Позолоченные латунные кости. Коварное бронзовое тщеславие
Шрифт:
Жизнь, надо признаться, была ко мне щедра. Денежные мешки забредали ко мне именно тогда, когда их ожидал самый радушный прием. Я купил дом. Я имел капиталовложения, которые приносили достаточный доход, чтобы содержать дом в порядке и обеспечивать комфорт его обитателям, – хотя последнее по большей части являлось заслугой Синдж.
Синдж – крупная часть моей удачи.
Я и не осознал, что Покойник слегка приблизился к пробуждению.
– Ты собираешься выполнить то, чего хочет Белинда? – спросила Синдж.
Ее кризис миновал. Союзы вернулись. Она была просто чудом. Гортань крысюков не приспособлена для разговорной человеческой речи.
– Дело в Морли, Синдж. Я перед ним в долгу.
– А Тинни? Это может испортить…
– Я должен это сделать. Если Тинни не в силах понять, значит мы с ней попусту тратим время.
– Ух ты!
М-да. Меня охватил ужас. Это может стать причиной разрыва. Тинни превратилась в другого человека, как только убедилась, что стала единственной в моей жизни. То, что мужчины ассоциировали с темной стороной рыжули, немедленно сделалось преувеличением.
Я позабочусь о том, чтобы ее светлая сторона осталась такой же изумительной, какой была всегда.
– Хорошо. – Синдж произнесла это так, будто не очень верила в то, что слышит. – Поскольку я знаю, что ты двинешься прямиком в «Огонь и лед», я управлюсь с Тинни.
Я запротестовал, но ухмыльнулся. Люди не управляются с Тинни. Тинни управляется с людьми.
– Оставим споры. И удачи.
– Гаррет, есть вероятность, что мы сделаем на этом деньги?
– Нет. Это время для любви.
– Ты так думаешь почти всегда. Может, нам снова повезет.
Прежде чем отпустить меня, Синдж убедилась, что я вооружился и приготовился к встрече с более старой, менее дружелюбной частью Танфера.
– Я буду молиться человеческим богам, чтобы тебя не загребли гвардейцы. Ты плохой лгун. Они обыщут тебя через десять секундпосле того, как остановят.
Репутация одного из лучших верноподданных Карентийской короны не склонит чашу весов на мою сторону после ареста за ношение незаконного оружия. Синдж не позволила мне уйти с чем-то менее эффективным.
А еще она сказала:
– Хотя ситуация вроде бы не требует помощи Покойника, я попытаюсь его разбудить.
– Синдж, ты сокровище.
Удивительно прямая фраза. Я пожалел о ней раньше, чем успел договорить. Однако Синдж смешала небеса и землю, презрев открывшуюся перед ней возможность.
– Знаю. Мне трудно вообразить, как бы ты без меня выжил. Ступай. Нет! Подожди! А что насчет остальных друзей?
– Что? Насчет кого? – спросил я.
Характерно для моего пошатнувшегося статуса.
– Плоскомордый. Торнада. Плеймет. И полудюжина других.
– А! Насчет них…
В данную минуту мальчик мамы Гаррет не очень хорошо себя вел по отношению к ее второму любимому сынку. Я почти не поддерживал с ним связь.
– Думаю, ты могла бы потихоньку дать им знать, как обстоят дела. Не упоминая о том, что случилось с Морли. Но вряд ли мы попросим их впутаться.
Синдж только покачала головой.
Мне нужно было убраться отсюда и осчастливить мою особенную крысодевушку, отыскав настоящего, пропавшего Гаррета.
«Огонь и лед» я нашел без труда. Это хорошо известное заведение на окраине Квартала Эльфов удовлетворяло нуждам преуспевающих работяг. Не бордель высшего пошиба, какой я ожидал увидеть, но и не отвратное место сборища прохвостов. Здесь лавочники и ловкие торговцы могли расслабиться на вечерок. Веселая контора была своего рода атавизмом, потому что делала деньги не на объемах продаж и не только на главном предмете сбыта.
Я предположил, что лишь благодаря расслабляющей атмосфере заведение оставалось конкурентоспособным. В наши дни большинство доходов оседало в безвкусных театрах Танфера. Посещение театра было последним криком моды отчасти потому, что мужчина мог привести туда жену. И жены это знали.
У дверей я назвал свое имя. Оно не подействовало как пароль. Я попробовал имя Белинды. И оно совершило чудо.
Моментально появилась ветеранша-брюнетка – не так давно, безусловно, сокрушавшая сердца. В ней было нечто особенное, и я почувствовал искушение предаться размышлениям о том, чего меня лишили.
– Ты от мисс Контагью?
– Она попросила меня присмотреть за вашим раненым гостем.
Брюнетка вдумчиво оценила мое спокойствие. Потом вдумчиво оценила меня. Обратилась к своим воспоминаниям. И решила: перед ней – парень что надо, хотя и не производит особого впечатления.
Я был оскорблен в лучших чувствах. Я жаждал произвести впечатление. И я был таким прекрасным образчиком бывшего морского пехотинца, какого только можно сейчас найти в вертикальном положении. У меня есть отметины и шрамы, но они просто дают вам знать, что я настоящий морпех.
– Хорошо. Идем со мной.
Эти слова сопровождал свирепый взгляд, бросавший мне вызов: пусть я только подумаю удрать.
Мы прошли через причудливую гостиную, где в данный момент совершенно не было посетителей. Потенциальных свидетелей выставили вон. В дальней части комнаты, отведенной под изысканные яства и плотские утехи, я заметил несколько аппетитных девочек, наслаждавшихся легкой закуской и старательно не обращавших внимания на проходящих мимо. Две оказались чистокровными эльфийками. Остальные были почти столь же роскошны.
– Хватит пускать слюни на ковер.
– Прости. Я теперь редко выбираюсь из дома.
– Есть предложение. Держи руки при себе, пока ты здесь, – сказала брюнетка, фыркнув.
Она относилась к тем, кто не может не смеяться через нос. У меня ушло несколько секунд, чтобы понять шутку.
– Меня окрутили, – натянуто сказал я.
– Как и большинство наших клиентов.
Мы подошли к узкой, крутой задней лестнице.
– Я Гаррет, – сказал я, хотя мое имя больше никого не ввергало в благоговейный трепет.
– Знаю. Наслышана о тебе. И о твоей репутации.
– Проклятье! Я и не знал, что у меня есть репутация. Наверное, сплошное вранье и преувеличения. А ты кто?
– Можешь звать меня мисс Ти. Если решу, что ты сносный, позволю называть себя Майк.
– Майк?
Один из этих? Здесь?
– У меня был брат, мы звали его Мики, – сказал я.
– Это сокращенно от Мишель, – пояснила мисс Ти.
Она твердо произносила «ш».
– Твой брат не вернулся с войны?
– Да. И разбил сердце матери.