Чтение онлайн

Остальные быстро улетучились в тюремный коридор, откуда, оставаясь невидимыми, открыли ожесточенный обстрел камеры.

Благодаря свою счастливую звезду за толщину тюремных стен и надеясь, что они не станут жертвой случайного рикошета, Джон оставался в указанном ему углу и с минуты на минуту ждал взрыва, пряча за своей спиной Айрис.

И он пришел. Окно и примыкающая к нему стена обратились в одно громадное отверстие. Осколок ударил Джона в голову, и он упал почти без чувств. Когда осела поднятая взрывом пыль и рассеялся пороховой дым, его затуманенный взгляд заметил фигуру Марча, входившую через образовавшуюся дыру в камеру. Как сквозь сон он видел, как тот вывел испуганную Айрис. Но лишь только его выволокли на воздух, Джон быстро пришел в себя.

— Где Айрис? — прошептал он.

— Айрис, да я ее вывел… — Марч обернулся, но не увидел никого. Айрис! — крикнул он, — Айрис…

Джон вскочил.

— Айрис…

— Вот она… Ее несут…

Джон увидел, как мистер Строи с Мильфордом укладывали в автомобиль Айрис… Бросились к ним… Но мистер Строи, вскочив в авто, насмешливо раскланялся с ними, исчезая за поворотом улицы… Оба бросились бежать, спотыкаясь об обломки обрушившейся стены… На углу, увидев автомобиль, они вскочили в него и совсем затолкали шофера, объясняя ему, кого надо преследовать.

Навстречу им к тюрьме скакали конные жандармы.

Джону пришлось скрыться в одном из бесчисленных домов на окраине, так как он не мог поместиться с Марчем, чтобы не подвести его под ответ. Скотленд-Ярд сбился с ног, разыскивая неуловимого преступника.

Джон скитался как дикий волк по улицам, тщетно желая увидеть хоть мельком Айрис или где-нибудь встретиться с Джеральдом.

Но увы! Он не мог нигде с ними встретиться. Он не знал того, что целые дни Джеральд Марч хлопотал около своего отца, ухаживая за ним и приводя его в человеческий вид.

Он не знал того, что Айрис была заперта Стромом в его особняке и целые дни томилась в одиночестве.

— Айрис… Айрис… — шептал он при виде какой-нибудь женщины, похожей на нее.

Его сердце начинало трепетно биться, и он принужден был останавливаться, чтобы прийти в себя.

Но с каждым днем образ Айрис постепенно тускнел, и другой занял его место — голод. Терпя неудачи за неудачами, в поисках работы и денег Джон переживал душевную драму, уныние перешло в отчаяние, досада в возмущение.

При долгом истощении организма рассудок обычно возбуждается до крайней степени. Так было и с Джоном. В его мозгу зарождались разнообразные мысли.

Пробовал даже писать книгу, но не мог. Мечты об Айрис мешали работать, и он наконец решил идти напролом, прямо, чтобы занять свое место рядом с ней, ведь они обвенчались в тюрьме.

Так думал измученный Джон, когда узнал, что мистер Стром снова занял свое место в фешенебельных кругах Лондона.

С большой осторожностью, избегая полисменов, он пробрался к особняку Строма.

В течение нескольких часов он пытался разузнать, находится ли Стром в доме, но все было тщетно.

Опущенные шторы на окнах не давали возможности разглядеть обитателей особняка. Там царила тишина.

Лишь раз заметил, что из дома Строма торопливо вышел Макс. Это подсказало Джону, что в доме должен быть сам Стром, и он продолжал выжидать.

Через некоторое время подъехал грузовик, с которого возчики стали снимать небольшой зеленый несгораемый шкаф. По-видимому, спустить шкаф на землю было не легко возчикам, а потому он подошел к ним и стал помогать.

Вид несгораемого шкафа, принадлежавшего его заклятому врагу, толкнул Джона на отчаянное решение.

Он решил во что бы то ни стало пробраться в дом.

В ту же ночь Джон пробрался в дом. Вооруженный инструментами для вскрытия несгораемого шкафа, он осторожно пробирался по знакомым комнатам кабинета Строма.

— Я ограблю грабителя, — думал он, — и убегу с Айрис.

Стоя за тяжелой портьерой у окна, он направил электрический луч фонаря в комнату. Яркий луч прорезал мрак комнаты и, быстро описав круг, на секунду остановился у двери и погас.

Наступил мрак и тишина.

Бесшумно отделившись от портьеры, он осторожно ощупью направился через комнату туда, где при свете заметил несгораемый шкаф. Добравшись до него, он осветил потайным фонарем диск комбинации и приступил к вскрытию кассы.

Время от времени он прекращал работу и чутко прислушивался.

Потом снова приступал к работе. Через несколько минут все было сделано. Легкое щелкание затвора — и дверь несгораемой кассы бесшумно открылась.

Направляя свет то в одно отделение кассы, то в другое, он лихорадочно стал все просматривать.

— Я так и думал, ящик с драгоценностями, французские акции на предъявителя, как раз то, что мне нужно, а вот еще лучше — пачка тысячефранковых банкнот. Тут, должно быть, не менее ста тысяч.

Свет потайного фонаря играл на шуршащих бумагах.

Из мрака протянулась рука и легла на плечо Джона.

В тот же момент холодная сталь дула револьвера коснулась его правого виска.

— Руки вверх!.. — раздался приказ.

Он поднял руки кверху и в темноте старался разглядеть своего врага.

— Держи руки кверху, иначе отправишься к своим праотцам!.. Встань и повернись лицом ко мне!..

Комната сразу осветилась. Джон осторожно повиновался приказу и обратился лицом к тому, кто приказывал.

Он узнал Строма в фрачном костюме, угрожавшего ему браунингом. В его глазах играла дьявольская улыбка, и среди громовой тишины Стром заговорил трескучим протяжным голосом:

— Рассчитывал на легкую поживу, не так ли? Мне едва удалось спрятаться за шкаф. Как тебя зовут?

Джон мрачно стиснул зубы и пристально смотрел на Строма. Потом вскрикнул:

— Стреляй же, подлец!..

Стром указательным пальцем коснулся курка, но не выстрелил и, отойдя за дубовый стол, стал у стены.

— Ты мне нравишься, Бертон, — иронически произнес он, — я не хочу убивать тебя, а…

Рука Строма что-то нащупывала на столе. Взор Джона сразу же увидел там кнопку звонка, которым Стром, по-видимому, собирался созвать слуг. Быстро сообразив, что делать, Джон незаметно и ловко опрокинул ногой стол на Строма. Тот выстрелил.