Чтение онлайн

В стене, окружавшей квартал храмовников, существовали открытые для публики окошечки, через которые принимались и выдавались денежные суммы, залоги и платежи, даже ренты и пенсии, пожалованные королем. Каждый кассир вел свой собственный учет, что было непростым делом из-за отсутствия единой монетной системы. Эти операции затем вносились в учетные книги. Счетных машин тогда не было, поэтому пользовались неким подобием шахматной доски, расчерченной на клетки, в которые записывались цифры. По этим математическим таблицам получили свое название два наиболее крупных финансовых совета: Шахматная доска Нормандии и Шахматная доска Англии.

Тамплиеры Англии и Испании, само собой разумеется, сотрудничали с парижским отделением Ордена, предоставляя ссуды. Подобно французским тамплиерам, они являлись хранителями казны своих суверенов. И все же подлинным центром банковской деятельности рыцарей Храма был Париж. В этом качестве тамплиеры играли выдающуюся экономическую и социальную роль, внося благодаря своим смелым инновациям вклад в облегчение денежного обмена и тем самым в развитие торговли. На наш взгляд, весьма показательно, что невозможно обнаружить и следов недовольства их деятельностью, даже среди сподручных Филиппа Красивого во время процесса над тамплиерами. И тем не менее было очень удобно обвинить их в хищении государственных средств, дабы получить «легальный» способ завладеть их богатствами.

С помощью картулярия, опубликованного маркизом д'Альбоном, можно составить карту владений тамплиеров. Я предпринял такую попытку, но получился лишь набросок, представляющий весьма относительный интерес — по двум причинам. Во-первых, картулярий д'Альбона охватывает лишь часть периода существования Ордена. Во-вторых, многие документы утрачены. Ряд местностей, получивших название от слова «тампль» («храм»), ошибочно ассоциируются с тамплиерами (храмовниками). И наоборот, многие командорства тамплиеров не могли быть идентифицированы за неимением документов.

Таким образом, благоразумие подсказывает не делать скороспелых заключений, а ограничиться лишь некоторыми общими наблюдениями. В распределении известных, наиболее значительных командорств выделяются две принципиальные зоны с почти одинаковой плотностью: северо-западная четверть Франции и на юге дуга Средиземноморского побережья. Очевидно, что в северной зоне определяющую роль сыграл собор в Труа, поскольку в течение нескольких лет владения тамплиеров распространились, начиная с Шампани, на Иль-де-Франс, Пикардию, Артуа, Фландрию и Франш-Конте. На Провансальском побережье, в Руссильоне, в Пиренеях, близость сарацин определенно ускорила распространение дарений: признавалась общественная полезность воинских контингентов тамплиеров, находившихся в боевой готовности.

Что касается прочих регионов, то можно констатировать, что резиденции тамплиеров были наиболее многочисленны вдоль больших путей сообщения и дорог, по которым двигались паломники, особенно те, кто отправлялся в Сантьяго-де-Компостела. Напомним, что охрана дорог была первейшим призванием этих воинов Христовых. Так было в Турени, Пуату, Сентонже и в долине Роны.

Однако чаще всего создание командорства не являлось результатом свободного выбора. Оно было следствием щедрого дарения, служившего примером, вызывавшим благочестивое подражание. Например, в районе Тулузы оно приобрело характер повального увлечения. Как бы то ни было, в середине XIII века сеть командорств покрыла почти всю территорию Франции. Тамплиеры присутствовали на всех важных ярмарках. Они закрепились даже в двух портовых городах: в Ла-Рошели на Атлантике и в Марселе на Средиземноморье.

В порту Ла-Рошели останавливались корабли, прибывавшие из Англии и Бретани; именно отсюда отправлялись суда, которым, обогнув Испанию, предстояло плыть в Сирию. Средиземноморские порты, особенно Коллиур и Марсель, принимали суда, направлявшиеся в Яффу. Крестовые походы активно способствовали развитию средиземноморского мореходства, приостановленного, если не ликвидированного вовсе лишь мусульманским господством. Они вновь открыли судовладельцам и торговцам путь на Восток и обеспечили возможность ввоза товаров и продуктов, неизвестных в Европе либо считавшихся редкостью из-за превратностей путешествия по морю. Тамплиеры, равно как и госпитальеры, не могли не заинтересоваться подобным возобновлением торговли. Под предлогом своего главного призвания, охраны паломников, они снаряжали суда для их перевозки. Путешествие на корабле, принадлежавшем тамплиерам или госпитальерам, стоило не слишком дорого, но обеспечивало максимальную безопасность, поскольку моряки тщательно отбирались по принципу компетентности, а в случае нападения пиратов пассажиры могли быть уверены, что им обеспечена надежная защита. Впоследствии госпитальеры и тамплиеры стали перевозить товары, чтобы пополнить собственные запасы и окупить дорогу. Они практиковали также льготные тарифы. Марсельские судовладельцы, в результате этого потерявшие своих клиентов, подали жалобу в арбитражный суд (1234 г.), что привело к ограничению количества судов обоих орденов, плававших в Святую Землю. Сопровождающие корабли одновременно должны были вести наблюдение как за сирийским побережьем, откуда постоянно грозила опасность нападения, так и за пиратами и флотилиями противников. В связи с этим они время от времени проводили операции, призванные оградить их и от морских, и от наземных противников. Они покупали или сами строили военные суда, более-менее похожие на арабские, и формировали из них флотилии. Госпитальеры, впрочем, действовали так же, помогая путешествующим пересекать моря на протяжении нескольких веков. Вспомним знаменитые мальтийские галеры, без устали бороздившие Средиземноморье. Существовало, вопреки расхожему мнению, большое разнообразие судов различного назначения.

Транспортные корабли имели довольно внушительные для своего времени размеры. Они достигали 30 м в длину и 8 м в ширину и снабжались двумя мачтами с шестью парусами. Носовая мачта достигала 30 метров, а кормовая — 29. Эти суда могли перевозить не менее 300 человек. Вы только представьте себе эту громадину! Существовал также и своеобразный вариант судов для перевозки лошадей. У судов-конюшен с боков открывались двери на шарнирах, которые опускались на пристань и служили трапом для погрузки животных. В качестве военных судов, как и в античности, использовались галеры. Они достигали 40 м в длину и 6 м в ширину и приводились в движение посредством весел. Разновидностью галер являлись галиоты, ходившие на веслах и под парусами и принимавшие на борт сто человек. Но существовали также и легкие суда для рукопашных схваток, разведки, доставки приказов.

Наш юный брат Жослен среди других рыцарей Ордена тамплиеров отправляется на подмогу в Святую Землю. Сев в Марселе на один из военных кораблей, ходивших под флагом Ордена, он после небезопасного путешествия высадился в Яффе. Здесь он остановился в командорстве, ожидая своего назначения. Оттуда он вместе с несколькими своими товарищами направился в сопровождении рыцарей, уже годы сражавшихся в Святой Земле, к одному из замков Ордена. После долгой и опасной езды верхом через земли, то цветущие, то высохшие, этой неведомой страны он как паломник, направляющийся в Землю обетованную, наконец достиг цели своего путешествия. Еще по прочитанной перед путешествием старинной хронике Жака де Витри он восхищался этой флорой, фауной, этими лицами, одеждами, едой, архитектурой, не виданными в Европе. Это несравненное небо, эти поселения, холмы — все беспрестанно напоминало ему о духе самой великой истории человечества — о Христе, его детстве, жизни, мученической кончине! Но до сих пор он видел только пыль, поднимаемую ветром и копытами лошадей, которая, казалось, трепетала, оживая. Разгоряченное сердце и возбужденная жаждущая душа все время тянулись к источникам и деревьям. Топтать эту священную пыль, утолять жажду в этом священном источнике, освежаться в тени этих олив — в какой-то мере это и было достижением его цели. Это и было его участием в духовном спасении рода человеческого — через подражание Христу. Это и было, после стольких тягот и мечтаний, возрождением из пепла подобно фениксу, вхождением в новую жизнь, началом чистого возрождения и взлета. Наконец, для тамплиеров и им подобных — сражение, столь давно и столь страстно желаемое, которое счастливо завершится принятием мученической смерти и вместе с тем исполнением обета, данного однажды зимой в Иль-де-Франс, Оверни, Аквитани иди же Руссильоне.

Все было так разнообразно на этой совершенной земле! И в то же время все было узнаваемо, даже названия вещей! Надо погрузиться в «Историю Крестовых походов» Жака де Витри, который все это пережил на собственном опыте, чтобы понять удивление только что прибывшего сюда человека. Его любопытство постоянно бодрствовало, так же как и восторг, но в то же время он с недоверием относился к этой пестрой толпе, загадочным фруктам, странным животным. Помимо растений, произрастающих в Европе, здесь можно было увидеть финиковые пальмы с шероховатыми стволами, «райские деревья», «адамовы яблоки», лимоны, сок которых, выдавленный из молодых фруктов, прекрасно освежает, «фараоновы смоковницы», большие ливанские кедры. Смола, вытекающая из зарубок, сделанных на их стволе, не похожа на привычный в Европе сок — это бальзам, мирра, ладан, скипидар. Более мелкие кусты и растения — это медовый (сахарный) тростник, хлопковые кусты, левкой, мускат, перец и т. д.

Как и в Европе, в пишу здесь употребляют овощи, мясо и рыбу. Едят говядину, баранину и домашнюю птицу. Но в пищу добавляют соусы, заимствованные из арабской кухни, белый и черный перец, имбирь, кардамон, тмин, корицу. При варке пива добавляют мускат и гвоздику. Вино сдабривают пряностями. Ароматизируют уксус. В мясо и рыбу добавляют лимонный сок На десерт — дамасский конфитюр с имбирем.

Как и в Европе, здесь можно увидеть лошадей, ослов, мулов, быков, овец, собак и кошек, но еще и верблюдов — одно - или двугорбых, ручных леопардов (их используют в своре), диких собак (еще более хищных, чем волки), гиен (говорят, что они имитируют человеческий голос, чтобы привлечь свою жертву) и львов. Это единственное животное, на которое тамплиеры имели право охотиться. Жак де Витри сообщает, что лев обладает «огромной силой в груди, в передних лапах и хвосте». Согласно ему, «в течение трех дней после появления на свет новорожденные львята остаются совершенно бесчувственными, и только рев вырывает их у смерти и дает жизнь». В завершение этого описания Жак де Витри добавляет: «Лев спит с открытыми глазами, своим хвостом заметает собственные следы и никогда не открывается охотникам…» Но, кроме того, он рассказывает о крокодилах, гиппопотамах, носорогах, тиграх и химерах (жирафах).

Вновь прибывших все приводило в изумление, и в первую очередь восточные одеяния, облачаться в которые христиан, как мужчин, так и женщин, вынуждала жара. Это были не только туники и тюрбаны. Воины, чтобы защитить себя от солнца, оборачивали свои шлемы кусками полотна, что послужило рождению геральдических ламбрекенов. Женщины носили платья поверх двух нижних туник. Платье изготовляли из дорогой ткани и украшали жемчугом, золотым и серебряным шитьем. Мужские тюрбаны иногда делались из парчи, покрывались муслином и украшались золотыми пряжками. Обувь имела заостренные и приподнятые носы. Некоторые господа любили выставлять напоказ свои роскошные одеяния, привезенные из Триполи. Они изготовлялись из плотного шелка, похожего на сатин с добавлением сероватых вкраплений; впоследствии в Европе эта ткань превратится в муар.