Чтение онлайн

Луиза была ближайшей подругой Люси. Они познакомились еще в тринадцать лет. Внешне они представляли полную противоположность друг друга: стройная, невысокая, изящная брюнетка Луиза и рослая Люси. Филлипс тоже росла без отца: он скоропостижно умер от рака, когда ей было двенадцать. Роднили подруг и схожие жесты, и манера говорить, и любовь к макияжу и маникюру, даже имена у них начинались одинаково. Джейн считала двух подруг родственными душами. Тим смотрел на дело проще:

– Луиза могла болтать дни и ночи напролет, прямо как Люси. Так они и болтали без конца и считали друг дружку безумно веселыми.

Степень их близости можно оценить по карьере обеих девушек. На каждом жизненном этапе Люси следовала по пути, уже проторенному подругой. Луиза окончила в школу в шестнадцать лет и пошла работать в инвестиционный банк в Сити, как и Люси через два года после нее. Луиза первой стала стюардессой в «Бритиш эйру-эйз», Люси потянулась за ней. И инициатива поехать вместе в Токио, чтобы расплатиться наконец с долгами, которые стали для Люси тяжким бременем, исходила именно от Луизы.

Более поздние события бросили тень на репутацию Филлипс, особенно в кругу друзей и семьи Люси. Впрочем, к Луизе относились с подозрением и до поездки в Японию. Саманте Берман, к примеру, она никогда не нравилась.

– Люси дружила с ней намного дольше, чем со мной, поэтому я помалкивала. Но Люси считала Луизу красивой и уверенной в себе, а себя – дурнушкой, которая живет в ее тени. И вряд ли Луиза пыталась ее разубедить.

Обе девушка работали с самого окончания школы и часто мечтали устроить себе каникулы и вместе одолеть маршрут, знакомый всем любителям «дикого» отдыха: Таиланд, Бали, а потом Австралия. Но Люси не питала любви к бюджетным путешествиям, да и финансы не позволяли. Старшая сестра Луизы Эмма Филлипс предложила им отправиться в Токио, где она сама жила два года назад. По ее словам, там можно было познакомиться с потрясающим и необычным городом, а заодно заработать хорошие деньги. Чем именно занималась Эмма в Токио, остальные друзья Люси не очень разобрали, поскольку история каждый раз менялась в зависимости от того, кому ее рассказывали.

Как поняла Сэм Берман, Эмма работала в барах. У парня Люси Джейми Гаскойна создалось впечатление, что Эмма выступала с танцевальной труппой. Софи помнила разговоры о должности официантки. Гейл Блэкман утверждала, что Люси и сама не представляла, чем займется. Когда Гейл задала вопрос в лоб, Люси ушла от ответа. Это озадачило подругу.

– Я терялась в догадках, – призналась Гейл. – Похоже, место выбрали наугад, даже не подумав. Я хочу сказать, что в Азии жизнь совсем другая. Ладно бы Австралия или Новая Зеландия, но Япония…

В прощальном письме к друзьям из «Бритиш эйру-эйз» Люси рассказала о поездке в Японию, но почти ничего не говорила о себе: «Туда едет моя лучшая подруга Луиза, она остановится у родственников, и у меня есть возможность присоединиться к ней. У меня нет никаких планов: наверное, познакомлюсь с культурой, буду учить язык или стану высококлассной и хорошо оплачиваемой гейшей! (шутка) Просто несколько месяцев передышки, смена обстановки; говорят, это лучший отдых».

Девушки объяснили знакомым, что в Токио у Луизы живет тетя, у которой они могут остановиться, чтобы не платить за жилье. Благодаря этому поездка казалась безопасной, понятной и домашней.

– Когда Люси решила уйти из «Бритиш эйруэйз», то еще точно не знала, чем будет заниматься, – отметила Сэм Берман. – И идея заработать денег за границей, а потом вернуться, расплатиться с долгами и начать все заново, ей понравилась. К тому же у нее появилось бы время подумать, чего она хочет от жизни.

Чем на самом деле занималась Эмма Филлипс в Токио и какая карьера ждет их с Луизой, Люси рассказала только своей матери.

– Она заявила, что подумывает съездить с Луизой в Японию поработать хостес, чтобы выплатить долги, и уверяла, что все будет отлично, – вспоминала Джейн. – О сути профессии она знала только по рассказам сестры Луизы. Та утверждала, что надо просто подавать посетителям напитки и разговаривать с ними, и еще хостес часто поют под караоке. Люси любила петь, так что для нее такая должность означала легкие деньги.

Но Джейн не интересовали подробности. Единственное, чего она хотела, – любой ценой не пускать дочь в Токио.

– Она постоянно твердила, что никогда не наделает глупостей и будет очень осторожна. Но я знала, что с ней произойдет нечто ужасное. Никак не могла выбросить страхи из головы. Япония вообще представлялась мне нереальной, но, как только Люси заговорила о ней, у меня в голове зазвучал голос: «Случится нечто страшное». Возможно, это была просто мысль, а никакой не голос, – мысль, которая сама пришла ко мне. И я потеряла покой. При дочери я не плакала, но наедине с собой – постоянно.

Джейми Гаскойн был в таком же смятении, что и Джейн. За несколько месяцев отношений он горячо полюбил Люси, и мысль о расставании, пусть даже на время, была невыносима для него.

– Не мне указывать другим, как им следует жить и чем заниматься, – рассказывал он мне. – Но я не хотел отпускать Люси. Однако она говорила о будущей поездке как об интересном жизненном опыте: сменить страну, сменить род деятельности. Поначалу речь шла о трех месяцах, это еще терпимо. Я подумал: «Ладно, езжай и наслаждайся новизной. Веселись. Избавься от долгов и возвращайся. Очень надеюсь, что наши отношения перейдут на новый уровень». Мы ведь уже говорили о помолвке. Всерьез ее обсуждали. И знаете, наша любовь словно была предначертана судьбой, если вспомнить, как упорно все хотели нас познакомить.

Однажды вечером Джейми и Люси решили пойти на фильм «Красота по-американски». Когда они стояли в очереди за билетами, девушка сказала Джейми, что на время отъезда в Японию не хочет связывать себя никакими обязательствами.

– Я был потрясен до глубины души. Просто сполз по стене, не зная, что ответить. Как гром среди ясного неба. У нас были замечательные отношения. Я постоянно мотался из Севеноукса в Лондон и обратно. Мы никогда не ругались и даже не спорили. Я сказал: «Мы же вместе идем в кино. Ты шутишь». Она ответила: «Нет-нет, думаю, нам надо разойтись». Мне не верилось в реальность происходящего. Совершенно не похоже на Люси. Моей Люси и правда больше не было. За неделю до нашего разрыва она совершенно изменилась. Стала совсем другой. Вам знакома ситуация, когда близкий человек начинает что-то скрывать от вас, темнить? Ей будто кто-то приказал: «Ты должна вести себя вот так». Я ничего не понимал. Полное безумие. Будто кто-то ею управлял. Луиза, ее подруга, была вполне славная, мы с ней ладили. Но она очень влияла на Люси. Вот чего я не понимаю. Все, что говорила Луиза, становилось прописной истиной. И не только из-за того, что Люси равнялась на нее. Такое ощущение, что она считала Луизу абсолютным идеалом во всем.

Как оказалось, Луиза тоже собиралась порвать со своим парнем Джеем, с которым уже давно встречалась.

– Вот что было на уме у Луизы, – пояснял Джейми. – Она разбежится с Джеем, и Люси тоже должна лететь с ней в Японию как свободная одинокая девушка. Не знаю, зачем такие сложности. Во всей этой истории с поездкой было множество недомолвок. Их поведение и дальнейшие планы оставались тайной за семью печатями. Вернее, у них и плана-то не было. Просто Луизе захотелось в Японию, вот они и собрались в Японию – конец истории. А потом они улетели. Я был просто раздавлен. Сидел и думал: «Вот и все, теперь надо строить жизнь заново».

Поведение Люси за несколько недель до отъезда в Японию удивляло всех, и чем ближе был день отъезда, тем больше девушка менялась.

– Она закрылась ото всех, по крайней мере от меня, – рассказывала Гейл Блэкман. – Под конец я почти ее не видела. Она совершенно переменилась, замкнулась в себе.

Дома Люси устроила генеральную весеннюю уборку, чересчур тщательную даже по ее высоким стандартам чистоты.

– Она прошлась везде, выносила на помойку огромные мусорные пакеты со старыми письмами, личными вещами, – рассказывала Джейн. – Выбросила много одежды. И не сказать, что Люси избавлялась от хлама, потому что в комнате у нее и без того царил порядок. Казалось, она уезжает не просто на несколько месяцев. Дочь вычистила комнату так, будто не собиралась возвращаться.