Чтение онлайн

Здесь, в самом низу, находилась подземная тюрьма Кела. Возможно, то, что она сравнила это место с адом, было не так уж далеко от истины.

Она просунула голову между прутьями решетки еще одной двери и заглянула внутрь, но ее голова загородила свет факела, и она не смогла ничего увидеть.

— Есть кто-нибудь? — негромко спросила она.

Плеск воды о стены был единственным звуком. Ее факел угрожающе затрещал, и она обнаружила, что поднесла его слишком близко к низкому каменному потолку. На камнях остались черные следы копоти. Она закусила губу, внезапно осознав, какая громада высится над ее головой и сколько лет этой башне из камня и раствора. Она повернулась, чтобы уйти.

Низкий, осторожный голос донесся из черноты, куда не доходил свет ее факела.

— Эй! — шепнул голос. — Кто здесь?

Рука ее мгновенно потянулась к мечу. Пусть ее колдовские силы каким-то образом пробудились, все же спокойнее, когда рука держит меч. Она безуспешно вглядывалась вперед, в мрачный туннель. Пригнувшись, двинулась вперед, стараясь не шлепать слишком громко. Как глупо, — сказала она себе. — Если это враг — ему не нужно будет прислушиваться к звукам, ведь он увидит факел. И все равно она продолжала шагать как можно тише.

— Вы здесь? — снова позвал голос. — Эй!

Стужа остановилась. В этом голосе была характерная особенность, которую она почти узнала. Ускорив шаг, она прошла мимо третьей двери и четвертой, у каждой задерживалась, всматриваясь внутрь. За ними никого не было.

— Где вы? — окликнула она. Эхо отозвалось в сыром подземелье, и она подождала, когда все стихнет. — Вы узник?

Лишь камни вернули ей этот возглас.

— Идите сюда, — несколько погодя отозвался голос. — Я в последней камере. Кто вы?

Она не отвечала. Как она могла признаться, что тот, кто держал его в плену, — ее сын? Она поспешила вперед, нашла последнюю дверь и прижалась лицом к решетке. Вдруг оттуда высунулось лицо, и их носы стукнулись. От неожиданности она отпрянула назад.

Узник отшатнулся от света, затем снова повернулся и, щурясь, посмотрел сквозь решетку. Раздался негромкий радостный возглас.

— Боги Роларофа, женщина, я думал, что ты погибла!

Ее челюсть отпала, затем быстро захлопнулась. Этот грязный, заросший щетиной человек с растрепанными волосами и залитыми кровью глазами был почти неузнаваем.

— Терлик!

— Я не узнал твоего голоса из-за проклятого эха, — выдавил он сквозь стиснутые зубы. — Вытащи меня отсюда.

Из стены торчали колышки, но кольца с ключами не было видно. Ну и ладно.

— Просто толкни дверь, — велела она ему.

— Она заперта, будь она проклята! Найди ключ. Он должен быть где-то здесь.

Она ухватилась за один из прутьев решетки, высвободив лишь малую часть той странной песни в своей душе.

— Она не заперта. Видишь? — Потянула, и дверь распахнулась. — Давай выходи.

Он уставился на нее в полной растерянности, которая быстро превратилась в испуг.

— Как ты это сделала?

Она покусывала кончик пальца.

— Боюсь, ты скоро узнаешь. — Она сменила тему. — Ты ужасно выглядишь. Что ты здесь делаешь?

Его одежда была испачкана, и от него несло застарелой тюремной грязью. Но он все равно притянул ее к себе и обнял, прижимаясь головой к ее затылку. Она чувствовала, как ему плохо. Ей хотелось утешить его, рассеять страх. Но вместо этого она вся напряглась от его прикосновения.

Он, казалось, ничего не заметил.

— Я думал, ты погибла, — повторил он. — Я видел, как ты упала. Думаю, сразу после этого я получил удар мечом плашмя по голове. Очнулся я в грязи как раз в ту минуту, когда твой сын со своими наемниками уже покидал место сражения.

— Кел захватил тебя в плен?

— Там был сущий ад. Мне удалось поймать лошадь без всадника, и я на ней бросился в погоню. — Он скромно опустил голову. — У меня была мысль отомстить за тебя, но он, наверное, заметил меня. Двое его людей засели в высокой траве и накинулись, когда я поравнялся с ними. Они притащили меня сюда, и с тех пор я никого не видел. — Он утер рот грязным рукавом. — Они ни еды, ни воды не прислали.

Голос его осип и дребезжал. Вот почему она не узнала его, когда он позвал.

— Я понемногу пил воду, что стекала по стенам, просто чтоб смочить губы. Правда, она имела вкус извести и тины. Я боялся много глотать. Не знаю даже, зачем им понадобилось тащить меня сюда, когда проще было бы сразу убить.

Она высвободилась из его объятий.

— Тогда давай достанем тебе еды и будем убираться отсюда. Здесь, в башне, полно продовольствия, и все ушли.

— Я так рад, что ты жива, — сказал он, снова пытаясь обнять ее.

Она остановила его, положив руку ему на грудь.

— Я тоже рада, что ты жив, — искренне призналась она. — Но нам надо спешить. Я кое-что знаю о планах Кела. Однако мне необходимо разведать все. — Она нахмурилась, но затем одна мысль пришла ей в голову. — В самом деле, мне нужно вернуться наверх. Я видела карту в комнатах Кела. Она может нам пригодиться.

Она поднималась по лестнице, Терлик — за ней.

— Что это с ним? — спросил Терлик, переступая через лежавшего без сознания стражника, который испытал на себе ее магические силы.

— Ему не повезло, — коротко бросила она. Когда они добрались до этажа, где находилась кухня, она махнула рукой: — Найди что-нибудь для нас обоих. Я пошла еще выше.

Она оставила его и прошла прямо в покои своего сына. Карта была именно там, где она запомнила, — в маленьком боковом выдвижном ящике одного из сундуков. Она была нарисована на свернутом квадратном куске темной кожи. Карта оказалась на удивление полной и точной, и Стужа на мгновение задумалась, чья рука могла выполнить ее. Она засунула ее себе под тунику и вышла из комнаты.

Этажом ниже она задержалась и посмотрела через весь коридор в сторону комнаты, где ее держали взаперти. Сама не зная зачем, она вернулась туда. У окна, в том месте, куда лил дождь, образовалась лужа, но гроза уже успокоилась. Она подошла к окну и выглянула.

Болезненно-блеклая, серовато-зеленая дымка повисла над миром. Ветер стих. Воцарилась необычная тишина. Да нет же, — напомнила она себе. — Это обычная тишина, совершенно обыкновенная. Песня в ее душе замолчала.