Чтение онлайн

История, рассказанная Светозарным, действительно выглядела невероятной: атани попала в Око Света через Окно в Белом городе! Случайность? Однако отец ни словом не упомянул о магическом поединке, который не смог выиграть. Он, Светозарный, Верховный маг Света! Правитель заявил, что атани владеет Силой неизвестной природы, которая помогла ей проникнуть в Лесную страну, и потребовал для неё Суда Посвящённых. Когда он закончил, раздался голос Светлого Ниэтара:

– Всё это интересно, Светозарный, но Страж мира спокоен, и я не вижу опасности для Ока Света. Ты вполне можешь положиться на Совет клана и Древнее Уложение.

Светлый Ниэтар, сложив полномочия Хранителя Света, собирался удалиться от жизни для созерцания мира: рано или поздно такое решение примет каждый из нас. Но его слово всё ещё имело вес в Совете, и когда Элиарн возразил, мнения Посвящённых разделились. Я не вмешивалась в обсуждение: что-то подсказывало мне, что наши испытания не представляют трудности для атани, и когда Посвящённые согласились на Суд, я не возражала. Светозарный, добившись нужного решения, покинул Тол-Силимар, а Говорящие-с-миром ещё долго не могли выбрать подходящую Церемонию. Когда же Совет наконец завершился, Силли и Тари успели обойти чуть ли не половину замка.

Оставив дочь с гостьей, я была спокойна: в этой хрупкой девушке не было никакой угрозы. И только заглянув в её глубокие синие глаза, я поняла, что так беспокоило Светозарного. Сила текла через неё подобно реке, но не имела ни истока, ни устья. Если бы Тари не была атани, я бы решила, что она тоже Посвящённая. Мы проговорили почти до рассвета. Силли так и заснула, положив голову ей на колени и крепко ухватив за руку: через Тари она чувствовала Связь с отцом. Слушая, через что пришлось пройти любимому, я боялась потерять над собой контроль. Из-за Сильвен я не могла покинуть Око Света, и Гил почти утратил надежду. "Прекратить агонию в любой момент"! Это означало только одно: он был готов выйти под стрелы Таргелона. Элутар, если бы не Тари! Тёплая удобная рукоятка к"риса сама легла в ладонь. Нож равнодушно молчал: созданный для меня Огненным Мастером, теперь он существовал для другой. Нет, эльфийский клинок принадлежал Тари по праву. Если бы не она.... Не думала, что между Перворождённым и атани возможна Квени Мел'льта, и всё же их связывало что-то ещё. Я с трудом уговорила девушку поспать хотя бы немного: в отличие от Перворождённых атаны нуждались в отдыхе. К сожалению, визит к отцу Гиллэстеля придётся отложить, а вот Светозарного навестить стоит: до рассвета ещё есть время. Оренмар Нимэлин позаботится о девочках в моё отсутствие, а в случае чего просто закроет доступ в эту часть замка.

Провесить портал в наш ореност - всё равно что предупредить отца о визите. Это в мои планы не входило, поэтому я обратилась к Воде. На тёмной глади озера засеребрилась дорожка. Я осторожно ступила на упругую, чуть пружинящую поверхность, и она, словно ручеёк, потекла к Гавани Ар-Маэгрил. Там Воздух поднял меня на один из балконов ореноста. По замку пробежала волна радостного узнавания: последние лэды я редко бывала дома. Я прошла мимо дозорных лёгким ветерком, неясной тенью в личные покои Светозарного. С тех пор как я покинула Лесную страну ради Гила, здесь почти ничего не изменилось. Отец, так и не простив "предательства", закрыл мне доступ в эту часть замка. Жест красивый, но бесполезный: оренмары Ока Света не умели отказывать Говорящим. Чуть помедлив на пороге, я сбросила "покров невидимости" и вошла в спальню.

Полумрак, шелковистый ковёр под ногами, нежное пение струй в фонтанах. Высокий потолок усеян светлячками-светильниками, словно ночное небо звёздами. На небольшом возвышении - утопающее в цветах ложе с откинутым пологом. В детстве оно казалось мне огромным: чтобы плюхнуться в подушки между мамой и отцом, приходилось ползком пробираться от изножия к изголовью. Элутар, кажется, я не вовремя! Судя по звукам, доносившимся с кровати, Светозарный был занят. Я отвернулась: в конце концов это его личное дело. Когда-нибудь он или заметит, или закончит. Отец заметил. Он перекатился на спину и набросил на девушку покрывало.

– Аэрнэ?
– голос Светозарного звучал более чем удивлённо.

Не мудрено: мать давно не навещала его покои.

– А что, у Амари проснулся к этому интерес?

Под покрывалом сдавленно фыркнули. Рука, потянувшаяся за шёлковым алетом, замерла в воздухе.

– Флорелин?!

Я не ответила, наблюдая, как отец тщетно пытается задёрнуть полог.

– Что ты.... Как...

– Оставь, Атар, я уже взрослая девочка. Поговорим в кабинете.

Лившийся в окно осенний воздух был холодным и пряным. В Оке Света не бывает зимы, но мы так и не избавились от её предчувствия. Я зябко передёрнула плечами и обернулась на звук шагов. В кабинете горел только один светильник - на рабочем столе. Вполне достаточно, чтобы убедиться: Светозарный как всегда великолепен! Алый шёлковый алет, распахнутый на груди и небрежно прихваченный поясом, не скрывал совершенных пропорций тела. Золотое шитьё повторяло золото волос, а в глазах, уже схваченных серебряным льдом, всё ещё оставалось немного синевы. Даже не будь он Правителем, девчонки всё равно падали бы к нему в руки, как спелые яблочки! Я представила чёрную гриву, бархатные зелёные глаза, волшебную грацию движений и улыбнулась своим мыслям. Сам того не желая, Гил составил серьёзную конкуренцию нашим златовласым сердцеедам, вызвав у них ревность и глухую неприязнь.

– Что, не могла постучать хотя бы ради приличия?
– усмехнулся отец.

– Прости, Атар, но у меня мало времени.

– Послушай, Флора, я мог быть излишне суров, даже несправедлив, но твоего презрения не заслужил.

– Я же сказала: прости!

– Чего ты хочешь?

– Хочу знать, что произошло с Гиллэстелем.

Последний эльм мы мало говорили с отцом, а эту тему вообще обходили стороной, но Светозарный ответил так, будто продолжал прерванный разговор:

– Откуда мне знать? Он исчез из Андареля ещё до моего визита к Правителю ГаэрЛин'ну.

– Хочешь сказать, до твоего второго визита? Но ведь был ещё и первый. С кем ты тогда встречался в Фалас'Силле, Атар?

Светозарный сложил руки на груди. Его глаза начали светиться.

– Элутар, так я и знал: не стоило оставлять её на острове!

Ну нет, такие догадки нам пока ни к чему.

– Причём здесь атани? Разве не эту встречу вы обсуждали с Наставником перед Советом?

На самом деле я не слышала их разговора, но после того, что узнала от Тари, угадать было нетрудно. Правитель гневно сверкнул глазами:

– Ты что, слушала нас?

– Нет, но общий смысл уловила - по ментальному эху.

Глаза Светозарного светились всё ярче, по кабинету уже гулял ветерок.

– Даже если и так, почему ты решила, что можешь задавать мне вопросы? Забыла, с кем говоришь?

Я спокойно, даже слегка отстранённо смотрела на отца. Может, спросить его о том же? Он действительно не понимает, с кем говорит, или просто пытается выиграть время? Как всё, оказывается, просто: ещё вчера я не повысила бы голоса, а сегодня не задумываясь применю Силу. А он? Свет из глаз отца выплеснулся наружу: Светозарный сделал свой выбор. Ну что ж.... Я протянула руки навстречу Свету. Сияние окутало мои пальцы и мгновенно охватило тело, превратив его в ослепительный силуэт. Если сильнейший маг Амандора использовал Стихию, то Говорящие-с-миром были её частью.

– Не трать Силу, Атар: я не собираюсь воевать с тобой.

Сияние медленно погасло. Отец тяжело опустился в кресло и прикрыл глаза.

– Мне нечего тебе сказать, Флорелин.

– Я так не думаю, Светозарный. Не вынуждай меня прибегать к Праву истины.

Даже в полутьме было заметно, как побледнело его лицо. От Обретения мира посвящённые хранят Равновесие, поддерживая Связь с Амандором. Ради безопасности Живого мира ими был создан особый ритуал - Право истины. Подвергнутый ритуалу Перворождённый на время лишался воли и не мог солгать или уклониться от ответа. Требовать Права истины - Древняя привилегия Посвящённых. Во взгляде отца читалась бесконечная усталость, даже обречённость. Я никогда не видела его таким. Ни один эльф в здравом уме не выберет ритуал, если только он не.... Элутар, как же я сразу не поняла!