Чтение онлайн

– Тогда, отвечай, – велел Ориан, откидываясь на спинку кресла.

Террелл, с самого начала разбирательства не проронивший ни слова, не сводил внимательных глаз с обоих Даймирров.

– Всё, изложенное в этом пергаменте, – спокойно заговорил Одоасер, глядя в лицо Ориана прямым взглядом, – ложь от первого до последнего слова, эксент наследник.

Мужчина бросил быстрый взгляд на стоящего с лева от него племянника.

– К тому же, как я понимаю, Сандалф не предоставил ни одного доказательства своих слов.

Ориан перевёл взгляд на молодого Даймирра, вопросительно приподняв брови, молча предлагая ему высказаться:

– В качестве доказательства я готов предоставить собственную память. Я был рядом с дядей в тот день и час, когда он приказал генералу Касмиэру отступить с занимаемой им позиции и открыть периметр.

Ноздри Одоасера хищно расширились. Он метнул на родственника еще один быстрый взгляд. Похоже, ему очень хотелось велеть племяннику заткнуться, но при сыновьях повелителя он высказываться не решился.

Ориан едва заметно усмехнулся одним уголком рта. Судебное сканирование памяти, да ещё и двадцатилетней давности – процедура более чем неприятная. Даже если сканируемый идёт навстречу и не пытается ничего скрыть.

Чёрные драконы переглянулись – обоим было понятно, что здесь происходит. У Одоасера нет наследников. Если обвинения подтвердятся, и он потеряет в статусе, семья сама сместит его. Тогда Сандалф становиться главой рода и продолжателем основной ветви фамильного древа.

– Это не может служить доказательством, – вскинулся Одоасер. – Твоя память вполне может хранить ложные события, отличные от реальных.

– Дядя, – с лёгкой печалью в голосе обратился к нему племянник. – Но ты-то знаешь, что эти события вполне реальны.

– Глупый мальчишка, чего ты добиваешься?!

– Достаточно! – тяжело обронил Ориан, не горящий желанием быть свидетелем семейной разборки. – Одоасер, что может служить доказательством, а что нет, в этом зале сегодня решаю я.

Даймирры опомнились, и оба торопливо поклонились.

– Конечно, эксент наследник, – почтительно произнес Одоасер. – Простите мне мою несдержанность.

Ориан отвернулся от него, посмотрел на Сандалфа:

– Ты молчал двадцать лет. Почему решил заговорить сейчас.

Дракон поклонился ещё раз и заговорил:

– Все это время я думал, что дядя ошибся, отдав такой приказ, он же не военный. Он – глава моей семьи, и как бы не была тяжела эта ошибка, я не мог предать его.

Одоасер презрительно хмыкнул, показывая, что он думает о верности племянника семье, но смолчал.

– Но недавно мне дало известно, что при локализации того прорыва погиб Дэлгер Эсторай. Долгие годы он был политическим противником дяди. Я понял, что это не была ошибка…

– Глупец… – сквозь зубы выдохнул Одоасер.

– Дядя сознательно отвёл войска, рассчитывая, что Эсторай, при его характере, не переживет прорыва.

Братья снова переглянулись. О Дэлгере Эсторайе они знали, как и о любом лорде Малого Совета, когда либо заседавшие в оном. Эсторай был лордом-военным, и во времена конфликтов предпочитал командовать войсками, а не отсиживаться в кабинетах. Он обладал холодным расчётливым умом, что позволяло ему составлять достойную оппозицию всем не согласным с ним. Но в горячке боя трезвость рассудка уступала первобытной ярости – сказывалось родство с красными богами-драконами. На волне этой ярости дракон не редко совершал невозможное, одолевая в разы превосходящего противника. Но того прорыва не пережил.

– И как бы я мог знать, что Дэлгер не переживет этого прорыва? – едко, с вызовом, поинтересовался у племянника Одоасер. Тот лишь степенно пожала плечами:

– Ты всегда мог превосходно просчитывать ситуацию, дядя. Но тогда ты поставил личные интересы выше интересов своего мира… А на твоём посту такое не приемлемо…

– Я ошибался, Сандалф, – холодно сказал Одоасер. – Ты не глупец… Ты – конченный идиот…

Младший Даймирр не ответил. Ориан уже собирался задать очередной вопрос, но…

– Одоасер, – вдруг подал голос Террелл. Даймирр даже вздрогнул – он уже решил, что младший сын повелителя был здесь просто для массовости. Этот молодой дракон вообще не отличался многословием, а при старшем брате вообще предпочитал отмалчиваться. – Что это у тебя?

Всё время допроса Террелл неотрывно следил за обоими Даймиррами. Обоим явно было что скрывать, что, в принципе не удивительно. Оба старались держать лицо, но выдержка потихоньку оставляла их. Террелл обратил внимание, что Одоасер периодически неосознанно касается пальцами нефритового тубуса, висящего у него при поясе. Словно проверяя, на месте ли он. Насколько Террелл знал этого дракона, подобные нервозные жесты были не в его привычках. Это заставило его приглядеться к тубусу внимательнее. И увиденное его заинтересовало.

– Простите, господин Террелл? – непонимающе глянул на него Даймирр.

– Что у тебя в тубусе?

Дракон опустил взгляд, снова коснулся пальцами нефритового цилиндра:

– Документы с последнего заседания Совета, господин Террелл.

Младший сын Ферокса скептически приподнял брови:

– Под чарами, замыкающими силу в кольцо? Заклинанием «зеркало»? Защитой от воровства и потери? И маскирующими чарами, призванными скрыть всё это нагромождение?

Ориан с удивлением глянул на брата – таким словоохотливым он был только в кругу семьи, удостаивая остальных лишь короткими фразами или выразительными взглядами. Но смысл сказанного уловил, и повернулся к Одоасеру:

– Документы – это важно. Но не слишком ли мощная защита? Что ты носишь в тубусе, Одоасер?

Мельком глянув на Сандалфа, Ориан увидел, что тот растерял всю свою невозмутимость, и таращится на дядю, буквально, открыв рот.

– Ты с ума сошел… – сдавлено прохрипел младший Даймирр.

– Заткнись! – не сдержался Одоасер.

Ориан и Террелл снова переглянулись. Никто из них не сказал ни слова, но в следующий миг двое драконов из приставного отряда шагнули вперед. Секунда – и руки Одоасера оказались заведены за спину. На его плечи опустились жесткие ладони, а на взметнувшуюся было на защиту хозяина магию, оказалась накинута ментальная сеть.

– Как вы смеете?! – дернулся тот, но из рук специально обученных стражей могли бы вывернуться разве что черные или красные боги-драконы. – Я лорд Малого Совета! Уберите руки!

Сандалф сделал движение, как будто хотел помочь дяде, но наткнулся на предупреждающий взгляд одного из стражей, и замер.

Террелл неторопливо поднялся из-за стола, спустился с возвышения, и приблизился к Одоасеру. Тот смотрел на сына повелителя драконов едва ли не с ненавистью. Чувствовалось, что если бы не стражи, он сменил бы ипостась, и атаковал. Террелл невозмутимо протянул руку, и сдёрнул с пояса чиновника тубус, оборвав цепочную петлю, на которой тот висел. Одоасер снова дёрнулся, приглушенно зарычав. Террелл не обратил на него внимания. Он осмотрел тубус, слега встряхнул его. Внутри предсказуемо зашуршал пергамент, и что-то глухо стукнуло. В футляре явно были не только документы. С тубусом в руках, Террелл вернулся к столу. Ориан наблюдал за всем с непроницаемым лицом. Он видел, что Одоасер уже взял себя в руки, и укоротил свою вспышку ненависти, и теперь смотрел прямо перед собой с выражением легкой досады. Его племянник владел собой хуже. Он переводил ошарашенно беспомощный взгляд с дяди, на тубус в руках Террелла и казалось, был не в силах поверить в происходящее. За ним бдительно посматривали драконы из приставного отряда.