Чтение онлайн

Ренэтус был единственным, с кем я, совершенно спокойно, могла оставлять Келл. Я знала, что он будет защищать её от кого угодно, до самого конца. Кроме того, он обладал способностью перемещаться между мирами и, в крайнем случае, мог просто уйти вместе с моей дочерью к драконам. Последнее уже происходило, когда Ренэтус спасал Келл от… меня самой.

Мне было всё равно, что моя истинно-демоническая сущность творила, вырываясь на свободу. Но, иногда, это касалось моих детей. Истинные демоны не испытывают никаких чувств к своему потомству. И моё второе «я» придерживалось того же. Она помнила о родстве с Крисом, Келл и остальными, но… для неё это не имело значения. Она была к ним, обычно, равнодушна. Не обращала никакого внимания. Но, если обращала, то… Один раз, когда Крис был ещё младенцем и, своим криком, помешал ей спать, она чуть не убила его, намереваясь разрезать его на части косой. Но, тогда ей помешал Самаэль. А когда Крис подрос, он уже стал сам достаточно силён, чтобы защищаться от меня, когда я в таком состоянии. Хотя, он всегда просто сбегал в мир драконов. Келл… Моя малышка увидела эту мою сторону совсем недавно – в пятилетнем возрасте. Появление этого полу безумного состояния я не могла предвидеть. Как и контролировать его. Оно могло не проявлять себя годами, из-за чего Келл, все пять лет, была в благом неведении. А могло сменять меня каждый час, каждый день, месяц. И никогда не было известно, сколько я пробуду в таком состоянии.

Келл, как и Кристиана, спас от меня Самаэль. Что меня, признаюсь, очень удивило. Ведь, я знала, как он относится к моей младшей дочери из-за её отца. Но, когда я хотела прервать жизнь этой, как мне тогда казалось, бесполезной жалкой девчонки, Самаэль защитил её и забрал в свой дворец до тех пор, пока я не пришла в себя. Я спросила его тогда, почему он это сделал. Ведь, это был для него удобный шанс избавиться от той, кто его так раздражает одним своим существованием.

– Ты бы меня не простила, Милена. И ты это знаешь. Ты бы, навсегда, отвергла меня, если бы я оставил твою дочь с тобой. Если бы ты причинила ей вред… ты бы не простила не только меня, но и себя тоже. Ты бы винила себя и мучилась до скончания времён. А этого я, уж точно, допустить не мог.

И Самаэль был прав. Если бы только волос упал с головы Келл… я бы не простила никого. Ни своего эррильзара, ни, тем более, себя. Но, с тех пор, рядом с моей дочерью всегда был Ренэтус. Он быстрее других ощущал изменения во мне – это была ещё одна причина, почему именно адскую гончую я приставила к Аккэлии. И когда он чувствовал эти изменения, он забирал Келл и уходил. Про то, что он уходит именно в мир драконов, я узнала после того, как Ренэтус сделал это в первый раз. Когда я пришла в себя и не обнаружила свою дочь в мире демонов… я была в панике. Мне стало так страшно… Страшно от того, что сама могла сделать что-то ужасное… А, затем, ко мне, телепатически, обратился Ренэтус:

– Мы с Келл в мире драконов. Твой супруг, правда, не очень этому рад, но я решил, что это самое безопасное место.

Я была не слишком солидарна с Ренэтусом. Ферокс терпел Криса, но… будет ли терпеть Келл? Этого я не знала, поэтому, в эту же секунду, переместилась в мир драконов.

Картина, представшая перед моими глазами, меня поразила. В моём кабинете, куда, видимо, Ренэтус и привёл Келл, находился Ферокс и наш старший сын – Ориан. Ориан смотрел на своего отца с упрямством и решительностью. Было видно, что он готов что-то отстаивать до самого конца.

– Я не позволю тебе её забрать, – произнёс наследник Ферокса, смело смотря в глаза повелителя драконов.

О ком он говорил, я поняла сразу. За спиной сына, обняв Ренэтуса за массивную шею, находилась Келл, испуганно переводя взгляд с одного дракона на другого. Ферокс стоял от Ориана всего в нескольких шагах. Он был взбешён. Глаза полыхали злостью, а голос больше походил на звериное рычание:

– Наглый мальчишка… Смеешь перечить своему повелителю и отцу?!

Под давлением силы Ферокса, его магии и злости, Ориан, инстинктивно, начал склоняться. Но, затем… наследник Ферокса тряхнул головой, словно, отгоняя от себя страх перед отцом и его глаза, точно такие же, как у Ферокса, снова, посмотрели на повелителя с решительностью:

– Она – моя сестра! Я никому не позволю причинить ей вред в этом мире! И тебе в том числе, отец!

– Я не собираюсь причинять ей вред! Я хочу отправить её домой – в мир демонов!

– Нет! – отрезал сын. – Если Ренэтус привёл её сюда, значит, в мире демонов что-то произошло. И ты прекрасно это понимаешь! И если ты, так сильно, хочешь избавиться от нее, то… я буду её защищать! Не важно, что ты об этом думаешь, но пока я не буду уверен, что в мире демонов для Келл безопасно, она останется со мной!

Никогда, до этого момента, я не думала, что Ориан может осмелиться перечить своему отцу. Наследник Ферокса всегда слушался его, выполняя все указания отца. А тут… мой старший сын, словно, с цепи сорвался, защищая Келл. Я, конечно, знала о сильной связи драконов со своими родственниками (Крис тому живой пример), но чтобы до такой степени… Чтобы, всегда послушный сын, пошёл против воли Ферокса… Такого я никак не могла ожидать.

Моего прихода, кстати, никто и не заметил. Все были, настолько, поглощены друг другом, что косвенную виновницу всего этого, благополучно, проглядели. И мне ничего не оставалось, как подойти к Фероксу и коснуться его руки:

– Ферокс… А что здесь происходит?

Ох, как он тогда на меня посмотрел. Была бы я прежней, я бы пришла в ужас, а так… я, лишь, вопросительно приподняла бровь в ожидании ответа. Видимо, это моё спокойствие даже чуть охладило гнев чёрного бога-дракона. Потому, что заговорил он уже более сдержанным тоном, чем тогда, когда разговаривал с Орианом:

– Здесь происходит то, что я не помню, чтобы давал разрешение дочери Верховного демона Аббадона находиться в моём мире. И ты сейчас, немедленно, заберёшь отсюда это жалкое подобие демона.

В ответ на эти слова, послышалось глухое рычание. Только… рычал не Ренэтус, а Ориан:

– Не смей её так называть, отец! Её зовут Аккэлия! И она не должна уходить, тем более, если ей угрожает опасность. Как наша сестра, она может находиться здесь, сколько нужно. Не сомневаюсь - Террелл и Лерден со мной согласятся.

Я понимала, что Ориан прав. Двойняшки, действительно, согласятся с ним. И Ферокс это тоже, прекрасно, понимал. Он знал, что его дети не отступятся от своего решения – принять Келл, как и Кристиана. В этом они не отступят даже перед ним. Если десять лет назад, кода его дети были ещё совсем малы, он и мог что-то сделать, то сейчас, когда Ориану было двадцать два года, а младшим по восемнадцать – это было куда сложнее. Надавить на то, что у Келл другой отец, да ещё и демон, повелитель драконов не мог. У драконов, между братьями и сёстрами, не было разделения на единокровных и единоутробных. Если хоть один из родителей был общим, они уже считали друг друга родными. Разве что, он вступит в открытый конфликт со своими детьми. А последнего, я была уверена, Ферокс не сделает. К тому же, мой супруг должен был осознавать, что драконы поступают так по своей природе. Одна кровь… Для драконов это значило слишком много.

– Пусть остаётся, – сквозь зубы, произнёс Ферокс. – Но, чтобы мне на глаза не попадалась.

– Не попадётся, – пообещал Ориан, повернулся к Келл, протянул ей руку и та, доверчиво, взялась за неё. – Попозже заберёшь её, ладно, мама?

– Хорошо, – ответила я, после того, как муж кивнул на мой вопросительный взгляд.

Когда за Орианом, Келл и Ренэтусом закрылась дверь, Ферокс спросил меня:

– По какой причине она, вообще, здесь оказалась?

– «Хищница» приходила, – коротко пояснила я.

«Хищница»… Так называл моё изменённое состояние Ферокс. Он считал, что данные сдвиги в моём разуме, являются результатом моей полукровности. Что крови демона и человека сложно ужиться в моём теле и поэтому, разум не выдерживал этой двойственной природы – давал сбой. Я Ферокса в этом не переубеждала. К тому же, «хищница» ему нравилась. Он считал её забавной.

– И чем же «хищнице» не понравилась твоя дочь? – поинтересовался дракон.

– Как и ты, она посчитала её жалким подобием демона. А такому существу не стоит жить.