Чтение онлайн

Староста вылупил на нее свои глаза и, пошатываясь, повел к своей избе.

– Вот, милости просим.

– И это лучший дом?
– усмехнулась Нира.
– У меня дома даже конюшня выглядит куда респектабельней. Ну да ладно, и так сойдет, - "смилостивилась" она.

Крестьяне сразу же поняли, что спокойной жизни пришел конец. И что это за гостья такая невиданная, которой все не по душе?

Надо сказать, Нира по натуре своей не была злой. Просто не знала, чего ждать от этих людишек, и это выводило ее из себя. А стресс она снимала при помощи своей грубости и нахальства. Нужно также отметить, что некоторую роль сыграло демоническая природа. Чувство собственного превосходства и ничтожества всех остальных вынуждали Ниру действовать соответственно. Она боялась, что если сейчас не проявит силу, то потом шанса уже не возникнет. Наглостью города брали, как говорится.

В следующие две недели демонесса нагнала страх на всю деревню, все боялись встретится с ней на улице, а оттого прятались по домам. Нира, естественно, обижалась. Ну и что, что у нее глаза желтые, характер нелюдимый и привычки мерзкие?! Это еще не повод делать из нее монстра во плоти! К тому же она не "ждала у моря погоды", а пыталась сама вернуться в свой мир, открыв портал (высший демон, как-никак). Конечно же, это ей благополучно не удавалось. А на жалобы деревенских, что у дома, в котором она живет, теперь по ночам странные звуки идут (ну магией она занимается, магией!), так это ее не волнует.

Надо отдать крестьянам должное, и их терпение не бесконечно. К началу третьей недели начались активные действия по "изгнанию страшной напасти, кои их посетила".

" Ну и что, - думала Нира, перепрыгивая через натянутый через всю улицу канат (как такое не заметить, они бы еще указатель повесили!), - ну и что, что я не даю крестьянам спуску, - кирпич, падая с крыши ей на голову, благополучно остался позади, - зато за ум взялись, общая беда, как говорится сплочает. И без дела никто не сидит. Вон как дружно пытаются меня обезвредить. Жаль только, что зря".

За время, проведенное в Нижних Цирах, Нира окончательно почувствовала себя тут хозяйкой. Ничего, если братья по оружие о ней так и не вспомнят, проживет как-нибудь. Хозяйство здешнее наладит, домик себе построит, порядки наведет. Все у нее будет. А люди к ней еще привыкнут, смирятся и бросят глупые затеи. Чувствует ее сердце, давно здесь не хватало крепкой руки.

Полной неожиданностью стало, когда один из местных вернулся из лесу в окровавленной рубахе и с огромными от ужаса глазами:

– Там... там... монстры... Спасайтесь, люди добрые!

Нира сразу же уперла руки в боки. Это кто же тут трогает "ее" людишек?! Кто посмел напасть?! Ничего, вот сама пойдет и разберется. Дело недалеко ушло от слов, через пять минут она уже выходила из деревни со своим мечом в руках.

– Куда же ты девонька?
– окликнул ее кто-то.

– Не твое дело, сказала же, сейчас вернусь!

Уверенной поступью она вошла в лес. Где-то в отдалении слышался какой-то шум.

– Попались, - обрадовалась демонесса.

Но не тут-то было. Оказалось, что в лесу ее ждала ловушка. И ловушка эта захлопнулась. До конца осознать этот интереснейший аспект Нира не успела, так как ее оглушили сзади.

Очнулась демонесса, как полагается - в темном сыром подвале, с мешком на голове и связанными руками и ногами. Как оказалось, ее удерживали не простые веревки (которые порвать не составит труда), а зачарованные - милое изобретение ее родного мира.

"И откуда они тут взялись?" - заинтересовалась она.

– Кажется, ты уже очнулась, - констатировал голос из темноты, Нире показалось, что голос ей отдаленно знаком.

Демонесса принюхалась, напрягая свое демоническое чутье, но тщетно.

– Не пытайся, - посоветовал голос.

– Да кто ты такой?!
– не выдержала девушка.

– Какая разница для той, которой все равно не сегодня завтра суждено умереть.

– Тем более я хочу это знать. Облегчи мою душу хоть перед смертью, - сказала она.

– Нет, так не пойдет, - усмехнулся голос.
– Почему ты не ведешь себя как жертва.

– Никогда так себя не вела. И раз уж все равно попала в плен, то не собираюсь изменять своим привычкам, - пожала плечами Нира.

– Молодец, - одобрительно отозвался незнакомец.
– Заслуживаешь уважения. Хочу предложить тебе сделку.

– Какую это?

– Не все сразу. Хотела бы ты помогать нам?

– В чем?

– Ты ведь догадываешься, что перед тобой сейчас сидит не человек?

– Некоторые соображения имелись.

– Мне известно, что ты хорошо знакома с Повелителем?

– Как в данной ситуации, это мне может помочь?

– Сотрудничай с нами, будь на нашей стороне. Тогда сможешь выйти отсюда живой и невредимой.

– И? Что вы за это с меня потребуете? Учтите, я лучше приму свою участь, чем совершу что-то во вред Повелителю. Я не преступница.

– Всего лишь надо устранить кое-кого, кто нам мешает?

– И кто это?

Нет, ну что за люди?! Мы, можно сказать, спасли жизнь владельцу харчевни и еще нескольким посетителям, но стоило хозяину прийти в себя, как он тут же повесил всю вину на нас! Якобы, от нас одни беды, и это именно мы накликали беду на его голову! И хоть Алес предлагал другие варианты "привести человека в чувство", я решила, как обычно, мирно откупиться парой монет. Состояние моих финансов оставляло желать лучшего, а время, когда я могла ни в чем себе не отказывать, кануло в лету. В моем кошельке одиноко покоился последний золотой в соседстве с несколькими серебрушками и горстью меди. Я тут же убедилась, что все деньги, которые попадают мне в руки, будут неминуемо растрачены в кротчайшие сроки. Ну не умею я экономить! Самое главное, первоначально сумма была довольно внушительной, а теперь... Даже если вести себя поскромнее, то моих сбережений не хватит более, чем на пару недель. Ох уж этот беспечный Алес, мне бы его уверенность в завтрашнем дне.

Спустившись в обеденный зал, я увидела сидящего в одиночестве Алеса. На демоне лица не было. Таким подавленным я его еще не встречала.

– Что-то случилось?
– миролюбиво поинтересовалась я, присаживаясь рядом.

– Данка, - решительно сказал он, - мы уходим.

– Куда?
– не поняла я.

– Куда-нибудь. Я больше не могу выносить это место и его хозяина. Данка, если ты меня отсюда не уведешь, разнесу все к гоблину!

– Ладно, ладно, только оплачу за постой. Подожди на улице.