Чтение онлайн

Я принадлежу к одному из кланов Духа - клану феальдинов. У нас довольно много общего с другими подручными смерти - ассассинами. Правда, убиваем мы в основном прикосновением мысли или просто взглядом, поэтому и зовёмся Феа-эль-Дин"н - Безмолвный Дух. Когда-то такие, как я, исполняли приговоры Светлого Совета во Внутренней Вселенной и зачищали Внешние миры. Тогда феальдины внушали страх, но были символами неотвратимости правосудия. Теперь же остался только страх. Отцу пришлось потратить немало времени и сил, чтобы убедить меня вернуться к занятиям в Академии. Убедить не убедил, но подчиниться заставил, и, как ни странно, теперь я испытывал к нему что-то вроде благодарности.

Завершив обучение, феальдин должен был создать для себя оружие, и лежащий передо мной меч только выглядел как традиционный двуручник. Это был сир"рис, "текучий клинок", боевой трансформ, способный менять облик по приказу хозяина, и мне только что удалось наделить его Свободной Волей. Я почувствовал осторожный интерес отца и усмехнулся. Ещё немного, и я заставлю его покинуть свой уютный кабинет. Прости, Атар, но сначала мне нужно поговорить с мечом. Я провёл ладонью по чёрной резной рукояти и не поверил глазам: передо мной возник знакомый до малейшей детали родительский меч! Неужели я наградил сир"рис ещё и чувством юмора? Какая неприятность для отца!

Ему всё-таки пришлось подняться ко мне в Оружейную башню. Разумеется, не пешком: это было бы слишком. Просто перед дверью вдруг засветился овал портала, и Верховный маг шагнул на каменные плиты. Эффектные появления всегда были его слабостью: пронзительный взгляд, развевающиеся одежды и водопад белоснежных волос! Не хватало только клубов дыма и языков пламени. Помню, в детстве очень впечатляло. Взгляд невольно остановился на раэнтаре - амулете Перемещения на груди отца. Красноватый цвет камня говорил о том, что артефакт почти на пределе.

– Да-да, - ответил он на мои мысли, - пришлось потрудиться. Церемония, знаешь ли. Ты ведь не будешь этим заниматься?

Ну конечно: Церемония Посвящения! Ритуальные поединки, магические дуэли и прочие развлечения для избранной публики. Однако Верховный прав: этим заниматься я не буду.

– Не забудь поставить амулет на подзарядку, - напомнил я.

Препирания со мной отец считал пустой тратой времени, поэтому на замечание не ответил, а сразу перешёл к делу:

– Ты закончил?

Я молча кивнул.

– Хвала Элутару! Позволишь взглянуть?

Я слегка поклонился и сделал приглашающий жест рукой. Увидев точную копию своего сир"риса, отец некоторое время молча разглядывал его, затем заложил руки за спину и повернулся ко мне.

– Я всё же надеялся, что у тебя не такое извращённое чувство юмора.

Я пожал плечами:

– Это не я.

– А кто?

Я с трудом удержался от ответа в рифму - просто подошёл и положил ладонь на рукоять. Меч с готовностью отозвался, приняв свой истинный облик. Отец не стал скрывать разочарования при виде элегантного оружия, лишённого украшений и традиционных магических символов.

– Ну что ж, я ожидал увидеть нечто в этом роде. По крайней мере ты всё ещё предсказуем. Однако это твой сир"рис и твой выбор, и скоро мы увидим, насколько он оправдан.

Я онемел. Неужели отец не понял, что это за оружие? Или меч ему не открылся? Ему - Верховному магу клана Феа-эль-Дин"н?! Если так, то я просто обязан предупредить.

– Атар, нужно отменить моё участие в Церемонии. Хотя бы в испытании Меча.

– Прекрати, Фидо, это мы уже обсуждали, - отмахнулся он.

– Тогда отправь меня куда-нибудь с секретной миссией, как эйен назад.

– Послушай, эта тема доставляет тебе особое удовольствие или ты решил достать меня напоследок?

Верховный маг стоял передо мной, сложив на груди руки, медленно переступая с пяток на носки, что говорило о крайней степени раздражения.

– Нет, просто я пытаюсь сказать, что этот меч не даст участникам испытаний ни одного шанса. Понимаешь, ни единого! Как ректор Академии ты должен гарантировать всем равные условия.

Отец приподнял левую бровь:

– Даже если и так, что с того? Как ректор Академии я всё равно не могу отменить Церемонию. А твой отказ от участия в испытаниях испортит репутацию рода Л"лиоренталь и ослабит моё влияние в Совете. Ты этого хочешь?

– Я просто пытаюсь быть честным. А кстати, насколько усилится твоё влияние в Совете в случае моей победы?

– Как грубо, - поморщился отец.

– Зато откровенно. Так насколько?

– Ну скажем, прилично. Хочешь поторговаться?

Я пожал плечами:

– Зачем? Сегодня меня всё устраивает. А после испытаний посмотрим.

– Хорошо, тогда обсудим это после твоей победы.

В замке у меня был свой кабинет - напротив отцовского, но я предпочитал работать в Библиотеке. Как-то, разбирая сложенные в углу старые книги, я откопал под ними невиданных размеров стол. Там же возле окна нашлось и просторное рабочее кресло. Главное, что в нём можно было сидеть, подложив под себя ногу: детская привычка, от которой я до сих пор не избавился. Я поднял голову и прислушался. Так и есть! Интересно, из-за чего на этот раз? Лорди совсем потеряла контакт с мальчишками: ведёт себя так, будто они ей чужие. Как можно не слышать собственных детей? Впрочем, мой отец не слышит меня до сих пор. Я с сожалением оторвался от лежащих на столе бумаг: всё-таки придётся вмешаться. Это лучше, чем потом восстанавливать замок.

Библиотека, рабочий кабинет и лаборатории отца занимали всё западное крыло нашего родового гнезда, жилые же помещения находились совсем в другой его части. За тысячелетия замок Семи Башен разросся так, что путешествие по нему стало чистым наказанием. Не будь в нём внутренней сети порталов, нормальное общение с членами семьи и родичами стало бы затруднительным. Я миновал анфиладу залов Библиотеки и вошел в длинную галерею с высокими стрельчатыми окнами. Машинально отсчитав шесть, шагнул в седьмое и вышел уже в Каминном зале. Теперь знакомый с детства маршрут: в конец коридора, отделяющего мои комнаты от покоев жены, вверх по винтовой лестнице мимо классов - и передо мной дверь на Детскую половину. Из-за двери доносились голоса.

– Почему мы не можем присутствовать на Церемонии?
– голос старшего из близнецов, Элизарта, звенел от негодования.

– Я же сказала: это не обсуждается, - судя по интонации, его мать была не в настроении.

Какие уж тут обсуждения! Впрочем, "не обсуждается" или "я так решил" мне самому не раз приходилось слышать в детстве. Послышался грохот падающей мебели. Есть! Это младший, Элисейн. Парень много не говорит, зато всегда подкрепляет слово делом. Я вздохнул и толкнул дверь. Подготовка к Церемонии Посвящения отнимала всё моё время, поэтому я редко заглядывал на Детскую половину. Радость на лицах мальчишек меня не удивила, а вот реакция жены.... Неужели она думала, что я хоть на миг ослаблю над ними контроль?