Чтение онлайн

— Мирно с кем? — парировал Играс, остановившись. — С муравьями?

— Да, хотя бы! — девушка всплеснула руками. — Мы с тобой всегда учили детей, что любая жизнь имеет ценность. Даже жизнь муравья.

— Люди погибают крайне редко, — возразил Играс. — Обычно, маги успевают предвидеть нападение и выводят всех из деревни.

— Так, тем более! К чему весь этот цирк? — Анна чувствовала, что уже не может придумать доводы для этой дикости.

— Аня, — спокойно произнес Играс, взяв ее за руки. — Это ты устраиваешь цирк. Ты такая вся хорошая, а я — антигерой. Ты — за мир во всем мире, а я — агрессор. Это — вековые устои, так живет этот мир, ты ничего не изменишь.

Анна разочарованно покачала головой, легкий снежок падал на глаза, щеки, колол:

— Неужели от Игоря ничего не осталось в твоем черством сердце? Неужели ты все забыл?

Играс провел рукой по ее щеке:

— Нет, я не все забыл. Но я проснулся, и я не могу пренебрегать своими обязанностями, ответственностью перед семьей. Прости, если это делает тебе больно.

Он отпустил Анну:

— Я пойду. Если захочешь встретиться, позови. Или попроси Виктора, его я больше слышу.

Виктор наблюдал за всей этой сценой через грязное окно. И чувствовал, как теряет Анну. Даже драконом, Играс все еще имел над ней власть. Тур пододвинул ему кружку с пенным напитком.

— Глотни, друг. И не спеши с выводами.

Виктор перевел взгляд на летуна, потом на кружку.

— А что тут спешить? — тихо спросил он. — И так все ясно.

— Я бы не сказал, — летун пожал плечами.

Они молча наблюдали за тем, как Анна и Играс простились, и тот ушел. Деревенские шарахались от высокого статного мужчины в столь неподобающей для их глуши одежде.

Виктор послал брату мысленное сообщение: "Не уходи далеко, встретимся ночью". Вопрос с напавшим на Анну драконом так и не был решен.

Девушка вернулась за стол, но села рядом с Виктором. Она взяла одну из подаренных кружек и залпом осушила половину.

— Смотрю, разговор с драконом ничуть не охладил твой пыл? — усмехнулся Тур.

— Ничуть, — подтвердила Анна, медленно поставив кружку на стол.

Она посмотрела на Виктора: стоило ли озвучивать ему свои планы? Сейчас на нее смотрел не тот человек, кто обнимал ее предыдущей ночью, а холодный учитель, который вызывал ее на педсоветы. Ее передернуло от столь резкой перемены. Она перевела взгляд на Тура, ища объяснения, но тот ничего не сказал, а глаза словно говорили "Ты и сама все понимаешь".

"Понимаю" — ответила Анна. Встреча с Играсом разрушила те хрупкие отношение, которые начинали выстраиваться. Если бы сейчас она была одна, то точно бы взвыла! Что же она за неудачница такая?!

Анна взяла кружку:

— Поесть бы.

Тур свистнул хозяину таверны.

— Уважаемый, что у вас сегодня в меню?

Мужчина уже успел развести огонь в печи, в таверне пахло жареным мясом и дрожжевым хлебом. Вскоре хозяин принес несколько птиц с золотой корочкой, хлебный каравай и различные соления.

— У вас есть комнаты для ночлега? — спросил Виктор.

— Да, конечно! — ответил мужчина.

Оглядев компанию, он уточнил:

— Сколько?

— Три, — ответила Анна, отрывая крыло у птицы.

Это была ее любимая часть у курицы.

— Знаете, — начала она, когда мужчина ушел. — В детстве я прочитала сказку, там крестьянин делил гуся для боярской семьи. Дочерям он отдал крылья, так как они должны были вырасти и улететь из родительского дома в поисках собственного пути. С тех пор у куриц я больше всего люблю крылья, — она негромко рассмеялась. — Уж очень мне хотелось побыстрее улететь из родительского дома. И я улетела замуж. Кто же знал, что это только начало.

Тур рассмеялся в ответ, кивая на ее руки:

— Все еще предпочитаешь крылья?

Анна подняла глаза и заметила, как подрагивают его собственные крылья в такт смеху. От возникшей ассоциации она засмеялась громче.

Виктор пытался улыбаться, но выходило не очень. Когда начало смеркаться, он встал и попрощался:

— Пожалуй, я пойду спать. Увидимся утром.

Анну полоснула его холодность в голосе. Виктор подошел к хозяину, чтобы тот объяснил, куда идти.

Девушка откинулась на освободившееся место, прислонилась к окну и проводила Виктора тяжелым взглядом.

— И что ты в нем нашла? — разочарованно проговорил Тур, обновляя кружки себе и Анне.

Девушка не ответила, и он продолжил, попутно опуская кусок мяса под стол, где сонный Цезарь все еще пытался составлять им компанию:

— Он ооочень тяжелый. Замкнутый, медленный и, по-моему, в плане эмоций, туповатый.

Анна сверкнула на него глазами, летун всплеснул руками, задев крыльями кого-то позади.

— Извини! Я такой — говорю, что думаю.

— А ты пробовал этого не делать? — медленно проговорила Анна.

— А ты пробовала не пытаться всех переделывать? — язвительно парировал Тур.

Анна посмотрела в сторону лестницы, по которой поднялся Виктор.

— Я его не хочу переделывать, — грустно проговорила она.

Тур пододвинул к ней кружку:

— Выпей. Иначе тебя сейчас разорвет от эмоций.

Анна глотнула вина:

— Разве что убрать у него немного правильности…

— Тогда это уже будет не Виктор! — воскликнул Тур. — А — я…

Он улыбнулся.

— Согласись: смелый, красивый, сильный, умный! И, что самое главное, без принципов!

Летун снова развел руками.

Анна рассмеялась.

— По-моему, тебе уже хватит наливать.

Тур внезапно перегнулся через стол и взял ее руку в свои:

— Анночка, девочка моя милая, я тебе одно скажу: будь уверена в своей правоте. Только так ты сможешь перевернуть мир и обрести счастье. Если для счастья тебе нужно, чтобы драконы не сжигали деревни, добейся этого! Если для счастья тебе нужен этот мрачный тип, значит, завоюй его. Никто за тебя этого не сделает, только ты сама.

Он поцеловал ее руку и встал:

— А теперь пойдем спать! Я тебя провожу.

Анна послушно встала, ноги были ватными от усталости и стресса. Зато Тур был таким же, как утром. Он помог девушке дойти до комнаты и уложил ее на кровать, Цезарь улегся перед дверью. Затем летун открыл окно и выпорхнул в ночь.

Анна лежала и смотрела на дверь. Ей очень хотелось, чтобы она сейчас открылась, и вошел Виктор. Вот бы просто уснуть в его объятиях! Она смотрела… смотрела… и… уснула… Только после этого пес тоже позволил себе уснуть.