Чтение онлайн

У этого были свои ограничения. Объединить сразу все шестьсот богов в один пантеон было практически невозможно. Да и рискованно, так как смерть одного бога из пантеона негативно сказывалась на остальных.

Однако даже условно десятка пантеонов по пятьдесят-семьдесят богов в каждом было вполне достаточно, чтобы уделывать Теневую Гвардию девять раз из десяти. Семь раз из десяти, если к бою присоединялся аватар Умсы лично.

Не факт, что я был сильнее шести аватаров Байгу вместе взятых. Убийство аватара Циарина всё-таки удалось скорее благодаря эффекту неожиданности и тому, что Байгу не знали ничего о моей истинной силе. Но по крайней мере я был сравним с ними.

Так что победа над войском богов была ожидаема. Тем не менее, для этого всё-таки стоило потрудиться. Одного моего присутствия для того, чтобы обратить их в бегство, определённо было маловато.

Мои когти окутались разрядами молнии и, хотя сила эффекта поглощения окружающей энергии от этого ослабла, для подавления противника это был лучший выбор. А подоспевшие через пару мгновений теневые гвардейцы сходу врубились в ряды богов, мешая им формировать заклинания пантеонов.

Обычно, как я понял, боги в такой ситуации делились на два больших отряда. Один, забыв об атаках и полностью сосредоточившись на обороне, сдерживал теневых гвардейцев, а второй готовил крупномасштабные заклинания.

И эта тактика была практически идеальной, тем более с учётом того, что любой бог и любой пантеон мог отвечать как за защиту, так и за атаку, и они умели мастерски жонглировать своими специализациями в моменте.

Фактически, та самая одна победа из десяти оказывалась возможна только в том случае, когда теневым гвардейцам везло с самого начала рассредоточить богов таким образом, чтобы те не смогли собрать ни одного полного пантеона в одном месте.

Однако моё участие в сражении многократно облегчало задачу гвардейцев. Теперь им не нужно было прорывать ряды обороны богов, этим был занят я. Даже полноценно сражаться с намерением убить врага было необязательно.

Просто не позволяя богам пантеонов объединять силы и использовать крупномасштабные заклинания, способные серьёзно навредить даже мне, они уже обеспечивали девяносто процентов победы.

Шквальные атаки богов меня всё-таки пробирали, и довольно ощутимо. Но с учётом уклонений, исполняемых настолько идеально, насколько только возможно благодаря аспекту понимания, эффекта поглощения энергии аспекта чревоугодия и прочности тела, даруемой аспектом льва, нанести мне смертельную рану без объединённой пантеоном силы боги никогда бы не смогли.

Да, я покрывался ранами, синяками, ожогами, язвами от яда, а мой организм, подвергавшийся воздействию множества разнообразных концептуальных сил, начинал почти буквально сходить с ума.

Но ничего их этого не было чем-то прямо очень серьёзным. Я всё мог выдержать и заживить потом с помощью мировых приказов.

А значит, пока Теневая Гвардия не позволяла богам создавать комбинированные заклинания, я походил на дикого кота в логове мышей, из которого мог выбраться искусанным и исцарапанным, но никогда — побеждённым.

Боги быстро поняли это и сами. Поначалу они пытались найти лучшую тактику для противостояния мне. Плясали от атаки и от защиты, всячески их комбинировали, использовали обманные манёвры, даже шли на сознательные жертвы.

Вот только из-за того, что я никуда не торопился, большинство их ухищрений оказывались бесполезны. Я не лез на рожон, не вёлся на ловушки, не гнался за какой-то сверхэффективностью, совершенно не парился по поводу того, что в столкновениях с богами гвардейцы также несли потери.

Просто планомерно вырезал их одного за другим, и где-то на семидесятом убитом боге они поняли, что, если продолжат, то просто зазря все здесь полягут. И на восьмой минуте сражения командир отряда богов скомандовал отступление.

В ответ я скомандовал Тёмной Гвардии, чтобы они их не преследовали. Проследив за тем, как боги удаляются сквозь серость пустоты, я приказал выставить вокруг осколка мира новое оцепление, специально только в том направлении, куда улетели боги, а сам отправился в одинокий храм на его поверхности.

Там, внутри, сбившись в кучку и напряжённо вслушиваясь в тишину, обнаружились исследователи из Божественного Царства.

По договору между Умсой и Ба Воль Са, убивать их было нельзя, как и забирать результаты их исследований. Впрочем, хотя первое правило соблюдалось почти всегда, за исключением случаев, когда среди учёных попадались особо наглые или по-житейски тупые, на запрет на кражу наработок по взлому шифра обычно обе стороны клали большой болт.

На этот раз, правда, исследователям Божественного Царства повезло. Мне были не нужны их наработки, ведь у меня было кое-что получше.

Уведомив их, что осколок мира в очередной раз меняет хозяина, и успокоив насчёт того, что не стану им никак вредить, я приказал им выметаться из храма, а сам отправился в его глубины.

Наскватч, который, согласно нашему уговору, ожидал неподалёку в пустоте, наверняка уже узнал о нашей победе и должен был вскоре прибыть. Но мне хотелось посмотреть на тайник владельца истокового аспекта самостоятельно.

Нужное место вскоре нашлось. Длинный коридор, на стенах которого сохранились следы каких-то древних надписей на неизвестном мне языке, заканчивался массивными, высотой около сорока метров и столько же в ширину, двустворчатыми дверьми.

В самой середине дверей, в полукруглом углублении, парила, не опираясь ни на что, многолучевое нечто, очень похожее на ту головоломку, что мне показывал Наскватч, но, действительно, раз в десять больше, диаметром в полтора метра, и определённо куда сложнее.

Сложно было понять даже не то, как её разгадывать, но в принципе то, ЧТО тут можно было разгадывать. При том что внутри этой штуки, насколько я понял, были заключены механизмы из мировой ауры, минимум на несколько порядков сложнее того, что было видно снаружи.

Ради интереса я запустил внутрь замка-головоломки свою мировую ауру, и тут же ощутил подступающую дикую головную боль от того, насколько там всё было перемудрено и жутко сложно. Так что, пожалуй, было неудивительно, что одни из лучших учёных двух мировых скоплений не могли решить это дерьмо несколько тысяч лет.

— Впечатляет, правда? — Наскватча действительно долго ждать не пришлось.

— Тебя не заметили?

— Нет. Ты создал шикарную брешь в обороне. Признай, что было правильно настоять на том, чтобы отец передал тебе контроль над гвардейцами.