Чтение онлайн

Я был бы не против принять его в качестве помощника или кого-то вроде запасного игрока. Но он хотел быть в гуще событий и принимать непосредственное участие во всём.

И тогда мне в голову пришла, на мой взгляд, гениальная идея. Если земля была слишком мягкой для моего веса, то Сколь мог стать моей опорой. В буквальном смысле. С помощью своей магии он мог создавать под моими ступнями жёсткие платформы, от которых я мог бы отталкиваться.

Довольно неожиданно, он принял это предложение с максимальным энтузиазмом и мы приступили к тренировкам. По часу в день мы, выйдя за стены форпоста, ходили и бегали туда-сюда, чтобы Сколь смог освоиться с довольно непростой задачей — успевать подстраиваться под каждое моё движение.

С простой ходьбой он освоился довольно быстро. С бегом оказалось сложнее, но тут скорее потому, что парень сам предложил довольно хитрую идею — создавать не просто опоры, а что-то вроде крошечных трамплинов, дополнительно подталкивавших меня вперёд.

И это, разумеется, было куда сложнее. Ему нужно было учитывать мой вес, мою скорость, то, ускоряюсь я или замедляюсь, двигаюсь по ровной поверхности или по наклонной, особенности грунта и прочее.

А после того, как мы освоились с этим, приступили к боевым тренировкам. Я сражался с тенью, отступал, финтил, иногда падал. Так как теперь я мог снова использовать удары ногами, мы практиковали и ситуации, когда я использовал для опоры руку.

Не сказать, что всего за девять дней нам удалось довести нашу командную работу до совершенства. Но в большинстве случаев того, что мы достигли, оказывалось более чем достаточно.

Тем не менее, то, что Сколь научился понимать меня без слов, не отменяло того, насколько ему было тяжело. Магия в его случае была напрямую связана с его телом, каждое сотворённое заклинание забирало не только ману, но и толику физической выносливости.

Это позволяло куда тоньше контролировать магию, но и накладывало очевидные ограничения. И каждый шаг моей более чем двухтонной туши, двигавшейся на скорости немецкого автобана, который Сколю было необходимо поддержать, был для него в буквальном смысле очень тяжёлым.

К тому же ему было необходимо постоянно поддерживать концентрацию. Следить за моими шагами, которые по неровной лесной почве я просто не мог делать совершенно одинаковыми и ритмичными.

А так как таких шагов я делал не один и не два, а сотни и тысячи, не удивительно, что довольно быстро у парня на лбу выступил пот и покраснело лицо.

Такого мы не могли запланировать. Расчёт был на то, что мы будем продвигаться по Непроходимой Чащи от монстра к монстру. Сражения не должны были быть сложными, но это в любом случае была бы какая-никакая передышка для Сколя, который в них напрямую бы не участвовал.

Но махинации Эргло, ставшие для меня удачей, для него неожиданно обернулись сложнейшей марафонской пробежкой.

Тем не менее, я не собирался замедляться только из-за него. Сколю было тяжко, но явно не настолько, чтобы он прям падал без сил. К тому же он сам хотел быть полезен — вот пусть старается.

За четыре часа, прошедших с момента как мы покинули лагерь, мы встретили всего пять монстров с силой выше уровня четвёртой ступени. Для Непроходимой Чащи это было очень мало.

Только в следующие полтора часа мы начали натыкаться на всё большее и большее количество тварей. Похоже, Фирсторн не думал, что кто-то из экспедиции сможет сразу забраться так далеко и так быстро и не увёл монстров из этой зоны.

Тем не менее, благодаря почти беспрепятственному преодолению первых семи с лишним сотен километров, мы смогли ещё до полудня добраться до места, показанного мне на карте Иштией. Того самого, где на них с Эргло напала Кантарика.

Понятное дело, что искать того же зверя на том же месте было глупо. Но у меня просто не было других подсказок. Так далеко в Непроходимую Чащу разведчики других фракций не забирались, а тем, кто принадлежал Лунному Волку, я не мог доверять.

Даже если найдётся такой, что согласится выложить информацию за некое вознаграждение, я никогда не смогу быть уверен, что он не двойной агент и не расскажет потом о моих вопросах Эргло.

Оставалось рассчитывать только на воспоминания оскорблённой и униженной женщины. Очень точные воспоминания, надо сказать, потому как всего через двадцать минут блужданий мы вроде как наткнулись на ту самую полянку. Я узнал её по упомянутому Иштией раскидистому дереву с раздвоенной верхушкой.

Отсюда начинались поиски. Разделившись на три группы, примерно равные по силе, мы двинулись от поляны в стороны по широким спиралям, прочёсывая лес.

Благо, Непроходимая Чаща только называлась таковой. Огромные деревья, блокировавшие свет для всего, что росло под ними, давно остались почти единственной фауной в Чаще. Если где-то она и была реально непроходимой, то точно не здесь.

По договорённости, если одна из групп наткнётся на Кантарику или другого монстра, справиться с которым своими силами будет затруднительно, она пошлёт сигнальную ракету.

Плоды прогресса, принесённые попаданцами, были и в форпосте, хотя, как и в Тхалсе, особо тут не приживались. Но я, зная о пользе всего этого, не стеснялся применять разные «высокотехнологичные» штуки. Так что у трети одарённых отряда на поясах висели одноразовые ракетницы, которые при нажатии на спусковой крючок должны были запустить в небо дымовые сигналы.

Когда мы тестировали эти ракетницы, хлопок выстрела оказывался слышен с пары километров, а подлетевшая более чем на сотню метров яркая и сочная вспышка была видна даже за несколько десятков километров. Оставалось надеяться, что мы сможем разглядеть её и сквозь древесные кроны.

К сожалению, в первый день ракетницы нам так и не понадобились. Прошлявшись кругами несколько часов и обследовав территорию площадью в несколько сотен квадратных километров, мы не наткнулись ни на одну тварь сильнее начальной шестой ступени.

И когда время начало близиться к пяти часам вечера, пришлось собраться на той самой поляне и двинуться в обратный путь. В лагере мы были к десяти, поужинали, я выслушал доклады других подконтрольных мне охотничьих групп, немного послушал издёвки Эргло, а потом отправился спать. На то, что мы что-то найдём в первый же день, я особо не рассчитывал всё равно.

На следующий день мы собрались и выдвинулись в путь ещё когда весь лагерь спал. К той самой поляне добрались к девяти утра и, быстренько обследовав уже проверенные участки, продолжали поиски Кантарики восемь часов кряду и обратно вернулись ни с чем незадолго до полуночи.

Я не расстраивался и не злился. Прекрасно понимал, что охота даже в обычном лесу на обычного зверя может занимать долгие дни.

Однако тот факт, что следующим утром я проснулся в сорок восьмом дне из пятидесяти отведённых мне Пятью Великими, и не успокаивал меня тоже.

Правда, было довольно очевидно, что я в любом случае проживу куда дольше пятидесяти дней. Как минимум потому, что на территорию Фирсторна Йольд и остальные ни за что бы не полезли. Так что пока я оставался вместе с карательной экспедицией в Непроходимой Чаще, от Пятёрки Великих был защищён.