Чтение онлайн

— Я, наверное, очень на эти самые санки похож, — проворчал некромант, разглядывая заляпанную одежду.

Впрочем, крутой спуск не нам одним устроил подлянку — пока мы разговаривали, мимо нас прошла женщина и тоже поскользнулась, упав в грязь. Слова, которыми женщина выразила свое мнение об этом, вряд ли пристало говорить горожанке. Вот бабе, которая костерит на чем свет стоит непослушную скотину — в самый раз.

Марэль же и Иллий обошли грязь по обочине. Смотреть на них, таких чистеньких — не считая сапог — и хитрых, было противно.

Я отчаянно хотела поваляться в кадушке с водой, некромант, полагая, тоже. Хоть Дар и не выражал никакого недовольства, давно привыкнув к моим проделкам, но молча бросать на меня гневные взгляды ему никто не запрещал.

— А если бы ты ушиблась? — продолжал разоряться начальник охраны. — Что бы я сказал твоему Наставнику?

— Не говори глупостей, — разозлилась я. — Наставнику плевать, если я ушибусь или, что еще лучше для него, убьюсь. Но ты, если я умру случайно посадив заусенец, так уж и быть, не вини себя. Знаешь поговорку «А если б да кабы, во рту росли б грибы»? Чего сейчас-то дергаться, когда это уже произошло?

Иллий открыл было рот, чтобы прочесть мне очередную нотацию, но его перебил Марэль:

— Он просто хочет, чтобы ты думала о последствиях перед тем, как делать что-то. Перед, а не после, понимаешь?

Да уж, ваше величество, подумала я, докатилась. Сначала тебя самым наглым образом рассекретили перед некромантом (он никогда не должен был этого узнавать, никогда!), потом еще и Иллия какие-то шальные хайны принесли. Нет, пора с этой черной полосой в жизни заканчивать. А то не дело это.

Мы спустились с холма и направились в сторону леса. Сегодня день был пасмурный — по небу плыли серые облака, солнце никак не могла пробиться сквозь них. Стемнеет сегодня намного раньше, буквально часа через четыре. Заночевать придется в лесу.

Лес, в котором имела честь раскачивались на ветру, костер потрескивал, освещая нашу стоянку (судя по дружному храпу Марэля и Иллия — скорее лежбище).

Я лежала без сна и слушала. Разные звуки и шорохи, наполняющие лес, не давали заснуть. Мне было слишком страшно, не смотря на караулящего нашу полянку Дара, которому я, в общем-то, полностью доверяла. Но это не мешало мне все равно бояться. Особенно сегодня. После трех лет жизни во дворце, я отвыкла от ночевок на природе.

Стоило закрыть глаза и начать медленно погружаться в сон, как где-то поблизости обязательно что-то начинало шуметь. Тут же становилось не до сна.

Некромант же был абсолютно спокоен и на шорохи не обращал никакого внимания. Я позавидовала его выдержке и решила не спать до утра. Пусть нам и предстоял завтра большой дневной перегон. Ничего, как-нибудь не усну на ходу.

Дар подкинул в костер дрова, с оглушительным треском сломав сук. Ребята вздрогнули, но не проснулись, зато я не выдержала и решительно встала с лежака.

Мужчина не удивился, когда я присела рядом. Некромант с нажимом потер слипающиеся глаза. Может, пусть идет спать? А я покараулю, все равно ведь не усну.

— Ты как? — не придумав ничего путного, спросила я.

— Да вот, грязный, как свинья, а ты? — иронично сказал Дарисс. — Что, не спится?

Я подумала — а не сказать ли ему какую гадость, но передумала. Еще успеется, да и я виновата все-таки. Хотя… кто его заставлял падать вместе со мной?

— Страшно, — призналась я. — Да и неуютно мне вообще-то. Я, конечно, знаю, что деревья везде одинаковы, но все равно даже они мне кажутся чужими.

Некромант улыбнулся и подал мне котелок с водой. Я без видимой охоты попила, потом задала интересующий меня уже второй день вопрос:

— Ну а все-таки, откуда у тебя этот шрам на груди?

— Вот же ж приставучая, — вздохнул мужчина.

Дарисс растерянно посмотрел на девушку, стоящую с мечом в руках, и впервые за несколько месяцев действительно растерялся. Поднимать руку на женщину, а тем более — на свою женщину, он бы никогда не посмел.

— Мира, успокойся, все в порядке, — сказал некромант. — Я еду на свадьбу.

— Девке этой будешь сказочки рассказывать, — зло бросила Мира. — Выбирай: либо ты сейчас уезжаешь, и навсегда забываешь обо мне, либо ты остаешься здесь, со мной.

Некромант вздохнул, раздумывая, как бы сделать так, чтобы и девушка была с ним, и на свадьбу можно было поехать без помех. Но, как говорится, за двумя зайцами погонишься…

Дарисс медленно потянул меч из ножен.

— Ах вот ты как, — уничижительно прищурилась Мира.

Мечи встретились, раздался звон железа. После серии выпадов, в результате которых девушке удалось-таки зацепить некроманта, прочертив лезвием по груди, Дар выбил меч у Миры из рук. Клинок отлетел в угол каюты, к стоящему там шкафу.

Девушка растерянно посмотрела на некроманта. Тот притянул ее к себе и поцеловал.

Дар, затягивая шнуровку на рубашке, посмотрел на мирно спящую девушку и порадовался: и помирился, и на свадьбу можно ехать.

Только вот ощущение было такое, словно некромант видит девушку в последний раз. И это его совершенно не трогало.

— Ну так откуда? — напомнила я о своем вопросе задумавшемуся о чем-то некроманту.

Мужчина поморщился, совсем так же, как когда я спросила его об этом в первый раз. Еще тогда, в доме.

— Подрался с каким-то пьяным наемником в трактире, — отмахнулся Дар.

Мы замолчали, и звуки, от которых я сбежала поближе к некроманту, как будто сделались громче. Я невольно придвинулась вплотную к мужчине, схватив некроманта за рукав. Дарисс отцепил мои судорожно сжатые руки от материи, расправил рукав и усмехнулся.

— Да чего ты трясешься, как осиновый лист? — спросил он. — Никто тебя не съест.

— Я не трясусь! — возмутилась я. — Просто опасаюсь. Я отвыкла за эти три года от подобного, — я обвела руками нашу стоянку.

— Ах да, вы же, ваше величество, привыкли, чтобы обед — только из золотых тарелок, завтрак в постель приносит сам начальник вашей личной охраны, а ужин обязательно с каким-нибудь высокопоставленным министром, — хмыкнул некромант. — Куда уж нам, безродным босякам…

Я обиделась. Зря он так.

— Перестань издеваться, — тихо попросила я. — Можно подумать, я получаю от этого удовольствие! Это все этикет, мать его…

— И только этикет заставляет тебя общаться с нами, бедняками?! — разозлился вдруг Дарисс.