Пояс для Эмилии
Шрифт:
— Сначала доучусь, а там видно будет. Предпоследний курс, как-никак.
В окнах зимнего дворца медью полыхали солнечные лучи, небо расцветало розовыми лепестками. Гудели в пробке на дворцовом мосту автомобили, билась об опоры рассерженная ветром Нева. Желая проверить время, Мила принялась искать в нагрудном кошельке телефон, но безуспешно.
— Почти пять, — Женя покосился на часы.
— Видно, в машине трубку оставила, — девушка застегнула куртку, — всё сообщение перечитывала, боялась рейс перепутать. Кстати, как тебе удалось раньше прилететь? Я думала, все билеты раскуплены заранее.
— Так и было. Но в последний момент кто-то отказался, и место освободилось. Рано утром на всякий случай проверил интернет-страницу авиакомпании и нашёл.
— Повезло.
— Твоя правда, — уверенным жестом он откинул со лба каштановые пряди.
— Со стороны дворца нас никто не увидит, так что пора исчезать. Ольга Александровна попросила вернуться до заката.
— Идём искать кабинку?
— Вот ещё. Буду я в свой день рождения прятаться в туалете, — рассмеялась девушка, — попробуем уместиться за колонной. Ступенька узкая, поэтому аккуратно, — она протянула руку, уведя юношу за гранит.
Блёклая вспышка, и в лицо ударил студёный ветер. Мгновение давящей тишины, и зажурчали ручьи, запели птицы, наслаждаясь последними тёплыми деньками. Неделя-две, и остывшие деревья уснут до весны, утихнут под стеклянным пленом льда ключи, и в лесу воцарится равнодушная к соловьиным трелям зима.
Смахнув с лавки сухие листья, Женя опустился на край, Милу усадил на колени.
— Жалко, что с рестораном не получится, — девушка покосилась на упавший жёлудь, — да и платье мы не купили.
— Какое? — он приподнял бровь.
— То, слишком роскошное. Забыл?
— Да, вспомнил. Голубое.
— Алое. Шутишь?
— Шучу, — он улыбнулся, — послезавтра по магазинам пройдёмся. И наряд, и что к нему надо возьмём.
Юноша подмигнул, а Мила нахмурилась. Зачем покупать, когда в спальне уже припрятаны обувь и сумочка? Неудачная шутка или Женя настолько замотался, что напрочь забыл о прогулке по «Красной Площади»? Но только вчера смеялись и вспоминали по телефону! Как это понять?
Взгляд скользнул по лицу любимого, спустился к шее. Под тёмно-синей водолазкой просматривалось что-то узкое и бугристое, словно четверокурсник носил ожерелье. С камнями. Мила вздрогнула. Жизнь среди Искателей приучила в любом украшении видеть артефакт. Тем более, Маслаков не любил побрякушек, о чём не раз говорил на свиданиях! Добавить странности с рейсом и получается…
И позвонить нельзя!
Орлова встала и отошла к дереву.
— Кто ты? — глухо произнесла девушка.
— Ты о чём?
Добродушная улыбка, но взгляд холоден! Почему она не заметила этого раньше?
— Повторяю вопрос: кто ты? Женя никогда не носил украшений! Да и прекрасно помнил о платье! Сам настаивал на покупке!
Лицо незнакомца исказила презрительная усмешка.
— Догадалась.
— Что ты с ним сделал?
— Усыпил на время.
Всё-таки угодила в ловушку! Ещё и Женю под удар подвела. Скорее домой! Скорее к Белой Леди! Она поможет найти настоящего Маслакова!
Мила коснулась шеи, но не нащупала подвески.
— Это ищешь? — мужчина крутил на пальце шнурок с розовым полумесяцем, — меньше в облаках витать надо.
Резкий замах, и украшение полетело в пруд. Всплеск, и Мила осталась наедине с врагом. Почему кольцо не предупредило, что рядом предатель? Девушка покосилась на руку, — на мизинце не было украшения. Снял! Незаметно! Неужели и телефон из сумочки вытащил? Но, тогда, он в сговоре с…
Не показывай страх! Любой ценой!
— Что ты хочешь?
Человек приподнял бровь, словно размышлял, достойна ли жертва ответа.
— Отомстить.
В ладони незнакомца блеснул серебряный кинжал, увенчанный мутным, как пыльное стекло, рубином.
— В чём я провинилась?
— Не ты, но суть не меняется. Такие, как ты, — бельмо на глазу человечества. Я не успокоюсь, пока не изведу всех сестёр. Начну с тебя.
Воздух над поляной запульсировал от энергии кристаллов. Не видя ожерелья, Мила чувствовала, что враг вооружён до зубов. И позвать некого. В низине тенью деревьев скрыта сторожка, но что сделает лесник против колдуна? За ружьё схватиться не успеет, как упадёт мёртвым. Всё продумал, мерзавец! Всё!
Взмах, с ладони сорвалась белёсая молния. Чудом девушка пригнулась, и заряд поднял в воздух столп воды. Дзинь! Откуда-то послышался звон, точно разбилась игрушка для новогодней ёлки. Ореол силы вокруг мужчины стал капельку слабее. Орлова прикусила губу. Значит, это рассыпался кристалл! Без привязки на крови они рушатся, едва подчиняются владельцу! Надо любой ценой заставить палача использовать все латыри и умудриться вытащить подвеску из озера! Но как? Увлечь пустыми разговорами? Усыпить бдительность? Пробуй! Выбора нет…
— Почему с меня? Я ведь ничего не умею! Я не опасна!
— Завтра стала бы опасна.
Шаг за шагом девушка отступала к мостику. Вряд ли враг хорошо ориентируется в заповеднике. Это на руку!
— Откуда ты знаешь?
— Я знаю о тебе всё.
— Лжёшь!
Резко развернувшись, Орлова в три прыжка преодолела бревно и с силой толкнула плохо вкопанный в землю край. Хлипкая переплава плюхнулась в пруд, а Мила быстрее ветра побежала в низину. До лавочки и кулона можно добраться, следуя по тропе сквозь овраг! Она делает круг и приводит к дубу! Только бы палач не знал! Да он и не может знать! Секрет известен лишь учителю географии и её одноклассникам!
— Глупышка!
Сзади донёсся раскатистый смех. Шестое чувство подсказало уклониться влево, резко вправо и снова влево. И вовремя: сферы белого огня в щепки разбили молоденькие сосны! Спину кольнули иглы и ветки, в нос ударил запах тлеющей древесины. Одновременно слуха коснулся стон уничтоженных кристаллов.
Сгущались сумерки. Зачарованная тенями чаща совсем не походила на светлый лес, куда дети ходили в поход. В качающихся на ветру еловых лапах Миле чудились руки человека с лицом Жени, в скрипе сухих веток слышался мерзкий хохот.