Поздний экспресс
Шрифт:
– Будем!
– Тогда поехали!
_____________________
От самовлюбленного красавчика пришлось отделывать едва ли не грубо. В конце концов, просто встала и пошла прочь, к столу, где гуляли Вик и его группа. Но Витьки там не было. Как и коровы. И это сразу показалось ужасно подозрительным.
– Андрюша, - цепко перехватила проходившего мимо друга Вика. Тот замер, как загипнотизированный.
– А где Вик?
– У... уехал...
– Как уехал?! Куда?!
– Я не знаю! Собрался и ушел, - Андрей поколебался и добавил: - С Кристиной. Ой!
Надя не сразу поняла, что от ярости у нее сжались пальцы, и она впилась ногтями в локоть ни в чем неповинного Андрея.
Подаренный ею букет так и стоит на столе. Как и бутылка "Бушмилс". А этот... этот... снова удрал! Да еще и с этой дрянью! Она выдыхает с шумом, разжимает пальцы, Андрей натурально шарахается от нее.
Кто-то выпрашивал... выпрашивал... и допросился! Редко кому удавалось доводить ее до такого состояния кристально чистого бешенства. Баженову это удалось. Ох, что она с ним сделает, когда доберется!
Глава 10
Быть обвиненным в чем-то
Быть обвиненным в чем-то - это одно, а быть виновным - это совершенно другое.
(с) из к/ф "Опасные пассажиры поезда 123"
Как же противно! Он немного остыл и уже не один раз пожалел, что притащил Звонареву к себе. И сейчас оказался в дурацкой ситуации - изнывающая от страсти пьяная девица и он сам, которому все оказалась вдруг резко до фонаря. Хочется остаться одному, не видеть никого, впасть в спячку на две недели, которые ему остались тут. А вместо этого приходится ломать голову над тем, как бы выкрутиться из того нелепого положения, в которое он сам себя загнал.
– Вииииитяяяяя...
– от нее несет спиртным и какими-то резкими духами, целовать не хочется, вот совершенно. Ее пальцы ложатся на замок его ширинки, он мученически выдыхает. Он не хочет, неужели Кристине не очевидно? Вот даже такне очевидно?
– Витенька, у меня есть для тебя сюрпризииик...
Вот чего ему не хватает для полного счастья - сюрприза! Кристина берет его руку, кладет себе на грудь.
– Тебе нравится?
– тоном этакой искусительницы, который ей совсем не подходит. И - нет, ему не нравится. Надо это прекращать. Убирает руку.
– Послушай, Кристя... Не надо. Ты выпила и...
– Ты не пожалеешь, - Кристина снова пытается его поцеловать, он отворачивается и получается влажно в шею. А его передергивает от отвращения.
– Ты будешь у меня первым...
– ЧТО?!
– Я берегла себя... только для тебя... ты рад?
Ох*енно! Еще только пьяной девственницы ему не хватало! Пора начинать паниковать.
– Кристина...
– пытаясь поаккуратнее освободиться от ее цепляющихся рук, - я не стою таких... хм... жертв...
– Ты самый лучший!
– жарко ему на ухо.
– Возьми меня!
Ему захотелось взвыть. Но вместо него это сделал дверной звонок.
– Кто это?
– Звонарева замерла.
– Не знаю, - кто бы это ни был, это его ангел-спаситель!
– Не открывай!
– дверной звонок заливается непрекращающейся минутной трелью.
– Вряд ли получится, - качает головой Вик. Теперь уже без всякой деликатности освобождается их объятий Кристины, вытирает губы.
– Ты... ээээ... приведи себя в порядок. На всякий случай.
В открытую дверь врывается смерч. Тайфун с ласковым именем Надя. А еще у тайфуна глаза, полные стрел ледяной ярости. И эти стрелы нацелены на него.
_______________
Рубашка наполовину расстегнута. Губы вспухшие. На шее - след алой помады. Ярость врывается в сознание, а Надя - в прихожую.
– Витя, как ты мог! Ты почему ушел без разрешения!? Королева негодует!
– Что она делает здесь, Вик?!
– это из комнаты вышла Кристина.
Он не успевает ничего сказать - дискуссия между девушками начинается без его участия.
– Так, а ну вон отсюда, живо!
– у Нади даже крылья ее изящного носика раздуваются. Злится?! Какого черта?! На кого?!
– Вик, что эта... здесь делает?
– Кристина тоже не собирается молчать.
– Выгони ее!
Ему снова не дают сказать и слова.
– Я сейчас сама тебя выгоню!
– Надя сдергивает с вешалки плащ, швыряет его в Кристину.
– С вещами на выход!
– Вик...
– Кристина ошарашена напором.
– Я покажу тебе - "Вик"!
– Надя роется в сумочке, так же яростно втискивает в руку оторопевшей Кристины мятую купюру.
– Это тебе на такси. И на хорошую косметику! А теперь - вон!
– Господи, ее голос просто звенит от ярости.
– Надь, послушай...
– он пытается вступить в разговор.
– Витенька...
– у нее обманчиво ласковый голос, но сам тон не предвещает ничего хорошего.
– Сладкий мой, не зли меня, я и так очень злая! Королева в бешенстве!
– Вик, она больная...
– Еще какая больная!
– Надька хватает Кристину за руку, и Вик не успевает ничего не то, что сделать - сказать, как Надя выталкивает его несостоявшуюся любовницу за дверь, крикнув напоследок, уже в подъезд: "Забудь сюда дорогу!". С грохотом захлопывается дверь, и они остаются одни. Черт! Это уже ни в какие ворота не лезет!
– Витя...
– она смотрит на него так, как никогда в жизни не смотрела. Гремучая смесь эмоций в ее взгляде - даже не поймешь, чего там понамешано.
– Ты меня ооочень расстроил!
– Я?! Расстроил?! Какого черта?! Что это за спектакль?!
– он понемногу начинает приходить в себя и изнутри поднимается злость. К дьяволу Кристину, туда ей и дорога, но что Надька о себе возомнила?! Чтобы так себя вести? Королева долбаная! Да только он уже не ее верный паж!
– Это ты мне скажи - какая муха тебя укусила?! Бросил мои подарки! Сбежал из ресторана, да еще... с этой!
– Какая муха?! Эта муха называется Влад Потапов! Как же ты бросила такого красавчика?!
– говорить такое - выдавать себя с головой, демонстрировать свою ревность, унижаться упреком, но он уже перестал себя контролировать.
Надя соображает непозволительно долго.
– Потапов?! Да причем тут он? Ну, ты вообще...
– а потом, с психу, исключительно желая ему досадить как можно сильнее: - По крайней мере, он красавчик, ты сам признал! А ты на кого позарился? Вик, тебе не стыдно? Она же...
– Надя переводит дыхание, чтобы как можно яснее донести свою мысль по поводу этой...
– она страшная и дешевая! Не твой уровень, Баженов!