Чтение онлайн

На стороне Лауры была скорость и гибкость, увертливость. Сейчас она напоминает биоробота без чувств и эмоций, запрограммированного лишь на одно: наносить выверенные удары на поражение. Одного из этих ударов вингардцу пережить было не суждено.

На экране мелькали бои, одни пары сменялись другими. Вот только Лаура ни в один из них больше не попала. Куда она могла исчезнуть? От неизвестности на душе расползалась тревога, а от бессилия, от невозможности помочь моей жене – зарождалась злость. Я вглядывался сквозь прозрачные стенки лабиринта, пытаясь уловить изящную фигурку, но тщетно.

Но в один миг тревога вновь сменилась радостью. Экран, наконец, показал мне мою жену. Она добралась до платформы, являющейся сердцем лабиринта. И когда, подтянувшись, взобралась на нее, то голос ведущего, освещающего этот турнир, огласил это событие во всеуслышание:

– Непревзойденная Зурива Като, прошла лабиринт первой, взойдя на ринг битвы на победителя. Кто же окажется достойным соперником для нее?

Вот только радость как возникла, так тут же и померкла. С двух разных сторон к платформе уже подобрались Барас Кару и гуррин – два очень опасных противника. И какая бы боевая подготовка не была у моей девочки, но и удара от одного из них хватит, чтобы ее вывести из строя. Тревога стала непомерной ношей, когда стоишь запертым, и все на что способен, только молиться мирозданию, чтобы уберегло ее, ведь сам не можешь ничем помочь, ни уберечь самого дорого тебе человека. Я не готов, внезапно обретя свое счастье, вот так стремительно его потерять. Хотелось врезать кулаком по панели, выплескивая злость и бессилие, беспокойство вылезало наружу вместе с тревогой. Но я прекрасно понимаю, что мне нельзя проявлять такие эмоции: здесь и сейчас это воспринимается, как проявление слабости. А вокруг меня достаточно противников, которые время от времени кидают изучающие взгляды в мою сторону сквозь прозрачные стенки ячеек. Пусть изначально боятся меня. Правда все это мне вряд ли поможет, если Лаура не выживет в предстоящей схватке. Я отгонял эту мысль прочь: Лаура уже показала, на что способна. К тому же она выжила при прошлом турнире. И я со всем вниманием стал вглядываться в происходящее, отображенное на экране.

Барас Кару первым оказался у платформы, которая возвышалась ему по грудь. Задрав голову, он смотрел на мою жену с кривой ухмылочкой и выражением вселенского обладания. Я заметил, толику неприязни и гнева в ее глазах, прежде чем Лауре удалось взять под контроль эмоции.

– Вот и встретились, – его ухмылка растянулась шире, – Теперь ты от меня никуда не денешься. Сейчас, детка, я подомну тебя под себя. Лучше сразу проси пощады Като, и так и быть тебе даже понравится. Может быть, – его раскатистый смех разлетелся по арене, и было слышно, что есть на трибунах солидарные с таким желанием своего фаворита.

Вот только с противоположной стороны платформы ринга в этот миг уже взбирался гуррин. Вингардец изменился в лице и, с искаженной оскалом гримасой, уставился на нового противника.

– Зурива Като – моя добыча! – прорычал вингардец и стукнул себе в грудь кулаком.

Ему ничего не стоило подскочить и взобраться на платформу, устремляясь к новому противнику, и вмиг уворачиваясь от направленного в челюсть удара. Два серьезных бойца точно хищники начали драться меж собой, за обладание «добычей». От наносимых друг другу ударов, им удавалось удерживаться на ногах. Вот только «добыча» вовсе не собиралась являться таковой, и отсиживаться в сторонке, ожидая, когда кто-то из противников окажется поверженным. Выгадав момент, Лаура стремительным ударом скинула обоих с ринга. Покатившись по земле, гуррин оказался в худшем положении, чем не преминул воспользоваться вингардец. Он обрушился на противника с такой силой, что казалось, кости последнего захрустели. Несколько ударов в челюсть, и гуррину больше не судьба подняться на ноги. Вингардец встал и плюнул кровавой слюной на бездыханное тело противника. И в этот самый миг ему на плечи обрушивается всей своей мощью Лаура. Ему не удается удержать равновесие, ноги вингардца подкашиваются, и тот летит на свою же недавнюю жертву.

Вижу, как светлой лентой скользит в руках моей жены тонкий ремень. Так вот, что ей понадобилось забрать у того вингардца. Ее движения такие быстрые, что кожаная удавка, перекинутая через голову, вмиг стягивает шею, еще не успевшего подняться противника. Он схватился за нее руками, стремясь освободиться. Вот только Лаура сдавать свои позиции была не намерена. Привстав, вингардец попробовал скинуть ее со своей спины, но не вышло. Тогда он обрушился вместе с Лаурой о прозрачную стенку лабиринта, которая завибрировала от силы такого удара. Я видел, как сморщилась моя девочка, вот только не разжала своей смертельной хватки. Вингардец хрипел и, в отчаянной попытке освободиться, рухнул спиной наземь, придавливая своим тяжелым телом хрупкую девушку. Вот только и в этот раз Лаура не ослабила своего хвата. Он пытался достать ее, но кулаки не дотягивались, и сил оставалось все меньше, как и воздуха больше не поступало. Издав последние сиплые хрипы, вингардец затих, его тело больше не подавало признаков жизни. Несколько секунд полной тишины вокруг. И я тяжело выдыхаю, видя, как Лаура выбирается из-под обмякшего тяжелого тела.

Она с трудом, но забирается на платформу. Все такая же сосредоточенная она, поворачиваясь по кругу, обводит взглядом сидящих на трибунах зрителей. Вдруг тишина сменяется громким ликованием. Толпа приветствует своего нового фаворита. «Зурива Като» – разносится в пространстве арены лабиринта. А я со своей девочки перевожу взгляд на управляющего ареной. И успеваю заметить, как он отдает распоряжение по связи со своего коммуникатора. И в тот же миг створка панели открывает мне вход в лабиринт. Но порадоваться этому событию мне мешает движение, которое замечаю краем глаза. А повернувшись в сторону, осознаю, что створки открылись одновременно для всех бойцов турнира. На секунду замираю и срываюсь с места. Я должен успеть добраться до платформы до того, как вся эта масса отбросов окажется рядом с моей женой.

Стремительно пробираюсь сквозь проходы лабиринта, а в мыслях звучит: «только бы успеть». От чего на пересекающихся путях, при встрече с другими бойцами, я не церемонился. Где получалось вырубить противника с пары-тройки ударов, отправлял в бессознательное состояние и сразу спешил дальше. Но если противник был силен, то я не тратил время на поединок. Выбивая себе небольшую фору и, пока оппонент приходит в себя, мчался дальше.

Чем ближе маячила, сквозь прозрачные стенки, платформа, тем тревожнее мне становилось. Не я один оказался так близко к сердцу арены.

Приближаясь к намеченной цели, все чаще смотрел в ту сторону, где моя жена стояла в гордом одиночестве на возвышении – по центру платформы. Пару раз удалось встретиться с ней взглядом. Ее легкая улыбка, обращённая ко мне, мгновенно отзывалась радостью в душе. Ещё несколько поворотов и мы вновь будем вместе.

Но к выходу в центральную часть арены одновременно со мной прошли сразу трое противников и все вингардцы. Краем глаза заметил, что и Лаура приняла бой на платформе с двумя рослыми противниками. А совсем скоро их станет куда больше. Обнадеживало то, что не все сорвавшиеся в лабиринт бойцы доберутся до его центра. По пути многие уже успели отсеяться, сражаясь в поединках. Но вот те, кто достигнет платформы, будут явно сильными противниками, и это уже вовсе не радовало.

Не раздумывая, я принял бой. Теперь задачей стояло бить на поражение. И я бил. Но и противник мне достался сильным и выносливым. И все же удача была на моей стороне. Если каждый из тех, кто сражается на этой арене, в первую очередь видит своей целью прослыть победителем Ринжского лабиринта, то у меня цель иная. Я должен вытащить свою жену из этого пекла живой, и с наименьшими повреждениями.

Оставив продолжающую сражаться пару на входе, кинулся на помощь к Лауре. Вингардцы были нацелены вывести из строя илийку. И в тот момент, когда ей удалось обездвижить одного, уткнув носом в пол, я уже сам нанес ему тяжелый удар и бесчувственное тело столкнул с платформы. Развернувшись, направился к Лауре, сражающейся со вторым противником. И наглым образом встряв в этот поединок, высказал любимой:

– Отдохни, Синичка. Мой черед размять мышцы.

– Как скажешь, Рыжик, – в ее голосе звучала благодарность, я чувствовал, что уже порядком выдохлась моя девочка.

Вот только отдохнуть ей не пришлось: разобравшись со своим соперником, к центру просочился один из вингардцев, с которым я столкнулся у входа. И я заметил его довольный оскал, которым он окинул своего следующего противника – мою жену.

Мы с Лаурой дрались с бойцами этого ринга, прикрывая друг другу спины. Одни противники сменялись другими, а в центре лабиринта становилось все оживленнее. Но не все кидались в схватку с нами, да и места на платформе для всех бы не хватило, хотя взобраться на нее хотелось всем.

То, что сейчас происходило на арене, поединками уже никак не назовешь. Это уже была просто драка. Бойцы без разбора махали кулаками налево и направо. И контролировать ситуацию было довольно сложно: уворачиваясь от своего оппонента, можно было всерьез схлопотать от другого.

Не переставая надеяться, что мы выстоим в этом водовороте, все больше переживал за Лауру. Я сам неимоверно вымотался, а каково тогда сейчас ей? Чувствовалось, что она держится из последних сил и только на чистом упрямстве.