Чтение онлайн

Как только я выкинул Милли из головы, она (голова) начала работать как новенькая. Я забыл о лисьем хвосте! Так бы и не взял ярлык Будугава в рейд, со всеми этими матримониями. А этот ярлык, пока весть о смерти Будугава еще не распространилась, может открывать мне ворота замков.

А еще сразу ли узнают о смерти своего лорда его герои? Если сразу, то как себя поведут четыре оставшихся сиротами наместника? Останутся? Разбегутся? Уйдут к другим лордам? К далёким неизвестным или к ордынцам, которых уже изучили?

Я представил как маг двадцатого уровня сжигает рубаку десятого прямо в присутствии его лорда и предлагает призвать себя вместо сгоревшего. Нет. Никакой выгоды в росте — раз. И никакой выгоды в славе при лорде даннике — два. Да и небезопасно служить слабому лорду — три.

Очень плохо, что не изучил героев Будугава, когда шлялся по его замку. Хотя наместников там как раз и не было. Ладно, я обдумал всё, что мог, исходя из того, что знаю. А что будет — это как Господь благословит.

Осталось пожевать на дорожку и взять у эльфа урок управления светлячками. И да, у Лютика остался мой пояс с мечами.

Ксю почувствовала мою любовь к горячим бульонам с выпечкой. Только в этот раз в пиале плавали какие-то хитрые мясные шарики, а булочки были с острой, пахучей, прозрачной подливкой на румяных спинках. И я немножко переел.

— Ксюнчик, собери мне торбу на три дня. Только воду не забудь.

— Сейчас, мой лорд.

— Корми совет героев хорошо. Будут буянить — бей их веником без стеснения. Аппарель тебе поможет, если что.

— Надеюсь до этого не дойдёт, мой лорд. Но «если что», я сошлюсь на ваше распоряжение.

И Ксю поплыла собирать мне тормозок. Герцогиня. И никакой «мордочки» при этом не делает. Нет нужды. Отставить шевеления. Любая дева у сердца — смерть трезвости лорда. А нетрезвый лорд — это смерть замка и всех его дев. Такие еноты.

Бонивур помог надеть кольчугу и потащил торбу собранную Ксюнчиком за мной в кузницу. Лютик отдал пояс с ножнами, и я туго затянул его поверх кольчуги. Ножны были другие. Наточенные мечи в них располагались так же, как и в моей самоделке. А это главное.

Кузнец восстановил маленькие ножны для кинжала с противоположной стороны пояса. Из них торчала красивая рукоять с камнем. Я ухватился за неё и извлёк кинжал. Он был узкий, на кончике как шило и заточка шла не так, как у кинжалов наёмников, а до самой гарды.

— В любую щель войдет. Пусть будет на всякий случай.

Сообщил Лютик. Ну да. Пусть будет. Мне бы еще третью руку под него. Тут же стояла дожидаясь Виса колесница с уже восстановленными оглоблями. Зайти к нему в лазарет? Некогда. Его научная разработка пока себя не окупила. Но это не значит, что опыт был бесполезен.

Я принайтовил торбу к попоне Будугава с противоположной стороны от засоленной головы лорда великой орды. И отправился к эльфу. К моему стыду, я еще ни разу не посетил алхимическую лабораторию.

Это строение выделялось из прочих бродячими светляками всевозможных расцветок, что барражировали вокруг него без системы. Насколько я знаю, алхимия — это создание жидкостей и порошков. Однако у нас сегодня немного другие потребности.

Из-за угла на меня выскочила молодуха. Ударилась в мою кольчугу, взвизгнула нечто вроде: «ститеорд» и убежала в сторону казачьих домиков. Это еще что? Пум обнаружился внутри строения.

— Это еще что?

Грозно вопросил я.

— Подработка, мой лорд. Девушки мне мясо и сыр таскают, а я им на привлекательность и силу слова эликсиры варю. Первого уровня. Много времени не занимает.

— Ты тут местная ведьма, значит.

— Ну что вы, ведьма это по настоящему страшно…

— Где мой горшок?

— Вот он, мой лорд. Вы знаете, что светляки прогрессируют, если их мечами не рубить?

— Во что?

— Это пока самая интересная загадка. Она не алхимическая и даже не магическая. Но я заметил тенденцию. Чем дольше служит светляк, тем он своенравнее. Таким образом «наши» светляки, это светляки возрастом от трёх до десяти дней. Уже не примитивные, но еще не дерзкие.

— Это интересно. Как мне этими, из кувшина, управлять?

— Очень просто. Они должны вас полюбить.

Шутник.

— Я не шучу. Меня они любят, как своего создателя, как мамочку. И потому слушаются. Для начала просто познакомьтесь с ними, мой лорд.

Эльф снял круглую крышку. В горшке сияло светло-салатовым. Никаких отдельных шариков там не было, просто плотный сплошной свет. Я опустил в это сияние правую руку. Ну, мне захотелось это сделать, и я это сделал. Эльф обрадовался.

— Интересный способ. Только не повредите там никого, пожалуйста. В этом горшке три сотни светляков. И они очень молодые еще.

Никаких ощущений в руке. Разве что чуть тепла. Ладно. Не знаю, как вам меня полюбить, а я вас уже люблю, крохотки. Я вытащил руку из горшка. Лучше бы я этого не делал. Все три сотни новорожденных светляков вышли из горшка вслед за моей рукой.

Горшок стал пуст и мрачен, а моя правая рука сияла ярко-салатовым светом. И стала значительно легче. Они её на весу держали!

— Они ко мне прилипли? И почему они так мало места занимают?

— Не опасайтесь, мой лорд, это не пчёлы. Они совершенно безобидны. А места им много не надо. Свет от светляка шариком, но сам он — пылинка. Прикажите им вернуться в горшок. Мысленно.

Как же я мечами пылинки рубил? Светляков мгновенно сдуло с моей руки в горшок. Испугались? Офонареть.

— Похоже вы их испугали. Что вы подумали! От страха они даже погаснуть могут.

Понятно. Виноват, простите. Я снова опустил руку в горшок. Не надо бояться. Давайте лорду присягайте. Кормить буду хорошо, сказки рассказывать. Мир посмотрите, свету послужите. Точнее светом.

— Что они едят?

— Ничего они не едят. Не растут. Только со временем из под контроля выходят и улетают.

— А если я им имена дам?

Алхимик замер. Затем отмер и осторожно спросил:

— Каждому?

— Почему нет? Как они воду переносят?

— Плохо. Стараются избегать.

— Тогда, наверное, не выйдет.

Чего я маюсь как нежная дурочка? Чтобы вы делали то, что мне нужно. Горшок мигнул ярко голубым по контуру. Давайте хоровод вокруг лаборатории. У меня в голове загудело. Или показалось? Светляки длинной лентой вылетали из горшка в открытые двери.