Чтение онлайн

– Девушка идет к нам, – сказал главный охранник Хачика. – А вы стойте спокойно, иначе, братва, будем стрелять. Я не шучу.

– А ведь не шутит, – прошептал Каракуль, осторожно ощупывая автомат.

Лия подняла голову, произнесла:

– Я не хочу к ним, пусть лучше убьют.

Несколько секунд паузы. Это не могло продолжаться даже минуту, что и подтвердил охранник Хачика, потребовал более жестко:

– Я сказал: девушка ко мне! Быстро! Будем стрелять.

Лия собралась с духом, развернулась к нему лицом и тихо, едва шевеля губами, но отчетливо, выговорила:

– Ну и стреляй, дерьмо. Я не пойду.

Под шумок Каракуль снял предохранитель, готовился к атаке. Но тут послышалось тяжелое и громкое дыхание. Непроизвольно люди Хачика повернули головы в сторону. К ним от полосы леса летел черный, громадный зверь, который то сливался с темнотой, то выныривал из нее, как некий грозный призрак. Его шкура отсвечивала огненными бликами, и было непонятно, что это за зверь. Троица боевиков Хачика застыла в напряжении. Один не выдержал и выстрелил в Раджа. Воспользовавшись их растерянностью и испугом, Каракуль толкнул Лию на юношу, оба упали на землю, а он, выпуская короткие очереди, выстрелил поверх голов людей Хачика, те попадали. Это дало время подняться Лии и юноше, все трое рванули к лесу.

Радж свернул с пути на голос Каракуля. И вдруг пес встал. Запах. Едва уловимый, знакомый, ненавистный. Запах, достигнув его тонкого носа, тут же улетучился. К месту перестрелки бежал еще один человек. Запах шел от него. Дог заметался, не зная, куда бежать. Тем временем четвертый уже целился в Каракуля.

– Ко мне, Радж! – крикнул тот на бегу, поддерживая Лию.

А из кустов за колючей проволокой звал Антон. Радж скачками ринулся к мальчику. Опомнились и люди Хачика, открыли пальбу из пистолетов наугад. Каракуль взревел:

– Ложись! – и вздрогнул от обжигающей боли в предплечье.

Лия и юноша ползком добирались до леса. Упавший Каракуль перекатился на спину, приподнял голову и разглядел, что к ним бегут двое. Теперь открыл огонь по цели:

– Какие уж тут шутки!

Пули вылетели. Достав из кармана гранату, выдернул чеку, бросил и пополз к лесу. Рвануло. Каракуль прикрыл голову руками, прижавшись к земле, потом на четвереньках добрался до колючей проволоки, пролез под ней и скрылся в чаще.

Адам Рудольфович провожал последних гостей, одним из которых был Шкалик. Петя до самого конца сидел за столом, не понимая, что за возня идет. Булькатый говорил тост, вдруг к нему подкатил здоровяк, зашептал на ухо. Адам выслушал, заметно повеселел, тост досказал на подъеме, выпил и покинул гостей. Шкалик наблюдал и за Хачиком, этот тоже был доволен. Пирующие постепенно разъезжались по домам, а Хачик и не думал покидать ресторан. Он соизволил перекинуться несколькими словами с Петей, отчего Шкалика передернуло – уж очень ласков был Хачик, приторно ласков. С чего бы это? А Тимоха так и пропал. Шкалик звонил ему – безрезультатно. Вскоре и Хачик покинул зал. Петя посидел еще немного, выслушивая пьяную ахинею небоскреба, которая интересовалась, как ЭТО происходит у лилипутов. Он забросал ее убийственными взглядами, а ей хоть бы что! Настало время, когда и ее потянули к выходу. Ресторан опустел, официанты убирали со столов. Встал и Петя.

У ресторана засек тачку Хачика, значит, он еще здесь. А в зале его не было. Где же тогда Хачик и зачем остался? Петя сел в «БМВ», отъехал на некоторое расстояние, приказал шоферу остановиться и подождать. Сам же вернулся к ресторану, спрятался за деревом. Ждал недолго. Показалась еще одна тачка Хачика, из нее вылетели двое грязных людей, словно собой мыли площадь, метнулись внутрь. Что же такое происходит?

А Хачатур Каренович в кабинете ждал возвращения своих людей, посланных на завод за Лией. Адам Рудольфович прохаживался здесь же, анализируя в уме, правильно ли поступил, приняв решение отдать девушку. Вдруг в кабинет ввалились двое. Один был его человек, второй – Хачатура, видимо, новенький, потому что до сегодняшнего дня Адам этого бородатого человека никогда не встречал.

– Что случилось? – поднял глаза Хачатур Каренович, не скрывая удивления, ведь оба стояли грязные, а охранник Булькатого еще и в крови. – Где Лия?

– Мы немного опоздали, – признался охранник Адама. – Там был Каракуль и еще один, не разглядели его в темноте. Двоих ваших людей, Хачатур Каренович, уложил Каракуль, отстреливаясь. Потом он, Лия и третий скрылись в лесу.

Хачатур Каренович почувствовал, как со спины его объял страх. В былые времена он часто оказывался у края пропасти, но никогда не был так близко к ней, как на этот раз. Никто не смел обманывать его, а Каракуль посмел. Он просил отдать Лию, а сам отнял ее, значит, бумаги теперь попадут к нему, он не отдаст их. Адам будто угадал:

– Один человек не может с нами соперничать. Надо прочесать лес, они только там будут прятаться, больше негде.

– Лес? – вздрогнул Хачатур Каренович. – Может бит. А кто чесат будет лес? Слишком много места занимает, из-за гор вдвое, втрое болше места. Как искат? Гдэ?

– Утро вечера мудренее, – сказал Адам Рудольфович, тоже раздосадованный тем, что какой-то Каракуль отобрал добычу. Еще не сообщили о разгроме, учиненном Каракулем, иначе он не высказывал бы мудрых изречений. – Давай хорошо подумаем на свежую голову. Завтра с утра соберемся и обсудим создавшееся положение.

– Хорошо, – вздохнул Хачатур, предполагая, что бессонная ночь теперь обеспечена, и, видимо, не одна. – Надо забрат трупи из леса. Ти ведь не хочешь, чтоб про завод узнали, Адам? Визивай людей. Я своих тоже визову.

Шкалик увидел, как выходили из ресторана Адам и Хачик со свитами. Озабоченность на лицах подтвердила догадки: идет сговор, в который его не посвятили. Он набрал на мобильнике номер Тимохи, тот что-то простонал в ответ. Ага, Тимоха дома. Петя предупредил, что хочет повидаться с ним немедленно, срочно! Запрыгнул на сиденье «БМВ» и помчался к Тимошенко.

– Не отставать! Бегом! Не останавливаться! – подгонял Каракуль.

Они бежали по лесу уже часа полтора. Бежали? Да, удавалось и бежать, но то и дело наталкивались на препятствия – завалы из стволов деревьев, заросли, кручи, глубокие овраги и ямы. Если учесть еще темноту, так продвижение по лесу вовсе казалось невозможным. К счастью, светили луна и звезды, правда, этого света было слишком мало. Но Каракуль заставлял не просто идти, а бежать, бежать, чтобы согреться. Он разрезал свою рубашку, обмотал ступни Лии, чтобы она не поранила босые ноги. Устав до изнеможения, Лия остановилась, обняв ствол дерева:

– Не могу больше. Я согрелась, давайте отдохнем.

– Вперед, только вперед! – Каракуль безжалостно оторвал ее от ствола. – Держись за меня – и вперед, бегом. Иначе ты умрешь от переохлаждения.

– Но я не могу! – закричала Лия, вырвалась и села на землю. – Я не могу и не хочу! Мне все равно, как умереть. Не сейчас, так потом нас найдут и...

– Я сказал, вставай! – завис над нею Каракуль.

– Мама, уже немного осталось, – соврал Антоша. Он тоже устал, дышал так же тяжело, но, дав обещание Каракулю не доставлять хлопот, по крайней мере старался выполнять его.

– Антоша, я правда не могу больше, – извинилась Лия перед сыном.

Юноша, увязавшийся за ними, лишь молчал, вцепившись в дерево, и дышал, дышал. Каракуль рывком поставил Лию на ноги, но ее тянуло вниз, на землю. От бессилия она расплакалась. Каракуль присел на корточки, объяснил популярно, без напора:

– Ты должна. Скоро откроется второе дыхание, поверь, станет легче. Мы из подвала выбрались, от стволов убежали, ты не можешь так просто сдаться. Ты должна идти. Сама! Так надо! Отдохнула? (Лия утвердительно, но вяло кивнула.) Тогда пойдем. Давай руку.