ЖАНРЫ

Повелительница с клеймом рабыни
Шрифт:

Кристиан даже не глянул на Сэбию, не сводя взгляда с дрожащей Киоры. Молодая служанка замерла в стороне. Ей было страшно и любопытно одновременно. Она чувствовала гнев молодого хозяина, но он был направлен не на нее. Сэбия хотела это видеть… хотела видеть смерть той, кого так ненавидела. Насладиться этим зрелищем. Насладиться и запомнить во всех деталях. Поэтому даже не попыталась подать голос, против обвинений Киры. Сэбия знала, что юный господин не поверит ни одному слову старшей служанки.

– Господин Кристиан, почему вы ей верите?! – интонация Киоры перешла, чуть ли не истерический, визг – старшая демонесса так и не поняла, что ее обвинитель вовсе не Сэбия. – Она всё лжёт! Лжёт вам, господин!

– Ты думаешь, что слова слуг для меня что-то значат? – губы демона скривились в презрительной усмешке. – Нет. А вот слова моей сестры – очень даже. Это она говорила о тебе, Келл? – парень повернулся к сестре. – Это она говорила, что ты – лишняя? Что ты – слабость Кавэлли?

– Да, – утвердительно кивнула девочка, не сводившая с Киоры своих огромных темных глаз. – Это были ее слова.

– Госпожа Аккэлия… – служанка посмотрела на младшую дочь Милены Кавэлли – она, наконец-то всё поняла. – Госпожа Аккэлия… простите меня! Простите! – демонесса сделала шаг вперёд, видимо, намереваясь подойти к Аккэлии, но её брат преградил Киоре дорогу:

– Не смей обращаться к ней, ничтожество! – зарычал Кристиан. – Не смей приближаться к ней… даже смотреть на неё!

Киора осознала, что прощать её никто не собирается и миловать – тоже. А в такой безвыходной ситуации… даже зная, что это – бесполезно… ты пытаешься спасти свою жизнь любыми способами. Пронзительно вскрикнув, демонесса бросилась к двери. Но она не успела даже коснуться ручки – сила, словно щупальца гигантского невидимого спрута, отшвырнула её от спасительного выхода, прямо к ногам Кристиана Кавэлли.

– Служанка, которая не может отвечать за свои поступки, да ещё и сбегающая от своего хозяина? – он смотрел на нее сверху вниз, с презрительной улыбкой палача.

– Господин Кристиан, пощадите! – демонесса поднялась с пола, но лишь для того, чтобы встать перед молодым демоном на колени. – Умоляю! Я совершила глупость, я готова понести наказание… господин Кристиан, я сделаю для вас всё… всё, что угодно!

– Всё, что угодно? – демон громко расхохотался… и взмахнул мечем.

Смех оборвался так резко, что Сэбия, с упоением наблюдающая за этой сценой, вздрогнула. Лезвие описало красивый сверкающий круг, и вонзилось Киоре в живот, пробив ее насквозь.

– Всё, что угодно, ты и так должна была делать! Делать и молчать!

Киора вздрогнула всем телом и, словно не веря, опустила взгляд, глядя на клинок, впивающийся в ее тело. Этого мало, чтобы убить демонессу, но ей было больно. Стоя на коленях, служанка ухватилась за лезвие руками, в нелепой попытке вытащить его из себя, но молодой Кавэлли держал клинок твердо, и она лишь бесполезно резала ладони.

– Господин Кристиан, – хриплым от боли голосом произнесла она. – Молю вас…я…

– Ты решила, – холодным голосом отозвался парень, и чуть повернул рукоять меча – лезвие шевельнулось, расширив рану в теле Киоры. – Что Аккэлия Кавэлли ниже тебя, и посмела говорить о ней этот нелепый вздор…

– Нет, господин, – ответила демонесса, продолжая бесполезно хвататься за лезвие и резать руки – кровь из ладоней, кровь из раны на животе лилась на пол темными ручейками. – Вы, ошибаетесь…

Кристиан снова шевельнул мечом, вздернув его чуть выше. Рана стала еще больше. Кровь полилась изо рта Киоры…

– Господин Кристиан… – прохрипела Киора, закашлялась и вдруг перевела взгляд на сидящую в кресле девочку. – Госпожа Аккэлия… прошу, дайте мне возможность искупить… – ее тело продернулось мучительной судорогой – она была насажена на меч Кристиана, как бабочка на булавку – изо рта вышел и упал на пол темный кровавый сгусток. – Искупить мою вину…

Сэбия, до этого мига не отрывающая восторженного взгляда от Киоры, посмотрела на Аккэлию. Девочка сидела в кресле, поджав под себя ноги, и смотрела на старшую служанку задумчивым взглядом. Сэбия уже видела у этой девочки такой взгляд, когда заставала ее в библиотеке. Когда маленькая демонесса изучала очередной фолиант, весом едва ли не превышающий ее собственный, ее темные блестящие глаза имели такое же выражение. В них был вопрос, стремление к познанию, желание понимания. Эта девочка стремилась знать – знать, что будет дальше.

– Крис, – произнесла Аккэлия Кавэлли, и ее тихий голос, казалось, заставил умолкнуть все звуки в комнате – даже хрип обреченной Киоры. – Зачем ты говоришь с ней так долго? Раз ты решил, что она виновна, зачем тратить на нее слова?

Да, ты права, Келл, – Кристиан усмехнулся – он явно был доволен словами маленькой сестренки. – Достаточно болтовни.

– Господин, умоляю!.. – Киора вскрикнула когда меч снова шевельнулся в ее теле.

– Знаешь, Келл, – обратился молодой Кавэлли к сестре. – Я недавно был в маминых темницах. Так там пленники говорили маме тоже самое: «Умоляю, пощадите!»

– И мама их слушает? – с искренним интересом спросила Аккэлия.

– Нет, конечно! Она не обращает на их слова никакого внимания.

– Значит, мы должны брать с неё пример, – девочка склонила голову на бок, глядя, как обреченная демонесса давится собственной кровью.

– Совершенно верно! – согласился Кристиан; он обернулся, посмотрел на сестру. – Эта дрянь оскорбила тебя, Келл. Ты и решай, что я должен с ней делать…

– Госпожа… – обреченно прохрипела Киора.

Почему-то даже Сэбии в этот миг стало жутко. Она понимала, когда демон жаждет крови оскорбившего его. Но она не понимала, как в это вписать взаимоотношения этих двух молодых демонов – младших Кавэлли. Их природная жестокость к окружающим туго сплеталась с совершенной противоестественной верностью друг к другу. Почему-то молодую демонессу Сэбию это пугало едва ли не больше, чем участь обреченной Киоры.

– Реж ее, – сказала Аккэлия, выпрямляясь в кресле. – Медленно. Я хочу знать, насколько велика должна быть смертельная рана для высшей демонессы, и как долго ее можно наносить.

– Келл, – с неподдельной нежностью произнес Кристиан, но Сэбию передернуло от этого – столько чуждости, зловещности, и жестокости было в этой интонации. Как такое было возможно, служанка не могла понять, но было именно так – нежность и жестокость одновременно. – Я всегда завидовал твоей тяге к познанию.

Девочка улыбнулась брату, и повторила:

– Реж.

И Кристиан стал резать. Он неторопливо вел меч вверх, разрезав мягкую плоть, уперевшись в ребра, и продолжая также не торопливо резать их, словно не замечая плотности кости. Киора кричала. Громко безнадежно, безумно. Молодой демон разрезал ее до плеча. И ее тело от живота распалось на две части, словно чудовищный цветок: левое плечо в одну сторону, правое плечо шея и голова – в другую. Брызнула кровь, залив лицо и руки Кристиана Кавэлли. И в следующий миг тело Киоры обратилось в прах. Сэбия стояла, онемев от какого-то инфернального ужаса.

Поделиться с друзьями: