Чтение онлайн

Рождественским утром Чанса разбудили двое плачущих младенцев. Он выскочил из кровати и бросился в детскую. Держась за перила кроватки, Синди прыгала и плакала так, словно понимала, что Тори уехала.

Сэм тоже плакал, сидя в своей кроватке.

«Дать няне неделю выходных с Рождества по Новый год было отличной идеей».

— Иду, иду. — Чанс подошел к Синди и взял ее на руки. — Мы все скучаем по Тори, но то, что она не празднует Рождество с нами, только к лучшему. О! — Его посетило вдохновение, когда он укладывал девочку на пеленальный столик. — Как только я вас переодену, вы можете открыть подарки.

Синди, словно понимая его слова, перестала плакать. Он быстро справился с ее памперсом, а потом переодел Сэма, покормил обоих и усадил в ходунки перед елкой.

Сэм восхищенно уставился на елку, но Синди провожала взглядом отца, который побежал за видеокамерой.

Чанс вернулся к елке, зажег гирлянды, включил камеру… но что-то было не так. Чего-то не хватало. Конечно, Тори. Именно поэтому он дал ей такие длинные выходные. Он не хотел, чтобы она оказалась замешана в его жизни еще больше. Ей это причиняло боль, а его сбивало с толку.

Он выдохнул и подумал, не стоит ли позвонить маме, чтобы она пришла помочь или даже просто посмотреть, но от этого стало только хуже. Это видео — единственная возможность для Тори увидеть близнецов в Рождество, и почему-то он чувствовал, что если в кадр попадет Гвен, то ощущение интимности пропадет.

Чанс фыркнул и покачал головой, ругая себя за глупость. Ему хватило сил отпустить Тори на праздники, но на остальное не хватало.

— Вот все и готово, — сказал он, вынимая из-под елки подарки для каждого из малышей. Положив их на подносы перед ходунками, он взял камеру. — Поехали. Давайте, рвите бумагу.

Синди немного поиграла со своим подарком. Сэм попытался засунуть свой сверток в рот. Чанс снимал их две минуты, а потом понял, что если так пойдет и дальше, они будут открывать подарки весь день. Поэтому он установил камеру на второй ступеньке стремянки, примерно на высоте колена. — так она снимала детей.

Даже так весь процесс занял час. Он не осознавал, сколько всего они с Тори накупили для близнецов. Но зато Чанс не пропустил ни секунды первого Рождества своих детей. И Тори не пропустит.

Она всегда его слушала.

Она всегда поступала правильно.

И если он потеряет ее, это его убьет.

Но он потеряет. До несчастного случая Тори закончила два года учебы. Как только она соберется, сразу же вернется к занятиям, и ей понадобится еще пара лет, чтобы получить диплом. А после этого она уйдет.

И эта потеря будет больнее, чем потеря сотен Лилий.

Вернувшись второго января, Тори снова чувствовала себя хорошо. Нормально. Она хотела увидеть детей, но была уверена в своих обязательствах перед Джейсоном. Он защитил ее во время катастрофы. Она его не бросит.

Но стоило ей открыть дверь коттеджа, как она поняла, что что-то не так. Снимая новенькое черное шерстяное пальто — рождественский подарок от родителей, — она спросила:

— В чем проблема?

Чанс со смешком повернулся к ней:

— Никакого приветствия, сразу «в чем проблема»?

— Я чувствую, что-то не так.

— Ничего серьезного. У Сэма насморк, вот и все.

Тори подбежала к креслицу, в котором сидел Сэмми.

— Мы возили его к доктору Нельсону, он сказал, что это просто простуда. Ничего серьезного.

Тори поцеловала мальчика в лоб.

— Может, для доктора Нельсона это несерьезно, но для нас — да.

Сэм поднял ручки, и Тори вынула его из кресла.

— Что еще происходило? — спросила она.

— Им понравились подарки. Я снял рождественское утро на видео, так что можем сегодня вечером посмотреть.

— С удовольствием. — Тори легонько подкинула Сэма и улыбнулась Чансу.

Она была так невероятно рада оказаться дома, что ее чуть не разрывало; но радовало и то, что она расставила приоритеты по местам.

— Что еще?

— Моя мама хвасталась ими перед всеми. И кстати, она поехала в Хьюстон навещать друзей. Ее не будет до конца января.

Тори ахнула:

— На весь месяц?

— Она ненавидит зиму.

— А кто ее любит?

Чанс хмыкнул и вынул из гардероба пальто, накинув его поверх костюма.

— В общем, мамы не будет, но Кук готова помогать с обедом и в любое другое время — готовить-то ей не нужно.

— Отлично.

Чанс повернулся и заставил себя улыбнуться. Тори выглядела отдохнувшей, но явно была рада оказаться дома. Этого было достаточно.

— Хорошо. Увидимся часов в шесть.

Выйдя из дома, под порывами ледяного зимнего ветра Чанс дошел до джипа, запрыгнул внутрь, включил магнитолу и притворился, что все в порядке. Он не скучал до смерти всю неделю, пока Тори не было. Не хотел поцеловать ее при встрече и похвастаться, как хорошо вели себя дети на рождественской и новогодней вечеринках его матери. Не хотел рассказать, как детям понравились рождественские подарки, которые она выбрала.

Он не позволял себе думать о том, как все это хочет, потому что это не имело значения. Единственный его шанс — мечтать, что она откажется от того самого обязательства, которое и делало ее привлекавшей его сильной и верной женщиной. Но ему было так одиноко, искушение было так сильно…

В офисе Чанса ждал Макс, рассевшись в его кресле так, словно это было его место.

— А вот и он, человек года, отец двух самых хорошеньких детей на свете.

Чанс поставил портфель на стол и скинул пальто:

— Твои дети тоже ничего.

— Триша та еще штучка. — Макс поднялся из кресла.

— Триша в точности как ты лет тридцать назад. Подожди, скоро она сходит в зоомагазин и заведет крысу. — Чанс повесил пальто в гардероб и повернулся к Максу. — Так в чем дело? Почему ты за моим столом?

— Я хотел поговорить с тобой раньше остальных. Наши японские партнеры устроили сегодня неожиданную встречу.

— Встречу или инспекцию?

— Они называют это встречей, но мы все знаем, что это инспекция. Не важно, что ты планировал, все отмени. Мы с тобой весь день будем заниматься ими.

— Серьезно? — простонал Чанс.

— И выключи сотовый. Сегодня не будет ничего более важного, чем эти гости.

Чанс демонстративно выключил телефон:

— Сделано.

— И улыбайся, — засмеялся Макс. — У тебя двое очаровательных детей. Ты партнер «Монтгомери девелопмент», и все равно у тебя остается время на свою компанию в Теннесси. Мама тебя обожает, и ты мой брат. Они считают, что тебе повезло больше, чем принцу Гарри.