Чтение онлайн

— Тогда встречаемся в отсеке челнока, скажем, в семь ноль-ноль. Я подберу снаряжение. И в обозримом будущем — по часу учений ежедневно, перед вахтой.

— Я внесу в расписание.

Они кивнули друг другу, и стармех, упершись ногой в стену одной из камер, толкнулся к трапу. Что-то беспокойно шевельнулось в голове у Хэвлока. Что-то важное.

Ухватив мысль, он сказал:

— Стармех!

Тот оглянулся от трапа. Тело застыло под прямым углом к палубе, и чувство равновесия Хэвлока в очередной раз запаниковало, силясь отличить верх от низа. Он закрыл глаза, сдерживая тошноту.

— Да?

— Когда будешь собирать команду, — сквозь зубы процедил Хэвлок, — астеров не бери.

В первый раз Койнен искренне улыбнулся ему.

— Дерьма не держим, — сказал он.

Как исполняющий обязанности шефа службы безопасности он должен был питаться в офицерской кают-компании. Подобные мелочи создавали на корабле атмосферу единства и упорядоченности. Для Хэвлока это было плюсом. Ближе добираться, спиртное в свободном доступе, настенный экран обычно настроен на что-нибудь интересное. Сейчас на нем красовался чиновник ООН в неудобном даже на вид сером костюме. Руки он сложил на широком стеклянном столике. Оператор давал такое увеличение, чтобы картинку можно было разобрать с ручных терминалов, и на большом экране Хэвлок видел каждую пору на лице и каждый мазок грима.

«Мы на пороге нового золотого века, — говорил чиновник. — Масштаб его безграничен. Все созданное нами, от каменных орудий до куполов на Ганимеде, изготавливалось из ресурсов одной планеты. Земли. Да, поиски минералов и редкоземельных элементов привели нас на Марс и на Луну. И в Пояс. А потребность в инфраструктуре придала особое значение системе Юпитера. Однако теперь перед нами открылись перспективы, которые не на один, не на два, а на три порядка превосходят все известное в истории нашей цивилизации».

Хэвлок взял свою порцию, отодрал крышечку из фольги. Говядину с перцем приготовили для употребления в невесомости: твердые кусочки протеинов и овощей не разваливались в воздухе, но становились мягкими и нежными, попав в рот. Это была не такая здоровая пища, как в тюбиках с пастой, зато намного вкуснее. Хэвлок забросил в рот первый кубик. Он разбух от слюны и прилип к языку. Камера на Земле моргнула и переключилась на молодую серьезную женщину.

«А как же создатели протомолекулы? — спросила она. — Существа, которые забросили ее на Фебу?»

«С тех пор прошли миллиарды лет, — ответил человек в костюме. — Ни один из наших зондов не обнаружил признаков высокоразвитой жизни. Все, что мы нашли, — руины. И при этом живые биосферы. Честно говоря, у меня дух захватывает».

Хэвлок отхлебнул из груши с водой, и пища во рту расцвела богатым вкусом, практически перестав отличаться от еды, приготовленной в обычной кухне, а не в промышленном процессоре.

«Так за чем же дело стало?» — спросила женщина.

«А дело стало за тем, что, попав сюда, мы сразу же позволили шайке астерских террористов отобрать у нас наши права и начать палить в нас», — подумал Хэвлок, выковыривая из пакетика следующий кубик.

Ооновец на экране развел руками.

«Мы уже сейчас обрабатываем чуть больше четырех тысяч запросов на исследование и использование данных систем. Действовать приходится обдуманно, чтобы не допустить ошибки. И АВП, пользующийся этим, чтобы фактически совершить силовой захват, не упрощает положения».

— Чертовы астеры, — произнес кто-то. Хэвлок обернулся. У него за спиной плавал в воздухе капитан Марвик. В его коротких рыжих волосах и бородке со времени отлета с Земли добавилось седины.

Хэвлок кивнул.

— Позвольте присоединиться, мистер Хэвлок?

— Конечно, — сморгнув удивление, ответил тот.

Капитан подтянулся к столику и пристегнулся. Экран показывал то ооновца, то лицо интервьюировавшей его журналистки, но Хэвлок замечал только смену освещения и фона. Все его внимание принадлежало Марвику.

— Как дела на поверхности? — спросил капитан, вскрывая коробочку с ужином. В вопросе не слышалось ничего сверх вежливого любопытства. Будь здесь другой собеседник, Хэвлок, возможно, и поверил бы.

— Вы видели доклады, — сказал он.

— Да, доклады, конечно. Они чаще всего пишутся для суда или для потомства. Однако я немало удивился, увидев, как жестко действовал наш общий друг мистер Мартри при прибытии посредника.

— Ситуация требовала, — пояснил Хэвлок. — Сдержанность и терпение привели к потере многих хороших людей.

Марвик невнятно промычал и отправил в рот кусок. Глаза его смотрели куда-то за левое плечо Хэвлока.

— И конечно, мы в данный момент представляем сильную сторону, — заговорил он, прожевав. — Надеюсь, наш друг помнит, что так будет не всегда.

— Не уверен, что я вас понимаю.

• — Ну, я, строго говоря, не вхожу в состав экспедиционных сил, верно? Мои владения — «Израэль», и я использую власть капитана так, как от меня требуют из головного офиса, хотя в действительности я всего лишь водитель грузовика. Но рано или поздно я уведу свой грузовик обратно к вратам, а по ту сторону меня будет ждать Фред Джонсон и его отлично вооруженная база. Я бы предпочел, чтобы он не рассматривал меня как мишень.

Хэвлок, насупясь, медленно жевал. От глухой злобы у него свело челюсти.

— Здесь именно мы играем по правилам. Мы пришли сюда с научной командой и твердым куполом. Мы наняли их для строительства посадочной площадки, а они нас убили. Правота здесь за нами.

— Твердые моральные основания — это прекрасно, — словно бы согласился Марвик, — только они не отведут торпеду. Не изменят траектории гауссова снаряда. Действия нашего общего друга отзовутся очень далеко отсюда. А кое-кто из нас, и я в том числе, еще надеется на возвращение домой.

Марвик сунул в рот еще один пищевой кубик, горько улыбнулся и кивнул, словно услышав ответ. Потом отстегнул ремни.

— Эти коробочки не дают душе вылететь из тела, но настоящего вкуса в них нет, верно? Левое яйцо отдал бы за настоящий стейк. Ну, приятно было побеседовать, мистер Хэвлок. Как всегда.

Хэвлок кивнул, но злость у него в груди раскачивалась на грани между обидой и яростью. Он помнил, что причина отчасти в том, что именно так реагировал бы на его месте Мартри, но чувства от этого не менялись. Запищал ручной терминал. Пришло сообщение от старшего механика Койнена. Хэвлок стукнул пальцем, чтобы развернуть текст.