Чтение онлайн

– Натаниэль! – Анхель улыбнулся, бросил карты рубашкой вверх и, поспешив подняться, протянул подошедшему руку. – Неожиданно как-то. Ты ведь обычно предпочитаешь избегать… таких мест.

Голос Анхеля был снисходительно мягким и надменным, именно таким, от которого у Уильяма сводило челюсть, а желание уравнять социальные слои усиливалось с каждой секундой в геометрической прогрессии.

– Как и ты, – отрывисто маленькими льдинками бросил Натаниэль. Он скривился и отряхнул с пиджака невидимые пылинки. – Впрочем, я не мог позволить себе пропустить дегустацию новой партии текилы, которую завезли два дня назад в город. Уверен, носящий твоё имя напиток 2 не может быть отвратительным на вкус или же столь же женственным, как итальянское игристое вино.

Анхель дёрнулся: о том, что поставляемый в подпольные бары алкоголь был результатом его трудов и хлопот, знали немногие.

Натаниэль Кёниг довольно улыбнулся и резко обернулся к Уильяму. Взгляд его прозрачных серых глаз скользнул по Уиллу. Тряхнув головой, даже не разметав уложенные гелем волосы, Натаниэль белозубо улыбнулся. Ему было около тридцати, что по меркам только что выпустившегося из университета Уилла если и не было ещё глубокой старостью, то несомненно признаком её скорого приближения. Он был не слишком высоким – ниже Уильяма, как он мог судить по разнице в росте между Анхелем и Натаниэлем. А тёмная фетровая шляпа в облачённых в молочно-кофейные перчатки руках, которую мужчина не стал оставлять вместе с пальто у входа, судя по внешнему виду была только недавно куплена в одном из модных салонов.

Натаниэль улыбался, но в этом не было ничего дружественного и тёплого. Лишь формальная вежливость и неловкость повисшей паузы, которая вскоре была точно так же, как и прежде, бесцеремонно прервана:

– Натаниэль Кёниг.

– Рад знакомству.

– Это ненадолго.

Уильям поёжился. От Натаниэля исходил холод, стоило только столкнуться с ним взглядом. Уильям ещё никогда в своей жизни не видел таких глаз: бледных, водянистых и почти прозрачных. Они пугали своей стеклянностью, отражали яркие лучи света и горели изнутри мрачным тусклым огнём.

Уилл не мог выдавить из себя ни звука. Только молча открывал рот в ответ на дерзость Натаниэля и его обворожительную до сведённой от боли челюсти улыбку.

– А это у нас, – Анхель вклинился в неловкое молчание, – Уильям Белл. Один из лучших игроков в покер в городе. Практически никогда не проигрывает, – он нервно усмехнулся, тряхнув каштановыми кудрями.

– Вот как? – Натаниэль удивлённо вскинул светлую бровь, плавно, как кот, опустился на принесённый подсуетившимся официантом стул и бросил шляпу на стол. – Что ж, видимо, я действительно не зря пришёл сегодня. Хотелось бы поближе познакомиться с человеком, который практически никогда не проигрывает. – Стягивая с рук перчатки, Натаниэль откинулся на резную спинку и закинул ногу на ногу, сверху вниз поглядев на Уилла своими серыми глазами.

Натаниэль смаковал слова, пробовал их на вкус и растягивал, как тёплую карамель. Его голос был обит мягким бархатом, создавая ощущение приветливости. Уильям нервно сглотнул, покрепче сжав свои карты, и отвёл взгляд, надеясь, что хоть так липкое чувство, захватившее его голову, исчезнет. Они с Анхелем уже забыли про начатую партию, а сверлящий их взглядом Натаниэль не добавлял никакого спокойствия и сосредоточенности.

– Что ж, я думаю… – Анхель неуклюже замялся, бросив на Натаниэля опасливый взгляд, и отложил карты в сторону. – Думаю, мне пора идти. Уже слишком поздно. Уверен, вы и без меня сможете познакомиться поближе.

Стул со скрипом отодвинулся, а Куэрво отвесил обоим игрокам короткий кивок головой. Оказаться на первой полосе завтрашней газеты сеньор Куэрво не стремился, а потому спешно широкими шагами направился к маячившей вдалеке фигуре своей жены. По его лицу катился пот, который он безуспешно пытался отереть ажурным платком, а напряжение, пронзившее его тело, лишь усиливало звон натянутых до предела нервов.

Натаниэль хмыкнул и по-хозяйски подобрал карты Анхеля.

– Ха, да у него каре!

Натаниэль присвистнул и, качнувшись, с грохотом опустил стул на все четыре ножки. Стол подпрыгнул, а вместе с ним раскидались по столу и выдвинутые фишки. Уилл не успел заметить, как Натаниэль сгрёб к себе все карты и манящим жестом попросил Уильяма отдать и те, что он держал сейчас в руках. Уилл с трудом смог сглотнуть, почувствовав, как слюна со скрипом поползла по стенкам пересохшего горла, и протянул Натаниэлю свои карты.

– Замечательно, – улыбнулся мужчина и подмигнул Уильяму.

Расстегнув пиджак, под которым Уилл успел заметить кобуру, Натаниэль вновь растасовал колоду. Карты скользили в его руках настолько быстро, что даже глаз Уилла не мог заметить ни одного намёка на блеф. Уильям засмотрелся на длинные тонкие пальцы мужчины, отдалённо напомнившие лапки паука. От Натаниэля не укрылось внимание, которое Уилл уделил его движениям, и он улыбнулся, сбросив в сторону Уильяма и себе по очереди две карты.

– Что предпочитаете, классику или техасский? – карты замерли в руках Натаниэля, острая светлая бровь надломленно изогнулась, а бледные глаза сузились, устремившись взглядом куда угодно, но только не на Уильяма.

Уилл растерялся от такого вопроса, хотя обычно именно он решал, какую партию они будут разыгрывать на этот раз.

– Классику, – спустя несколько секунд раздумий ответил Уилл.

– Классику? Не любите пробовать что-то новое, мистер Белл? – Натаниэль несколько разочарованно хмыкнул. – А как же эксперименты, ранее неизведанные ощущения? Мне казалось, что такой человек, как вы, несомненно, должен стремиться к самосовершенствованию.

От взгляда Натаниэля хотелось поскорее спрятаться. Взгляд этих бледных серебристых глаз был тяжёлый, он разом давил на Уилла и проникал сквозь него, пробирался в каждый уголок его сознания, копаясь в воспоминаниях, мыслях, идеях. Натаниэль был похож на людей, от которых не могло укрыться ничто, которые словно могли читать твои мысли и предугадывать все, что ты ещё только мельком запланируешь. Натаниэль был тем самым человеком, чьё одно лишь присутствие в помещении заставляло воздух становить тяжелее и гуще, опускаться на пол и лишать людей воздуха, выбивая из лёгких остатки кислорода. Натаниэль словно копался в мыслях Уилла и знал уже о нем все. Уильям не был уверен в том, кажется ли ему все это или нет, но его щеки все же вспыхнули, однако Натаниэль этого уже не видел, обратив свой взор на проходящего мимо них официанта.

– Не думаю, что мне повезёт так же, как и мистеру Куэрво, – Натаниэль отложил оставшиеся в колоде карты в сторону и поднял свои собственные. – А вам, мистер Белл, и вправду везёт столь часто, что наш общий знакомый решил непременно упомянуть об этом?

Уильям не был уверен в том, что ему в этот вечер везёт: ни одна из полученных им карт не могла привести к выигрышу, даже если бы он напряг все свои возможности. Фишек у Уилла было не так много, чтобы разбрасываться ставками необдуманно, однако достаточно, чтобы вести и контролировать игру, – он мог либо бросить эту затею в самом начале, либо вынудить своего противника сдаться, повысив ставку в несколько раз, – а те, на которые мужчина положил глаз в начале партии с Куэрво, были единолично отобраны Натаниэлем, хотя Уилл не сомневался в том, что у него и без того было достаточно денег, чтобы вести игру.

Тусклый отблеск упал на рубашку карт в руках Натаниэля, и Уилл почувствовал, как вся кровь отливает от его лица – тонкие длинные, едва ощутимые засечки, сделанные им собственноручно на этой колоде, хорошо виднелись на нескольких картах в руках соперника. Было ли это просто совпадением или же Натаниэль был непросто любителем сыграть в покер Уильям не знал, но предупреждающий его голос в голове советовал как можно скорее уйти отсюда.

– Боюсь, сеньор Куэрво склонен преувеличивать некоторые вещи, – негромко хохотнул Уилл, унимая пронзившую руки дрожь. – Особенно когда они касаются моего таланта к игре.