Чтение онлайн

— Ты прекрасно знаешь на что, — раздражилась я.

Терпеть не могу, когда пытаются вывести меня на чистую воду. Можно подумать, я сама не понимаю, где и когда виновата. Хотя тут я не виновата, но ощущение вины все равно есть.

— Просто ты так ворочался во сне, что я не могла заснуть. А Дар не мог позволить спать королеве на полу! — пылко заверила я его.

— Почему ты его выгораживаешь постоянно? — поинтересовался Иллий. — Какой-то мутный он…

— Ты можешь доверять ему. И не мутный он вовсе, как ты выразился, — обиделась я за давнего знакомого.

— С какой бы это радости я должен ему доверять? Я его даже не знаю, в отличие от тебя и Марэля. Вот вас я знаю и доверяю, а ему… Может, он-то и отправлен тебя убить? В прошлый раз он с вами путешествовал, навязался просто так, вот и сейчас. Разве не странно это? Может, он только притворялся вашим другом, а за спиной помогал тому, кто за тобой охотится? — подал неожиданную мысль начальник охраны.

Я опешила, пытаясь переварить, что сказал только что мужчина. А в самом деле, почему Дар тогда навязался и сейчас опять с нами куда-то идет? Возвращался бы к своей девице, что ждет его каждый день с работы. Какой резон ему с нами путешествовать в этот-то раз? В прошлый еще понятно — ему нужно было попасть в Гатту, и нам было по дороге. Но сейчас…

— Нет, он не может быть врагом. Я за него ручаюсь, — неуверенно сказала я.

— Ты ручаешься за него просто потому, что так хорошо знаешь или просто потому, что ты в него влюблена? — хитро закрутил разговор Иллий.

Я задохнулась от возмущения:

— Я знаю его, он не может! И оставь свои шуточки для кого-нибудь другого, хорошо? Я не влюблена. Никогда не была и не буду. И вообще, я мириться с тобой пришла, а не ругаться еще больше! А ты мне тут столько гадостей наговорил!

— Ладно-ладно, я не сержусь, — примирительно подняв руки, сказал Иллий. — Только в следующий раз, когда я буду мешать тебе спать, просто пихни меня как следует, а не убегай.

Я кивнула и, ободренная мыслью, что все прекрасно, вышла из комнаты.

— Рубашка, говоришь, тебе нужна? Даже и не зна-аю… — с сомнением оглядев мою фигурку, протянула женщина. — Если только у невестки посмотреть, но они у нее все с вышивками да рюшами. Тебе неудобно будет.

Поскольку ни невестку, ни сына, ни мужа мы со вчерашнего дня так и не видели — хотя невестку мы вообще не видели, — я поняла, что они куда-то уехали.

Тетя Прося приглашающее махнула рукой и повела меня на хозяйскую половину дома. Тут было светло, уютно, и в коридор выходили несколько дверей. Женщина остановилась у третьей по левой стене и решительно дернула ручку.

В комнате царил идеальный порядок: кровать заправлена так, что нигде ни бугорка; подушки сложены стопкой, от большей к меньшей; пол выскоблен и выметен; на сундук наброшено небольшое расшитое народными гаттийскими узорами покрывало. Больше ничего в комнатку не поместилось.

Хозяйская жена подошла к сундуку, сорвала покрывальце, откинула крышку и принялась копаться внутри. Вскоре мне были предложены три рубахи, совершенно непригодные ни для колдовства, ни для путешествия — слишком уж красивые, для праздников пошитые. Я покачала головой.

— Хотя… вот у этой, если оторвать эту тесьму на рукавах, то вполне. Но жалко, — прицокнула я языком.

— Ну так оторви, чего жмешься? — просто откликнулась женщина и, не дожидаясь, пока я таки оторву, сама взялась за тесемку и рванула. Ткань легко разошлась. — А невестка себе еще сошьет, ей все равно больше нечем заниматься, на сносях она.

Я оторвала тесемку от второго рукава, поглядела на полученный результат и аккуратно сложила одежку. Потом спросила:

— А раз на сносях, куда поехала? Да и ваш муж говорил, что ваш сын сегодня в Зелен поедет.

— То-то и оно, что все они в город уехали. Муж и сын на ярмарку, а невестка рожать поехала. Сказала, что будет у тамошних повитух рожать, потому что наши — бестолковая деревенщина, во как, — неодобрительно сказала Прося. — Вот же ж молодежь избалованная пошла!..

— Это точно, — поддакнула я, чем заслужила смешок. Я уж и забыла, что она не знает, сколько мне лет. Да я наверняка старше ее матери, если считать по-эльфийски. А если по-человечески — я здесь самая младшая. Потом, вспомнив, что неплохо бы облагородить свой потрепанный облик, я спросила: — Можно помыться? А то совсем уже…

— Пойдем, поставлю тебе воду греться.

Вернувшись в нашу комнату и примерив обновку, пока никого нет, я осталась довольна: рубашка сидела хорошо, только в подоле была длинна, где-то до середины бедра, а рукава, которые должны быть три четверти, мне были почти до кистей. Какая высокая невестка у тетки!

Я села на кровать, раздумывая — поспать или не поспать? За окном закрутилась-завертелась метель, а это значит, что мы пока никуда не пойдем. Ребята резались в карты в столовой, я же, не захотев к ним присоединяться под предлогом неотложных дел (на самом деле, я просто не умела играть в карты), слиняла сюда, в комнату.

Я все же прилегла, но сон, как назло, тут же отступил. Я стала думать, что же мне сказать Кэсс, когда мы с ней встретимся на балу. Надо сказать что-то такое гордое, чтобы она сразу поняла, что у них не получилось меня запугать. Или что-то такое прочувственное, чтобы она устыдилась, что предала подругу? Нет, это по-детски, люди никогда не раскаиваются от такого. Да люди вообще редко раскаиваются.

За этими размышлениями я как-то незаметно заснула. Метель приятно убаюкивала, свирепствуя там, снаружи. Здесь же было тепло и уютно. Как дома, во дворце.

Я, заспанная и взъерошенная, зябко куталась в плащ, спасаясь от промозглого ветра. Мои спутники, бывшие более благоразумными, спать в середине дня не ложились, поэтому были как огурчики. Я же пребывала в состоянии легкого раздражения и недовольства жизнью в целом и моим маленьким мирком в частности.

Не повезло даже Марэлю, который меня разбудил и до сих пор расплачивался за этот опрометчивый поступок. Потому что всю вину за свою несостоявшуюся жизнь я свалила на него.

— Нет, ну зачем надо было переться куда-то в такую погоду? — в который раз вопросила я.

— Иначе мы не успеем подготовиться к балу, — в который же раз терпеливо пояснил наемник. — Хотя бы два дня в запасе у нас должно быть. К вечеру, если свезет, будем в Россыпях, а оттуда до города рукой подать. Переночуем там — и в Тэш'Ша.

Я, проворчав что-то нелицеприятное о вечно спешащих куда-то мужчинах, посильнее запахнулась в плащ, но помогло мало — ветер пробирал до костей, наплевав на одежду.