Чтение онлайн

Почему ступни, а потому, что голову выше я поднимать не решаюсь. По проблескивающим на груди каплям, итак понятно, что зрелище не для слабонервных девиц. Шмыгнув мимо, снимаю кроссовки, стремясь, ринуться к кухне. Почти голое совершенство, спиной блокирует, мешая продвинуться.

— Семен, иди в зал. Я плойку настроил, порубимся, пока Милана готовит — брат с ребяческим задором бросает кеды с ног и оставляет меня наедине, с все еще не одетым и теплым после душа террористом.

Смущаюсь при виде мужской почти наготы. Не девственница же, но мой сексуальный опыт, если рассматривать по шкале, на единичке от нуля. Секс с лучшим другом после выпускного и назвать так нельзя. Я в темноте кромешной разглядеть ничего не смогла. Воспоминания ограничиваются болью и дискомфортом. Обоим потом неудобно было, что даже общаться перестали, а как после такой неловкой возни, в глаза друг другу смотреть.

— Рад тебя видеть — склоняется ближе, прям таки напирая как таран, задавливая в стену — Хочешь посмотреть как?

Не-ет. Кричит внутренний голос. Совсем уже пробки повышибало от короны на голове. Давит наверно на мозг, в котором скорее всего одна извилина и та работает с перебоями.

— Очки дома забыла, боюсь, не рассмотрю.

— А ты на ощупь… М-м-м? Только нежно. Вверх, вниз. Легонько так, пальчиками, не как в прошлый раз — подхватываю полотенце, которое от движение начинает ползти по его бедрам, угрожая, показать всю радость воочию.

К такому слайду я точно не готова. На ощупь я уже определила, своим животом. И жаркой вибрацией, которая как пар, начинает оседать по коже, покрывая ее мурашками.

Под пальцами, которые касаются его влажного тела, течет ток, короткими замыканиями прорезая по каждому датчику в организме. Скачками, разгоняя сердечный разбег, с нуля до предела. Шумным глотком загоняю вязкую слюну поглубже и поднимаю глаза, по сантиметру, останавливаясь на родинке над губой.

— Семен!! — кричу громко, на ходу придумывая отмазку, но ничего подходящего в голову не лезет. Тяжелая рука продолжает удерживать, по горячим рывкам из его горла, которые ложатся мне на лоб, можно уяснить, какая злость заворачивается внутри.

— Я же пока по- хорошему себя веду. Могу и по- другому, так что кончай свои игры — выдергивает полотенце из рук и отходит, в момент, когда голова Семена выныривает с вопросом:

— Ми, чего орешь? Я только команду набрал.

— Ничего, Сем, иди… разобрались уже.

Это называется по- хорошему. Тогда я что-то не понимаю. И даже подумать страшно, как это будет по-плохому. От такой борзоты, меня резко выкидывает с легкой стирки в отжим, на тысячу оборотов. Это можно судить по тому, с каким треском хлопаются двери на шкафчиках.

Инспектирую холодильник. Объемно. Хватаю курицу и кидаю в микроволновку на разморозку.

— Тебя курица устроит, или есть определенность? — заглядываю в комнату и смотрю, как сидят в одинаковых позах, уперев локти в колени, настойчиво протыкивая пальцами кнопки и комментируя обстановку на экранном поле.

— Варгань и не переборщи со специями, ко мне друг зайдет на ужин, так что без сюрпризов — поворачивается к Семену — Ты как насчет мужской компании на вечер?

— Положительно! — кивает предатель, расхлябано разваливаясь на диване нового друга.

— А к лекции кто будет готовиться? — моему возмущению нет предела, от этого тандема, зарождающегося прямо на моих, раскрывающихся все шире, глазах.

— Да ладно, Ми, итак пашу постоянно. Могу же я позволить себе расслабиться — и тут, совсем обнаглев, добавляет — А может по пивку? Скрепим союз. Я быстренько сгоняю.

— Поддерживаю. Гонять не надо. Я Скаю маякну, он купит — откидывает голову на спинку — Ты еще здесь? По резвому на кухню, и хватит уши греть, займись своими обязанностями.

— Ну… Семен, ты у меня выхватишь дома — накидываю карательные меры, распоясавшемуся брату.

— А ты че, ее не воспитываешь? Мужик же, надо исправлять, сделает из тебя подкаблучника, потом всю жизнь пресмыкаться будешь — сволота неприкрыто подбивает на бунт, не спуская глаз с моего озверевшего лица.

Я пыхчу с полурыком, уже занося руки для удушения, пока козлина написывает в телефоне сообщение, как раздается звонок.

— Женщина открой дверь, пока мужчины заняты — барским жестом махает в мою сторону, даже не поворачиваясь.

— Твоя дверь, сам и открывай — бросаю и ухожу.

Ни в чем не повинная курица, с остервенением, летает по рабочей зоне. Потому что на ее месте я представляю Ромулика. Вот же аспид. Навертел колец, теперь и Семена подмял.

Слышу беседу в коридоре, что-то обсуждают, потом дверь снова хлопает и тишина. Уже хочу выглянуть, как в кухню заявляется источник вселенского зла, с очень недоброй улыбкой на губах и потирая руки.

— Где Семка? — задаю вопрос, продолжая, ножом разделывать тушку.

— Ликвидирован. Пошли со Скаем в пивнуху затариться.

— Не надо, на Семке отыгрываться из-за меня.

— Не все вокруг тебя вертится. Пацан отличный, сама им манипулируешь, я то по-дружески общаюсь. Слезь уже с него.

— Я на нем не сижу.

— Ну да, при мне только раз двадцать на горло давила. У него есть голова на плечах. Выдыхай… и-и — подходит сзади, хватаясь за попу и толкая вперед.

Поднимаю руку, сверкая лезвием перед его лицом. И безусловно, СОВСЕМ ничего не чувствую, когда проходится пальцем по моему голому плечу. Ничегошеньки. А нет, злость и желание вмазать ему, как боксер на ринге, а не девочка весом в пятьдесят два кило. Да, только это и чувствую, сжимая ноги крестом.

— Брейк. Я тебя со столешницей перепутал, ощущения те же — отходит — Может помочь, командуй, твоя стихия.

— Лук почисть — выбираю самое неприятное занятие, желая со всем удовольствием посмотреть, как у него из глаз польются слезы, жалко только не от сломанной мной переносицы.

Когда процесс налажен и измученная птичка ложится в духовку. Убираю последствия расправы и кидаю взгляд на таймер плиты.

— Что-то долго их нет.

— Катаются наверно на байке.

— Что-о?!! Просила же, не разрешать — и визг совсем не лаконично режет по слуху.

— Плохо просила. Постарайся лучше и мо-о-ожет быть послушаюсь — говорит с протяжкой, облизывая губы и осматривает меня сверху вниз — Хотя, нет, прикидываться песиком, чтоб обсосать твои косточки, точно не мое.

— Высокомерный урод, у тебя отлично выходит.

— А вот обзываться не хорошо. Где воспитание? Займусь я наверно тобой, пройдемся по этике с углублением — тоже мне, коуч — шантажист нарисовался.

Шлепком забрасываю мокрую тряпку в мойку, предварительно крутанув перед его мордой. Отшатывается, перехватывая руку и направляя бросок в цель.