Повязанные
Шрифт:
– Какие у тебя способные дочери, Калия, - женщина покачала головой.
– Сможете привести свидетелей, дабы они подтвердили ваши слова?
Мы с матушкой одновременно кивнули. Позвали свои сущности, и те явились через некоторое время со служанками и травником.
– Лайла!
– позвала женщина ещё одну ведьму. К нам спустилась некрасивая, но чем-то привлекающая девчушка, неуловимо похожая на главу суда.
– Слушай их внимательно и скажи, говорят ли они правду.
– Да, - просто ответила девчушка. Даже намёка на эмоцию на её лице не было.
Все рассказали то же, что и нам. Лайла подтвердила правдивость их слов.
На Ижену страшно было смотреть. Вся всклоченная, пышет злобой. Скребёт ногтями несчастную метлу, осыпая землю под ногами стружкой. Но почему-то не пытается сбежать, как будто что-то её держит.
Сущности же со свидетелями по взгляду женщины отправились домой.
– Что же вы не привели того конюха?
– полюбопытствовала женщина, кивая Лайле. Та взмыла в небо, вернувшись в круг.
– Он влюблён в Ижену, потому мы опасались, что он откажется давать показания.
– Думаю, всем присутствующим здесь достаёт информации, - голос старой ведьмы стал невероятно громким.
– Прошу высказать ваше мнение!
– Виновна!
– стали по очереди выкрикивать ведьмы. И с каждым согласием вокруг Ижены вырастал ритуальный круг, рисовались символы, засветились линии. Только прозвучал последний выкрик, как круг вспыхнул наиболее ярко, и Ижена с чудовищным криком обратилась в пепел.
Вздрогнув, сжала метлу сильнее. Не хотелось бы оказаться на таком суде ещё раз.
В тот же момент ведьмы разлетелись, будто больше ничего их и не интересовало на этом холме.
– На том свершилось правосудие, - старая ведьма уже собиралась оседлать ведьму, но я её остановила окриком.
– Подождите! У меня есть к Вам один вопрос.
– И какой же?
– Возможно ли сущность подселить в человеческое тело?
Женщина нахмурилась, глядя на меня с каким-то подозрением. Матушка переводила удивлённый взгляд с меня на ведьму.
– Есть такой ритуал. Простенький, оттого и запрещённый среди ведьм.
– Ижена могла как-нибудь узнать детали этого ритуала?
– Об этом судить не могу. Отчего такой интерес?
– Я думаю, что сущность моей сестры, Акма, занял тело Хорта Айлана.
– Я разузнаю об этом, - женщина мне тонко улыбнулась и всё-таки взмыла в небо.
На холме снова остались только мы с матушкой.
– Хочешь сказать, что Акма предал свою ведьму?
– Думаю, так и есть.
– О, бедная Равия, - матушка тяжело вздохнула, подняла глаза на звёздное небо. По её щеке протекла одинокая слеза.
– Идём домой.
– Ага.
– Молодая госпожа, может ещё немного погостите?
– попыталась остановить меня няня, когда я уже готовилась оседлать коня. С собой я захватила только рабочую сумку да купленное Игнисом украшение.
Сам же Игнис был отправлен мною в сыскное бюро, дабы вернуть им дело моей сестры. С ним я договорилась, что позову его уже дома. Что толку мучить коня, если он может явиться по одному зову?
– Работа меня ждёт. Да и не любила я этот город никогда.
– Но, молодая госпожа, Вы же… Как же… А Ваши силы?
– Не останавливай её, - из дома вышла матушка, вновь закутавшись в шаль.
– Пусть идёт. Там ей будет лучше.
– Спасибо, матушка, - впервые, наверное, искренне улыбнулась ей, и поспешила домой.