Чтение онлайн

Дале я настаивалъ на томъ, чтобы ни одинъ пойнтеръ не носилъ званія чампіона до тхъ поръ, пока онъ не выиграетъ чампіоната не только на выставк, но и въ пол. Чтобы указать, насколько неудовлетворителенъ теперешній порядокъ, приведу на выдержку примръ: въ Preston въ 1895 г. при записи 33 пойнтеровъ вовсе не полагалось чампіонатовъ; въ Edinburgh въ томъ же году при записи 29 собакъ былъ назначенъ къ выдач 1 призъ, а въ 1896 г. въ Darlington при 11 собакахъ было назначено къ розыгрышу 2 приза чампіоната.

Безъ сомннія, Кеннель-Клубъ гршилъ относительно пойнтеровъ скоре бездйствіемъ, чмъ заботливостью; a какъ бы для того, чтобы подчеркнуть свое презрніе къ полевой работ, онъ вовсе не упоминаетъ въ студъ-бук о полевомъ класс на выставкахъ. Весьма странно и то, что Клубъ, учрежденный въ интересахъ англійскихъ охотничьихъ собакъ, такъ быстро забылъ о нихъ и сталъ интересоваться иностранными породами, безполезными въ Англіи; впрочемъ, уже 300 лтъ тому назадъ д-ръ Кайюсъ сказалъ: «Мы, англичане, удивительно жадны до новинокъ и вещей, которыя рдки, своеобразны и трудно достаются».

Я не хочу утверждать, что Кеннель-Клубъ, какъ учрежденіе, устраивающее выставки, не принесъ пользы; онъ довольно хорошо управляетъ своимъ царствомъ, а веденіе имъ книгь съ записями собачьихъ именъ и родословныхъ безусловно полезно. Но главная его вина заключается въ томъ, что онъ вовсе не заботится о полевой собак и не оградилъ ее отъ вліянія моды.

Что касается другихъ обществъ, имющихъ отношеніе къ пойнтерамъ, то «Національное общество любителей поннтеровъ и сеттеровъ» (извстное подъ названіемъ Шревсбюрскаго общества), кажется, старшее изъ нихъ по устройству полевыхъ испытаній (съ 1866 г.).

Ho и оно при устройств своихъ испытаній не убереглось отъ многаго, имвшаго вредное вліяніе на породу.

Заслуга его состояла въ томъ, что оно не ставило на первое мсто выставочныхъ качествъ собакъ и выработало Spotting System (состязательную систему), нын повсюду принятую на испытаніяхъ другими обществами.

Пойнтеръ Клубъ устраивалъ испытанія только для пойнтеровъ; онъ устраивалъ ихъ ежегодно съ 1889 г. до 1895 г.; когда открылся Интернаціональный Клубъ подружейныхъ собакъ, Пойнтеръ-Клубъ не проявилъ достаточно самостоятельности, доказательствомъ чего служитъ то, что типичные признаки пойнтера онъ опредлялъ по Стонехенджу, опредленія котораго столь же шатки, какъ т, которыя исходили отъ Дельфійскаго оракула! У меня имется три изданія этой книги 1858, 1867 и 1882 гг., и во всхъ этихъ изданіяхъ описанія пойнтера различны, а рисунки сбиваютъ еще боле съ толку. Интернаціональный Клубъ любителей подружейныхъ собакъ, основанный въ 1895 г. на пепелищ Пойнтеръ-Клуба, выказалъ себя боле заботливымъ. Онъ издалъ очень хорошія правила полевыхъ испытаній, представляющія развитіе идеи Національнаго общества, ежегодно устраивалъ осеннія испытанія по граусамъ и съ самаго начала ввелъ состязаніе парами.

Вскор онъ перемнилъ свое названіе и сталъ именоваться Интернаціональномъ обществомъ любителей пойнтеровъ и сеттеровъ, а недавно соединился съ Обществомъ любителей спаніелей и ретриверовъ и составляетъ уже отдлъ интернаціональнаго союза любителей подружейныхъ собакъ. Союзъ устраиваетъ ежегодные обды, за которыми могутъ встрчаться вс любители собакъ, и учредилъ значокъ, какъ залогъ единства ихъ цлей, Все это прекрасно, но этого мало. Союзу не мшало бы устраивать ежегодно свои выставки подружейныхъ собакъ, онъ обязанъ завести студъ-букъ для полевыхъ побдителей и всхъ награжденныхъ собакъ, ему слдуетъ поддерживать полевыя испытанія въ другихъ мстностяхъ и слдить за тмъ, чтобы судьи и тамъ придерживались его прекрасныхъ принциповъ. Онъ долженъ так же завести въ различныхъ мстностяхъ производителей для общаго пользованія за умренную плату. Капитанъ Лэси еще въ 1840 г. указывалъ: «Главная причина постояннаго преобладанія некровныхъ собакъ и трудности добыть хорошихъ кровныхъ кроется въ отсутствіи обществъ, принципіально стремящихся къ усовершенствованію породы и натаски пойнтеровъ и сеттеровъ». (Лэси Modern Shooter, стр. 145).

Если союзъ создастъ такое положеніе вещей посл долгихъ лтъ, въ теченіе которыхъ выставки приносили одинъ только вредъ, а испытанія — сомнительную пользу, то заслуга его будетъ большая.

Въ поклонникахъ только выставочныхъ собакъ давно уже разочаровались, и настоящіе охотники всегда негодовали на ихъ вліяніе. Такіе поклонники доходятъ въ конц-концовъ до того, что не могутъ видть въ животномъ какого-либо существеннаго признака или красивой черты безъ того, чтобы не стремиться развить ихъ до ненормальности и въ ущербъ общей гармоніи.

Иногда они развивали въ собак и полезныя качества до такой степени, что они становились безполезными; бывали случаи, что они задавались цлью вкоренить своимъ жертвамъ чуждые пород признаки.

Подобные любители пойнтеровъ зародились съ первой же выставки; они расплодились, когда пойнтерамъ пришлось фигурировать и на выставкахъ и на состязаніяхъ, и дошли до апогея, когда люди, забывая о цли, для которой существуютъ подружейныя собаки, и, мечтая лишь о выставочныхъ наградахъ, разводили пойнтеровъ, сколь можно ближе походившихъ на фоксгаунда. Имъ помогали лица, которыя посл пріобртенія за большія деньги одной или двухъ собакъ являлись на выставки въ качеств судей подъ предлогомъ, что судья-новичокъ обыкновенно привлекаетъ большое количество экспонатовъ. Такія лица рдко смыслятъ въ собакахъ и не имютъ никакого понятія о гармоніи частей, которая обезпечиваетъ высокія качества рабочей собаки. Приступая къ судейскимъ обязанностямъ, такой господинъ чувствуетъ паническій страхъ передъ собственнымъ незнаніемъ и всегда руководствуется какою-нибудь одною чертой, наиболе рзко бросающеюся въ глаза.

Охотничья печать также не безвинна. Зачастую репортеры, не имющіе понятія объ основахъ охоты, описываютъ выставки подъ вліяніемъ тхъ любителей, которые всегда готовы воспвать модное увлеченіе. Но даже и такая никуда не годная критика блднетъ передъ дяніями анонимнаго лица, соединяющаго въ себ репортера, экспонента и судью, дятельность котораго, будь она даже чистою во всхъ отношеніяхъ, во всякомъ случа двусмысленна. Таковы пагубныя слдствія увлеченій на выставкахъ, и хотя казалось бы, что этотъ элементъ мене умстенъ на полевыхъ испытаніяхъ, однако, онъ даетъ себя знать и здсь.

Съ самаго начала испытанія пойнтеровъ и сеттеровъ были поставлены неправильно, неестественно. Собакамъ, чуждымъ другъ другу и управляемымъ различными лицами, приходилось работать вмст. Результатомъ этого было то, что дрессировщики стали стараться прежде всего и во что бы то ни стало добиться отъ собаки стойки, а правильный поискъ, секундированіе, подводъ къ дичи и стильность (красота) работы отошли на второй планъ.

Судьи дйствовали въ томъ же направленіи, такъ какъ это, несомннно, облегчало ихъ обязанности, и въ результат идеальный побдитель полевыхъ испытаній, благодаря подбору производителей и особой натаск, сталъ чмъ-то въ род машины, обладающей быстрымъ поискомъ и мертвой стойкой. Онъ бросался по прямой линіи противъ втра, показывая своимъ поклонникамъ такъ-называемую ими «способность найти дичь», т.-е. находя птицу, лежавшую на его дорог и оставляя безъ вниманія все остальное. Умніе найти птицу предпочиталось настоящему уму, и хотя заячью лапу браковали, но заячьи мозги цнили.

Такiя собаки, конечно, совершенно непригодны для охоты, въ чемъ я и убдился горькимъ опытомъ; и я полагаю, что непригодность для охоты дорогихъ полевыхъ побдителей побудила многихъ охотниковъ бросить срльбу изъ-подъ собаки и перейти къ охот облавами.

Тотъ фактъ, что собаки, негодныя для охоты, могутъ взять призъ на полевомъ испытаніи, доказываетъ, очевидно, негодность системы. Даже Стонехенджъ признавался, что на полевомъ испытаніи, длящемся всего нсколько минутъ, основывать свое ршеніе лишь на томъ, сколько разъ собака станетъ по птиц, значитъ, отдавать слишкомъ большое значеніе случаю (Dogs of the British Islands 1888 r., стр. 89).

Въ доказательство того, что это увлеченіе не прекратилось даже въ 1901 г., могу привести примръ: одному изъ сеттеровъ былъ присужденъ 1-й призъ, несмотря на то, что онъ ускакалъ такъ далеко, что скрылся изъ глазъ судьи и егеря.

Этотъ характеръ испытаній сдлался популярнымъ. Очень многіе отстаиваютъ ихъ именно потому, что въ нихъ большую роль играетъ счастье, они очень увлекательны и въ нихъ особенно замтна разница въ способ натаскивать и вести собаку. Наибольшее число столкновеній и недоразумній, случающихся на испытаніяхъ, выпадаетъ на долю этого способа. Парныя состязанія, гд собаки, принадлежащія одному владльцу, работаютъ вмст и ведутся однимъ лицомъ, появились позже. Для нихъ требуется та же подготовка, что и для охоты, но немногіе еще понимаютъ ихъ прелесть.