Чтение онлайн

– Плевать я хотел на руку, - проговорил он, не вынимая руки из кармана.

– Бобби, я люблю Фила. Честное слово. Я не хочу, чтобы ты думал, будто у меня с ним интрижка. Не думай так, ладно? Я хочу сказать, не думай, будто я с ним флиртую, чтобы кому-то нагадить.

Бобби не отвечал.

– Боб, честное слово. Ты не знаешь Фила. Он замечательный.

– Бобби повернулся к ней.

– У тебя все чертовски замечательные. Ведь ты знаешь и других замечательных парней, правда? Например, одного из Кливленда. Как его, черт возьми, зовут? Ботвелл. Гарри Ботвелл. А как насчет блондинчика, который пел у Билла Кассиди? Два самых чертовски замечательных парня из тех, кого ты знаешь.
– Он помолчал, глядя в окно.
– Ради бога, Элен.

– Боб, - сказала Элен, - тебе ведь не надо говорить, сколько мне лет. Я была чертовски молода. Теперь это настоящее. Боб. Честно. Я уверена. У меня еще никогда так не было. Боб, ты же в глубине души не веришь, что я с Филом ради его денег.

Боб наморщил лоб и, вытянув в ниточку губы, повернулся к ней.

– Знаешь, что я слышал в Чикаго?
– спросил он.

– Что, Боб?

кончиками пальцев она нежно гладила его лодыжку.

– Я слышал, как разговаривали два парня. Ты их не знаешь. Они говорили о тебе. О тебе и о том парне, который, как конь, о Хэнсоне Карпентере. Ну и перемыли они вам косточки!
– Он помолчал.
– С ним тоже, да, Элен?

– Гнусная ложь, Боб, - прошептала Элен.
– Боб, я не настолько знаю Хэнсона Карпентера, чтобы даже здороваться с ним.

– Может быть! Правда, приятно брату выслушивать такое? Да все в городе ржут надо мной, стоит мне завернуть за угол!

– Бобби. Ты очень ошибаешься, если веришь в эту грязную ложь. Зачем тебе вообще их слушать? Ты же лучше их. Не надо обращать внимание на их дерьмовые выдумки.

– Я не сказал, что верю. Я сказал, что слышал, как они разговаривали. Отвратительно, правда?

– Ну, все совсем не так, - возразила Элен.
– Брось мне сигарету, а?

Он бросил ей на колени пачку сигарет, потом спички. Она закурила, вдохнула дым и кончиками пальцев сняла с языка табачную крошку.

– Ты была такой потрясающей девчонкой, - отрывисто произнес Бобби.

– Да? А теперь я больше не потрясающая?
– по-детски пришепетывая, спросила Элен.

Он промолчал.

– Элен, послушай, что я тебе скажу. Я тут, до Чикаго, пригласил жену Фила на ленч.

– Да?

– Она потрясающая девчонка. Класс.

– Класс, говоришь?
– переспросила Элен.

– Да. Послушай. Повидайся сегодня с Эдди. От этого никому плохо не будет. Повидайся с ним.

Элен курила.

– Я ненавижу Эдди Джексона. Он всегда лапает.

– Послушай, - сказал Бобби, вставая.
– Когда тебе хочется, ты умеешь напустить на себя холод.
– Он наклонился над ней.
– Мне пора. Я еще не был в конторе.

Элен тоже встала и не отрывала от него глаз, пока он надевал пальто.

– Повидайся с Эдди, - напомнил Бобби, натягивая кожаные перчатки.
– Ты слышишь?
– Он застегнул пальто.
– Я тебе позвоню.

– Он мне позвонит, - проворчала Элен.
– Когда? Четвертого июля [1] ?

– Нет. Раньше. У меня чертовски много дел. Где моя шляпа? Ах, да я пришел без шляпы.

Она проводила его до двери и подождала, пока он не уехал на лифте. Потом закрыла дверь, вернулась в спальню, подошла к телефону и торопливо, но аккуратно набрала номер.

– Добрый день, - проговорила она в трубку.
– Позовите, пожалуйста, мистера Стоуна. Говорит мисс Мейсон.
– Через несколько секунд она услышала мужской голос.
– Фил? Послушай, Фил. У меня только что был мой брат Бобби. Знаешь, зачем он приходил? Твоя любезная женушка с вассаровским [2] личиком рассказала ему о тебе и обо мне. Да! Послушай, Фил. Послушай меня. Мне это не нравится. И мне все равно, имеешь ты к этому отношение или нет. Мне не нравится. И мне все равно. Нет, не могу. Я уже договорилась и вечером не могу. Позвони завтра. Мне очень неприятно. Я же сказала, Фил, позвони завтра. Нет. Я сказала, нет. До свидания, Фил.

Она положила трубку, скрестила ноги и задумчиво прикусила большой палец. Потом повернулась к двери и громко крикнула:

– Элси!

Элси шмыгнула в комнату.

– Убери чашку мистера Бобби.

Когда Элси вышла, Элен набрала еще один номер.

– Хэнсон?
– спросила она.
– Это я. Мы. Нас. Ты подлец.