Пойманные под стеклом
Шрифт:
— Меня зовут Квинн, — повторяю я и протягиваю ему свою опухшую, окровавленную руку. Он смотрит на нее какое-то мгновение, прежде чем пожать ее.
— Я Сайлас, — у него твердое рукопожатие. — А это — Инджер. Мы ищем мою кузину.
Часть третья
«Сопротивление»
Квинн
— Ты утверждаешь, что встретил Алину? — Сайлас недоверчиво смотрит на меня сверху вниз. — Что вы сбежали вместе, и ты ей помог? Ты? — ему, очевидно, сложно представить это.
Я в грязи с ног до головы, все мое тело дрожит от шока, что я был погребен за живо. Чтобы остановить кровотечение из пореза на брови, прижимаю к ней старую футболку.
— Извергнутая убила бы ее, если бы мы не пришли вовремя, — каркаю я, так как мое горло все еще наполнено пылью.
— Мы? — Сайлас смотрит на Инджера, который не произнес ни слова. Он стоит позади его приятеля и ждет, уперев руки в бедра.
— Моя подруга Беа и я, — объясняю я. — Беа сейчас с Алиной. по крайней мере я так думаю.
Надеюсь.
Сайлас задумчиво потирает подбородок. У него такое же решительное и неуступчивое выражение лица как у его кузины, что позволяет ему выглядеть намного старше, чем есть на самом деле.
Я бы дал ему от восемнадцати до двадцати. Однако, он не производит впечатление, что готов врезать мне в лицо, если я раскрою рот.
— И почему же Алина решила взять Извергнутую на буксир? — спрашивает он. — Каждый знает, какими опасными они могут быть.
Инджер согласно кивает и складывает руки на груди. Молчание очень смущает меня. Поэтому я еще раз объясняю все, начиная с момента, когда встретил Алину в очереди на вакцинацию, а затем сцену в таможенной зоне.
Оба внимательно слушают. Когда я заканчиваю они в некоторой степени убеждены, что я не лгу. Сайлас перекидывает мою руку через свое плечо и помогает мне встать.
— Сможешь идти? — спрашивает он.
— Хм, наверное.
Мой живот сводит судорога, и я со стоном нагибаюсь вперед, но это только ухудшает боль.
Пыхтя, я с трудом могу дышать.
— У тебя видимо сломаны пара ребер, — предполагает Сайлас. — Но это пройдет, они сами срастутся. Врач все равно ничего не смог бы предпринять.
Сайлас и Инджер выглядят как парни, которые после потери всех конечностей будут продолжать бежать. По крайней мере, они бы пытались это сделать, вместо того, чтобы горевать.
Я по-походному закрепляю маску на лице и делаю глубокий вдох. Но даже это причиняло боль, так что я с трудом подавляю крик.
Я пытаюсь делать небольшие вдохи, концентрируясь на остроугольных блестящих серебром контурах на горизонте и на луне, которая как чистая отполированная монета светится в небе.
Пытаюсь не замечать здания с развалившимися крышами и разбитыми стеклами, которые, кажется, готовы обрущиться на нас.
— Откуда вы знаете, что Алина в бегах? — спрашиваю я.
— Потому что Алина живет со мной и моими родителями, — ворчит Сайлас и просовывает руки в лямки рюкзака.
— Почему?
— С тех пор как ее родители пропали, она своего рода моя сестра, — говорит он.
— Как сестра, хм, — произношу я и, когда Сайлас не реагирует, спрашиваю: — И куда именно мы направляемся?
Сайлас хмурит лоб. — Ты идешь назад в Купол, — только и говорит он.
Инджер кивает и наконец открывает рот. Его голос похож на рычание.
— Ты только будешь мешать нам.
Так как до сих пор все время разговаривал Сайлас, я считал его чем-то вроде пугала. Но теперь понимаю, что ошибался. В его голосе слышны неоспоримый авторитет и сила.
— Люди из "Бриз" вернутся завтра, чтобы выследить нас. Идеальная попутка для тебя. Тебе всего лишь нужно показать свою татуировку на мочке уха, — настаивает Сайлас.
— Нет, я иду с вами, моя лучшая подруга направляется в город, а я несу за нее ответственность в этой поездке, — возражаю я.
Инджер сопит и опускает руку в сумку. — Она-твоя кузина, — говорит он Сайласу.
Сайлас, который держал мой рюкзак, бросает его мне и натягивает капюшон:
— Мы нашли там твои вещи, — говорит он и указывает на место, где я видел Беа, Алину и Мод в последний раз. Затем смотрит на небо, что-то шепчет и, наконец, говорит, как будто он видел будущее в облаках.
— Окей, идем с нами, — говорит он и улыбается. — Но мы не идем дальше сегодня. Не через этот мусор. Нет дороги, по которой мы могли бы следовать. Давайте лучше найдем место, где мы можем немного поспать до рассвета.
— У меня есть палатка, — замечаю я. — Очень легко устанавливается. Нужно только сильно потрясти.
— У тебя есть палатку? Откуда?
— Купил.
— Ну да, логично, — сопит он.
— Ну, собственно, мой отец купил мне ее, — добавляю я и сразу же жалею о сказанном.
Мы бежим, пока не находим дом с палисадником, который в некоторой степени выглядит солидно. Инджер и Сайлас останавливаются, опускают багаж и убирают остатки велосипеда и несколько бутылок в сторону, пока я распутываю брезент. Всего пара минут и палатка установлена.
— У меня еще есть они, — я вытаскиваю спальные мешки и бросаю их в палатку.
— Это самая маленькая вещь, которую я когда-либо видел, — Сайлас осматривает палатку, и я понимаю, что он имеет в виду: нам придется спать дьявольски тесно друг к другу.
— Придется так, — говорю я таким тоном, как будто бы мне полностью все равно, но, если честно, безумно страшно. Мне придется толкаться с двумя типами, которых я едва знаю, в этой минипалатке. В палатке, которая предполагает, что в ней будут спать двое.
— Ну, по крайней мере, мы не промокнем, — Инджер наклоняется и забирается внутрь.
Сайлас и я следуем за ним. Мы полностью открываем молнии на мешках, чтобы использовать один как одеяло, а второй как подстилку. Затем ложимся, я в середине.
Инджер и Сайлас сразу поворачиваются спиной ко мне, так что у меня нет возможности перевернуться набок, иначе я занял бы не очень приличную позу с одним из них.
Поэтому остаюсь лежать на спине и пристально смотреть на тени вокруг меня. Внимательно слежу за тем, чтобы мои ноги были сжаты, а руки сложены на груди.