Пояс жизни. Трилогия
Шрифт:
– Да, - подумал Мельхиор, - дело дрянь! Метастазы уже распространились по всему организму. Удивительно, как он еще жив. Сколько же ему осталось? День, два, может месяц? В любом случае, мне придется помочь ему. Все должно пройти, как намечено, а если царь умрет раньше, то в пылу начавшейся междоусобицы, о переписи населения все просто забудут.
– А вслух произнес, доставая серебряную шкатулку, в которую предусмотрительно пересыпал порошок, который ему дала Иза.
– Вот, великий Царь, возьми это снадобье, принимай его только при сильных болях, и не более одной-двух щепоток в день.
– Дай, дай мне его сейчас!
– Прохрипел Ирод.
Мельхиор подошел к маленькому столику на бронзовых ножках, на котором стоял кувшин с водой и кубок, наполнил кубок водой, и растворил в нем щепотку порошка.
– Выпей это, государь, и тебе станет легче. Боль уйдет, но лишь на какое-то время. Больше я ничем помочь тебе не могу.
Царь буквально выхватил кубок из рук Мельхиора, и с жадностью, морщась, выпил все его содержимое. Спустя пару минут, он с радостью сообщил, что боль прошла, и он может встать с постели.
– Чудо, это просто чудо!
– Вскрикнул Ирод.
– Давно я себя так хорошо не чувствовал. Теперь можно заняться и делами государственными.
При этом Ирод слегка нахмурился, а Мельхиор, пристально вглядывавшийся в его лицо, вдруг неожиданно вздрогнул, будто от удара электричеством.
– Ты на самом деле искусный маг, Мельхиор! Людская молва не напрасна. Я бы хотел, чтобы ты стал моим придворным лекарем и советником. Что скажешь?
– Прости, Великий царь, но я никому не служу. Точнее сказать - я служу всем людям, всем, кто нуждается в помощи, вне зависимости кто тот или иной человек: раб, бедняк или же царь. Все люди нуждающиеся в помощи, получают ее от меня, вне зависимости то их статуса. Еще раз прости, но я вынужден отказаться от твоего предложения, но готов, по первому зову, предстать пред тобой.
– Смело, и честно! Иди, раз так, но знай, двери моего дворца всегда раскрыты для тебя. Прощай чародей!
Мельхиор, пятясь назад, вышел за дверь.
– Что скажешь, Мельхиор?
– Спросил Николай, когда они остались наедине.
– Я не волшебник, как про меня говорят люди. Все что я могу - это облегчить его боли, но никакие снадобья, никакие заклинания его уже не спасут. Слишком поздно!
– Что с ним?
– Сокрушенно спросил Николай.
– Это недуг от которого лекарства на существует, мой друг, и зовется он старость. Еще никому не посчастливилось победить его. Прости, я пойду.
Мельхиор, попрощавшись с Николаем, чуть не бегом выскочил из дворца. Он шел самым быстрым шагом, на который был способен. Дойдя, наконец, до своего дома, он влетел в гостиную, где надеялся застать своих гостий. Не обнаружив их там, он без стука ворвался в комнату, занимаемую Изой.
Иза, полуобнаженная сидела перед огромным бронзовым зеркалом, и причесывала свои дивные черные, как смоль, волосы.
– Мельхиор, в чем дело?
– Воскликнула она, накидывая на себя покрывало.
– Простите, мона Изида, за бесцеремонное вторжение. Беда!
– Да говори же толком, что за беда? Что-то с Иродом?
– Причем здесь Ирод! Ему жить осталось всего-ничего, но то, что он собирается сделать - просто чудовищно! Я, как и собирался, немного покопался в его мыслях. Сначала все они были об избавлении от боли, но после приема лекарства, почувствовав облегчение, страшную мысль прочитал я. Он собирается сегодня же послать своих воинов в Хеврон с приказом убить сына Елисаветы.
– Что за бред, Мельхиор? Чем ребенок помешал ему?
– Он посчитал, поскольку Иоанн появился на свет, окруженный некоторой тайной, сопровождаемой слухами о причастности к его рождению самого Господа Бога, что он и есть тот самый Мессия, рождение которого так ожидалось в народе. Его обуял страх за то, что прервется основанная им династия, и трон достанется этому младенцу, а не кому либо из его, Ирода, сыновей. Отсюда и такой приказ. Нужно опередить солдат, и спрятать Елисавету с сыном, только как это сделать?
– Я знаю как? Мы с Дитой, немедленно отправляемся в Хеврон. На крыльях мы мигом туда доберемся, намного опередив воинов Ирода.
– Да, но сейчас разгар дня! Как Вы собираетесь воспользоваться крыльями? Вас же увидит множество людей!
– А мне плевать! Одной легендой больше, одной меньше! Одно лишь обещаю: Чтобы не навредить тебе, мы взлетим где-нибудь в пустынном месте в городе или за городом. И не пытайся меня отговаривать! Я так решила!
Глава 46.
Большие мохнатые собаки, с громким лаем сгоняли разбредшихся по окрестностям коз и овец, подбирающих остатки осенней травы на горных пастбищах в окрестностях Хеврона. Пастухи же, тем временем, переложив свои обязанности на четвероногих помощников, собрались на обед у костра. Пока взрослые готовили незамысловатую еду, дети, помогавшие своим отцам, затеяли шумную игру на одном из склонов холма. Пытаясь увильнуть от преследующих сверстников, один из мальчишек спотыкнулся и упал навзничь на землю. Морщась от боли из-за ссадины на коленке, он уже собирался подняться на ноги, и попытаться увернуться от приближающегося к нему младшего брата, но, вдруг, замер на месте, совершенно позабыв о боли, глядя в небо широко раскрытыми глазами.
– Смотрите, что это?
– Громко крикнул он, указывая вверх рукой.
Остальные мальчишки остановились, и запрокинув головы вверх, стали смотреть туда, куда указывал их незадачливый товарищ. На фоне низких серых туч, по небу с быстротой молнии мчались две огромные невиданные белые птицы с серебряными крыльями. Взрослые, услышав крики детей, так же устремили свои взоры вверх.
– Ангелы! Это ангелы летят!
– Сорвалось с губ одного из пастухов, обладающего острым зрением. Остальные, приглядевшись, действительно увидели, что обе фигуры были вовсе не птичьи, а скорее, женские, одетые в широкие белые платья, развевающиеся на ветру. В религиозном экстазе, мужчины опустились на колени, и, провожая ангелов глазами, стали усердно молиться Господу, ниспославшему им столь чудное видение.
Не трудно было догадаться, что двумя ангелами, низко пролетевшими в сторону Хеврона, были Иза и Дита. Не обращая внимание на крики людей внизу, обе они промчались в сторону города, и, рассмотрев его панораму, опустились на землю непосредственно перед домом Захарии. Быстро сложив крылья, Дита подбежала к двери, и, схватившись за железное кольцо, постучалась. Через несколько мгновений дверь распахнулась, и на порог вышел сам хозяин дома.
– Гелома, - удивленно воскликнул он, - что привело тебя вновь в мой дом?
Вместо ответа, Дита оттолкнула старика, и ворвалась вовнутрь. Ошеломленный Захария, увидев Изу, перегородил собою вход в дом, и громко спросил:
– Саломея, объясни, что происходит! Почему Вы бесцеремонно врываетесь ко мне домой?
– Некогда объяснять, Захария, - ответила Иза, - Вашему сыну, да и Вам угрожает смертельная опасность. Быстро собирайтесь и бежим отсюда.
– Ты сошла с ума, Саломея! Какая опасность? Куда бежать, от кого?
– Ирод приказал своим воинам убить твоего сына! Они уже скоро будут здесь!