Чтение онлайн

– Ну что моя дорогуша, теперь-то ты понимаешь всю значимость моего визита, – говорил ангел, пытаясь придать побольше важности своей персоне, – а значит именно сегодня и приступим к работе.

Глава 4

Анфиса лежала в своей кровати, вся в своих мыслях и переживаниях. Все произошедшее с ней, за каких-то полдня, так ошеломили ее, что она не знала, как это все принять. Далеко неглупая, да с богатым воображением, но логическим мышлением, она напрочь оказалась неподготовленной к череде непонятных событий. Как котенка, ее курнули в новые, неизвестные до сегодняшнего дня ощущения и сказали: «Плыви, или тони». Еще этот придурковатый ангел метался туда сюда по комнате, что-то говоря вслух. До нее доходили только отдельные фразы: «Надо, подумай, ты можешь и все такое». Не было сил даже пошевелиться.

– Послушай! Ты, как там тебя? Может заткнешься уже, дай мне покоя, а еще лучше приходи завтра.

– Так, – в изумлении остановился ангел, – я сейчас перед кем распинался, все рассказывал, объяснял. Я что, со стенкой разговаривал что ли?

– Я не знаю.

– Я не кто-то там, я твой ангел хранитель. Я посланник, вестник, твой защитник, а значит выполняю волю Бога. И ты должна ко мне относится с соответствующим уважением.

– А имя у ангела есть.

– Есть, но ты меня называй просто ангел, соблюдай субординацию.

– Ааа, а защищать от кого будешь? – с иронией спросила Анфиса.

– От кого? От тебя самой. Ладно, давай, ты меня не будешь отвлекать.

– Посланник. Я и смотрю тебя уже и там послали, видать ты и там всех достал. Перешел на другой уровень, что ли?

– Вот не надо сейчас хамить. Не надо. Никто меня не посылал. Я лишь выполняю свою работу. Заметь важную работу, ни для меня, а для тебя. Это нужно тебе, – пытался объяснить ангел Анфисе.

– Мне не нужно. Я тебя не звала.

– Как это не звала? Возьмем только сегодняшний день, – он опять открыл планшет, – «Господи помоги, Господи помоги», больше десяти раз, «Ангел мой, спаси меня», я вообще молчу сколько раз, а « Боже мой», вообще зашкаливает.

– И что? Это еще ничего не значит. Так многие говорят. И вообще, я верующий человек, вот и часто произношу эти слова, – Анфиса пыталась найти оправдание своему поведению.

– Это, как понимать? Ничего не значит, – возмущался ангел, – ты должна знать, что каждая мысль материальна и каждое слово произнесенное человеком или выраженное мыслью всегда известна Богу. А ты столько тут всего на произносила и надумала, что пора все менять. Короче, все вставай и начнем действовать.

Он попытался приподнять Анфису, поддерживая ее за руку, но куда там, они были в разных весовых категориях. Попытка одна, другая, третья не привели к желаемому результату, Анфиса лежала, ехидно улыбалась, а взъерошенный ангел в раздумьях стоял возле нее.

– Слабак, хихикнула Анфиса.

– Я не слабак, просто ты женщина не моих размеров, я тебе уже говорил об этом. Ладно можешь лежать дальше.

Ангел пригладил свою шевелюру на голове, потер ладошки, прошелся по комнате еще несколько раз и только тогда продолжил свою речь.

– У нас с тобой всего семь дней. Нам нужно составить план наших мероприятий. Отсчет пойдет с завтрашнего дня.

– А почему семь, а ни десять или три к примеру.

Уже все происходящее начинало забавлять Анфису. Она развернулась на бок, подперла голову рукой, решив, что так ей будет удобней наблюдать за ангелом.

– Потому. Три это мало, десять много. В общем нам дали неделю.

– А почему нам? Прям как заключенным дали срок и мы в одной связке, – ирония Анфисы переходила в смех.

– Представь себе в связке. Я же твой ангел, и как бы мы друг без друга ни туда, и не сюда.

– Нет, я не понимаю. Ну меня понятно надо исправлять, а тебя то за что наказали вместе со мной? А? Скажи пожалуйста? – она уже присела на кровати.

– Да никто меня не наказывал. Просто я же твой ангел, а значит несу ответственность за твои поступки, мысли, поведение, – голос его по мере перечисления стихал. Он видел хитрый прищур Анфисы, ехидную улыбку, – Ты на что намекаешь?

– Да то, что ты тоже в чем то провинился и тебя в наказание сослали сюда, и дали неделю. А если ты не справишься, то тебе хана будет, – она уже соскочила с кровати и прямиком поперла на него.

– Вот не надо, мадам, не надо меня сравнивать с собой. Я при исполнении, а ты провинившаяся.

Анфиса подошла вплотную к нему, пытаясь заглянуть в глаза. Чем ниже она к нему наклонялась, тем ниже он склонялся спиной назад. Взъерошенная, помятая, с оторванными пуговицами на плаще, она как коршун зависла над цыпленком.

– Что страшно?

– Нет, но не приятно, когда тебе дышат в лицо.

Анфиса пихнула его своим не маленьким бюстом, что тот отлетел к окну. Распрямилась и как статуя встала прямо перед ним, Ангел на ее фоне казался таким маленьким, беспомощным. Он протянул к ней руки и со слезами на глазах произнес со стоном:

– Да, ты права, ты моя спасительница. Моя жизнь в твоих руках. Анфиса помоги мне. Анфисочка, помоги, – ангел встал на колени и медленно пополз к ней.

Та восторженно, приподняла голову вверх, как бы показывая, что она победитель и не нашелся еще тот, кто смог бы обвести ее вокруг пальца. Она развернулась и тяжелыми шагами направилась в кухню. Послышались стук открывающихся и закрывающихся дверей шкафов и холодильника

– Ага, сейчас, спасительница, жирная дура, – ангел медленно встал с колен, поглядывая в сторону, куда утопала Анфиса, – я тебе еще покажу.

– Я все слышу, – крикнула Анфиса.

– Да, да, я иду, моя дорогая, – ангел сплюнул в сторону, отряхнулся и не торопясь пошел за ней.

Анфиса сидела за столом, который был уставлен разной едой. Здесь были колбаса и сыр, рыба и фрукты, сладости и еще много всяких вкусностей. Она все уплетала за обе щеки, делая вид, что не замечает его. Ангел прошелся по кухне, наблюдая за этой картиной. Анфиса жадно лопала все в подряд, запивая соком.

– А что это я. У меня же стресс, – и она соскочив со стула, открыла буфет. Там стояла бутылка дорого вина.

– За вами поухаживать Королева обжорства, – он галантно взял из ее рук вино, налил в бокал. Лежавшее рядом полотенце положил на руку, теперь он был похож на официанта.

– Это ты правильно, поухаживай за мной, ты сейчас как крепостной у меня. Все, что ни скажу, все должен делать, а иначе тебе конец, – Анфиса с жадностью хватала кусок за куском и пихала себе в рот.

– Может тортика или солененького. О, какие красивые креветки, а рыбка. Ты кушай, кушай, это все вкусно, а самое главное все такое калорийное. Правильно, зачем худеть, зачем быть здоровой? Что хорошего в этом? Все худые, они же с завистью смотрят на таких как ты. Им же постоянно приходиться заморачиваться с одеждой, питанием, а у тебя все просто, накинул с утра одеяло, закинул в себя как в мясорубку полтонны и порядок. У худых вообще нет жизни и они еще все время мерзнут. Вот этой еды, твоей бы семье на несколько дней хватило, а ты одна все съешь. Правильно, нечего с ними делиться, подумаешь любимый торт детей, а морские деликатесы, муж кажется обожает? Я правильно говорю.

– Угу, – промычала Анфиса, – показывая рукой на бутылку, чтоб подлил.

– Да зачем вино? Тут такой случай, ты жахни коньяка, ну того самого, что со свадьбы хранится у вас. А зачем его хранить до серебряной свадьбы? Когда можно и сейчас, – он открыл другой шкаф и достал оттуда бутылку коньяка.

– Нет, я не пью крепкие напитки, – немного захмелевшая Анфиса ответила с полным ртом.

– Да ты чего? Да он за столько лет уже выдохся, там одна вода. Давай проверим, или боишься мужа?