Чтение онлайн

Бежим с Серым к лифтам. Сука! Оба где-то между этажами, ждать сил нет. Все внутри клокочет, чуйка вопит, что именно сейчас происходит что-то важное. Не сговариваясь, бежим в сторону лестницы, перепрыгивая через ступеньку, буквально за минуту вбегаем на четвертый этаж. Сразу замечаю родителей. Отец нервно вышагивает вдоль стены, мама сидит в кресле у дверей родзала.

И только я делаю шаг в направлении заветной двери, громкий детский крик возвещает о рождении моего сына. И мне плевать, что на этом этаже кто-то еще сейчас, возможно, рожает. Я абсолютно уверен в том, что это голос моего сына. Звериным нутром чую свое!

— Успел… — говорю тихо, боясь спугнуть желанный звук.

— Успел! — радостно вскрикивает мама, заметив меня у лестницы. — Дамир, Тимурчик наш родился!

Мама подбегает ко мне, обнимает, плачет. Никогда не мог выносить мамины слезы, сердце сразу в клочья. Хотелось наказать того, кто стал причиной слез этой родной, хрупкой женщины, что родила и воспитала нас, оболтусов. Но сейчас это слезы радости и они не вызывают ничего, кроме улыбки.

— Поздравляю, — брат хлопает меня по плечу, улыбается от уха до уха своей белозубой улыбкой, — папашка!

— Поздравляю, сын! — ко мне подходит отец, смотрит на меня и с гордостью добавляет: — Теперь ты бессмертен! Теперь в твоем сыне продолжение тебя.

— Бессмертен… — хрипло повторяю. — Бессмертен! — громче и увереннее. — Я бессмертен! — уже кричу и со счастливым смехом кидаюсь обнимать отца. — Хочу к ним.

Отстраняюсь от отца в момент, когда замечаю, что к нам выходит медсестра из родильного зала, где сейчас находятся моя жена и сын.

Дальше все как в тумане. Все действия совершаю на автомате. Ощущение, что реальность ускользает от меня, я словно существую вне пространства и времени. В себя прихожу уже только тогда, когда слышу мурлыкающий голос моей малышки, она нашептывает сыну какие-то милые нежности. А я стою и двинутся с места не могу, завороженный этим зрелищем.

— А я вам папочку вашего привела! — радостно щебечет медсестра, которая помогала мне умыться и переодеться в медицинский халат. — Встречайте!

Ника поднимает на меня растерянный взгляд. Миг и в ее глазах застывают непролитые слезы. Кидаюсь к ней, падаю у родильного кресла на колени и тону… Сначала тону в глазах моего сына. Глядя на него, такого мокрого, сморщенного, но уже вовсю с интересом рассматривающего все вокруг, чувствую, как сердце пропускает удар за ударом.

— Сын… — как в бреду хриплю, не смея отвести от него взгляд. — Привет, родной, — поглаживаю его по маленькой головке, покрытой мягким темным пушком. — Это я, твой папа.

Тимка что-то кряхтит и гулит, а потом вдруг резко начинает плакать. Кричит так громко и звонко. Ого! Не ожидал, что новорожденный младенец так может. Ну ничего, будем считать, что это командный голос прорезался.

Нике помогают приложить нашего сына к груди, вкладывают в его ротик сосок, набухший от скопившегося в груди молока. Он поначалу капризничает, а потом начинает со смаком и смешными звуками, похожими на урчание маленького котенка, причмокивать.

— Он ест, ест, Дамир! — восторженно шепчет Ника, поднимая на меня свои нереально зеленые глаза. И вот тут я снова тону. Тону в глазах своей жены. Моя любимая! Моя нежная. Моя красивая ведьмочка с глазами цвета изумруда.

— Моя Зеленоглазка, — прижимаюсь лбом к ее мокрому лбу, прикрываю веки, вдыхаю родной запах. — Я так тебя люблю, родная моя! Девочка моя любимая.

— Я так рада, что ты успел, — шепчет в ответ и тянется за поцелуем. — Я так боялась без тебя.

— Ты справилась, малышка. Ты только посмотри как круто ты справилась! Ты подарила нам нашего сына. Ты умничка! — наконец, целую свою девочку. Долгожданный вкус любимых губ взрывает все мои рецепторы во рту и запускает волну наслаждения, прошивающую все тело. — Умничка моя!

— Я люблю тебя, Дамир. Очень.

— А я тебя, — хаотично покрываю все ее лицо и хрупкие плечики нежными поцелуями, вкладывая в них все свои чувства: трепет, нежность, любовь и бесконечную благодарность за то, что она когда-то позволила мне завоевать ее. Набравшись смелости, целую макушку Тимки, впервые держа сына за руку и чувствую, что я абсолютно счастлив.

Ника (Три года спустя)

Сегодня третий день рождения Тимура. В гостиной за столом сидят наши близкие родственники и друзья. Во главе стола сидит виновник торжества в шикарном смокинге и разноцветном праздничном колпаке. Шум, разговоры, радостный смех. Кто-то проходит мимо дверей прачечной. Я со страхом замираю.

— Ну же, Зеленоглазка, не могу больше. Сдохну, если не окажусь в тебе.

— Дамир, ты что творишь! — вяло сопротивляюсь, потому что сильные руки и нежные губы моего ненасытного мужа уже активно делают свое дело, а именно методично сводят меня с ума, заставляя забыть о стыде и думать лишь о том, чтобы поскорее получить свою дозу удовольствия. — У нас гостей полный дом! Сын нас ждет, а ты меня тут зажал… Аааах… — с губ срывается чувственный стон, потому что пальцы этого нахала уже проникли под трусики и растирают влагу между припухшими и очень чувствительными от возбуждения складочками.

— Ага… Зажал, — довольно соглашается Дамир.

— И лапаешь… — продолжаю возмущаться, сама же подставляюсь под жаркие поцелуи и выгибаюсь навстречу проникающим в меня пальцам.

— Угу… и лапаю! Сейчас еще и трахну свою сладкую, вкусную, самую красивую и самую охерительно желанную женушку, — прикусывает сосок прямо сквозь ткань платья и белья, срывая очередной постыдный стон. Боже…

— Нас же услышат…

— Похер! На все похер! Но ты все равно будь потише, крикливая моя ведьмочка! — порочно ухмыляется, прижимая меня к стене, подсаживая на свои бедра.

Сдвинув перешеек мокрых трусиков в сторону, Дамир входит одним резким толчком, заставляя вскрикнуть от вспышки невероятного удовольствия. Потом запечатывает мой рот поцелуем, начиная четкие, выверенные движения. Прямо в нужном мне темпе, прямо вот так, как хочется… Так как нужно, чтобы уже через несколько жестких толчков улететь от удовольствия, на мгновение покинув свое тело.

Пытаюсь отдышаться от пережитого оргазма. Дамир смотрит мне в глаза, продолжая вколачиваться в мое тело. По его виску бежит капелька пота. Не удержавшись от соблазна, ловлю ее языком и Дамир хрипло стонет, запрокидывая голову, кончая прямо в меня. Снова. Хотя, чего уж теперь-то переживать…

— Ты охренительна, моя девочка! — звонко целует в ямку между ключиц. — Прости, не сдержался. В следующий раз успею выйти. Ну… по крайней мере, очень постараюсь! — ухмыляется довольный гад.

Видеть Дамира таким довольным и удовлетворенным — третий по счету вид моего личного удовольствия. Первый — это, конечно же, секс с ним. Потому что каждый раз это просто что-то за гранью. Словно я умираю и воскресаю вновь и вновь. Второй: наблюдать, как он общается с сыном. Дамир был с Тимуром в каждом важном событии. Первые шаги, первые слова, совместные игры. Тимка в папе души не чает. Смотреть, как они общаются, слышать, как Дамир баюкает сына перед сном, без слез не получается. Особенно сейчас… Кстати, Тимур точная копия своего папы. У них даже эмоции проявляются одинаково. И фирменная улыбка — один в один!