуться катастрофой.

Это было очень рискованное дело, что и говорить. В распоряжении заговорщиков остался всего один, самый последний день. Завтра караван Ричарда достигнет замка Миддлхэм, и тогда будет поздно. Юный король должен будет умереть, а вслед за ним — Элис и Саймон.

Саймон мог рассчитывать на все что угодно — на любовь Клер к своей сестре, на отвагу сэра Томаса де Реймера и преданность Элис. Не мог он с уверенностью рассчитывать лишь на то, что Ричард окажется достаточно тщеславным, чтобы привести в действие весь их план освобождения Элис.

В той его части, где план был связан с Ричардом, оставалось уповать лишь на милость божью.

Саймон, давно не веривший в бога, сейчас готов был упасть на колени и молиться о спасении своей ни в чем не повинной жены. Он был благодарен небесам за то, что у него появился надежный помощник — сильный, надежный рыцарь. Разумеется, Саймон стал бы бороться за жизнь и свободу Элис в одиночестве, но теперь, вместе с Томасом де Реймером, он чувствовал себя гораздо увереннее. Саймон мечтал о том, чтобы освободить Элис и своими руками расправиться с тем дьяволом во плоти, который, по иронии судьбы, оказался ее братом. За это ему не жалко было отдать свою жизнь. В конце концов, он за свои тридцать четыре года повидал и пережил столько, сколько иному не удастся и за семьдесят. Если ему доведется умереть, он примет смерть спокойно. Лишь бы знать, что Элис вне опасности, а там и умирать не страшно.

Ричард и Саймон сидели верхом на лошадях. Ричард, судя по всему, пребывал в прекрасном расположении духа.

— Ну что, проедем мимо или остановимся, чтобы поразвлечься, Грендель? — спросил он.

Разумеется, для себя он уже все решил и спрашивал Саймона только для того, чтобы покуражиться. Однако и Саймон не напрасно провел три года при дворе Ричарда. Он успел досконально изучить характер своего лендлорда и готов был вступить в игру, ставкой в которой была не только его собственная жизнь, но и жизнь Элис.

— Я полагаю, нам лучше обогнуть город, — сказал он.

— Клянусь, я сам думал так же, — откликнулся Ричард. — На ярмарке слишком многое будет отвлекать моих стражников, да и леди Элис может неожиданно устроить сцену, а мне этого не хочется.

— Разумеется. Хотя, как мне кажется, она будет молчать. Да и ваши славные рыцари не похожи на деревенских олухов, которые могут на ярмарке уши развесить.

— Похоже на правду. Но тогда почему ты против того, чтобы мы завернули на ярмарку?