Чтение онлайн

Лисицкий не успел развеять почти готовые чары огня, я сбил его с ног, пожирая его магию. И ещё я заметил, что лечит Дементьев заметно хуже, чем восстанавливает магический ресурс — рассечение бояричу он, по сути, и не залечил толком, лишь остановил кровь, да небольшую корочку сформировал на ране.

По этой брови я добавил кулаком изо всех сил. И ещё сразу же, пока боярич не опомнился.

А тем временем магия Лисицкого стремительно утекала, сменяя хозяина, а я не давал противнику осознать этого. Удар за ударом я вбивал разбитые кулаки в его истаивающее укрепление тела. С моих рук капала кровь, но я не останавливался.

Ещё удар. Ещё.

Боярич так и не смог отбиться, он уже просто дёргался, пытаясь уйти от атак.

Но Верещагин пока не останавливал бой, значит, время ещё было. Я знал, что Дементьев снова наполнит боярича под завязку, а меня восполнить некому, разве что разбитые кулаки Васильева приведёт в порядок. Значит, я должен был спешить и не доводить дело до четвёртого раунда.

— Стоп! — рявкнул Верещагин, тут же оказываясь рядом и оттаскивая меня от лежащего на земле противника.

Неужели не успел?

Я так боялся не успеть, что даже не обратил внимание, что рефери крикнул «стоп», а не «раунд», и лишь увидев, как на той стороне полигона преподаватель боевой подготовки старших курсов выбросил полотенце, я осознал, что произошло.

Победа!

Дементьев призвал лекарей, и несколько человек погрузили бессознательное тело на носилки. А я старался восстановить дыхание и унять возникшее жгучее желание опустошить магию вокруг себя. Пожирая запасы Лисицкого, я поглотил столько силы, что удержаться от соблазна продолжать, было сложно.

Лишь переведя дух, я услышал, как мне аплодируют трибуны. Это было странное ощущение — я не почувствовал никакой эйфории. Чувство, испытываемое мной, больше было похоже на чувство выполненного долга, такое возникает, когда сделаешь что-то не очень приятное, но большое и важное.

И ещё навалилась невероятная усталость. Хоть я выпил из Лисицкого немало магической энергии, а Васильева постоянно восстанавливала мне физические силы, морально я вымотался полностью. И никакая дымка, никакой лекарь, не могли этого исправить.

— Поединок окончен! — объявил Верещагин. — Победил слушатель подготовительных курсов — Воронов Игорь Васильевич!

Куратор поднял мою руку к небу, и я оглядел толпу. Как гладиатор, мать вашу, какой-то.

— Поздравляю, — шепнул мне Сергей Валерьянович, едва шевеля губами. — А теперь иди принимай почести.

Мне это было не нужно, но и отказываться я смысла не видел. Народ ломился поздравить меня на словах, хлопнуть по плечу или спине. Кто-то из моей же группы тянул пальцы, чтобы пожать мне руку.

Я не знал этих людей, но зато помнил, что вот этот парень, например, точно видел, как я уходил на ту памятную встречу с Лисицким за казармой и как вернулся. Тогда он сделал вид, что спит, а теперь с такой радостью стремился пожать мне руку. Впрочем, ничего удивительного. Многие из этих людей с таким же энтузиазмом поздравляли бы и Лисицкого. Возможно, не так бы радовались, но точно бы поздравляли.

Постепенно толпа закончилась, и рядом остались те, в чьей искренности я не сомневался. Сначала я оказался в жёстких объятиях Фёдора — он сдавил меня от всей души и хлопнул по спине так, что я едва равновесие удержал.

— Красава, Гарик! — улыбаясь во весь рот, воскликнул он. — Поздравляю!

Затем подоспел Орешкин. Гриша схватил меня за кисть двумя руками, потряс не менее усердно, чем только что давил Фёдор, и эмоционально выпалил:

— Гарик, брат! Ты просто охренительно крут!

— Спасибо, парни, — сказал я. — Вы мне очень помогли, так что это наша общая победа.

Затем к нам подошли Самойлов и Громов. Первый смотрел на меня с лёгкой улыбкой, второй кивнул.

— Убедительная победа, поздравляю! — сказал Громов, протягивая мне ладонь. — Если Лисицкий вздумает мстить за свой позор, обращайся, поможем.

— Благодарю, — кивнул я и пожал руку ему и Самойлову.

Я понимал, что с этим поединком ещё ничего не закончилось в наших отношениях с бояричем. Однако твёрдо знал, что пойду искать помощь только тогда, когда сам не смогу справиться.

А бороться я буду до последнего.

— Так, господа курсанты, потом ещё наговоритесь, — вмешалась в диалог подошедшая Васильева. — Воронов, поздравляю! А сейчас пойдём, подлечу твои ушибы.

Она выразительно кивнула на мои руки. Сбитые в мясо костяшки не сильно кровоточили лишь потому, что я держал укрепление тела.

— Конечно, Анна Леонидовна, уже иду. Спасибо!

Со сбитых рук началось наше приятное знакомство. И теперь круг замкнулся, но на этот раз мне уже не понадобится вино. И не будет никаких сомнений. Я возьму своё.

Дорогие друзья, читатели!

Раз вы дошли до этого момента, смеем предположить, что книга вам понравилась. Или не понравилась, но вы ещё надеетесь, что понравится. ))

И в том и в другом случае, авторы будут очень признательны вам, если вы в комментариях к книге выскажете своё мнение о ней.

Обратную связь переоценить сложно.

Вот теперь я действительно чувствовал себя победителем.

Лёжа в обнимку с красивой женщиной на диване в красном уголке, я поглаживал пальцами её бёдра, наслаждаясь близостью. Приятная усталость прокатывалась по телу, но это не было той вымывающей силы усталостью — лишь здоровое удовольствие после встречи мужчины и женщины.

Я даже на ужин сегодня идти не собирался. Как у победителя поединка, у меня имелось свободное время до отбоя. И я точно знал, как намерен провести эти часы.

А главное — с кем.

Рука красавицы коснулась моего лица и нежно погладила щеку. Затем Анна положила голову мне на грудь. Я поглаживал её красивое упругое тело. Нам обоим было хорошо и спокойно. После сложного поединка это был лучший способ восстановиться и отдохнуть по-настоящему.

Некоторое время Анна лежала молча, закрыв глаза. А потом она улыбнулась, будто что-то вспомнила, и негромко произнесла:

— Игорь, я так рада, что в тот день, когда я попросила повесить портреты, вызвался именно ты.