Чтение онлайн

Это сообщение было встречено радостным гомоном и восторженными улыбками.

Этьен хлопнул в ладоши.

— Итак, все по местам. Сегодня у нас полно работы.

Труппа рассеялась. Не будучи занята в первой части репетиции, Белла большую часть утра провела в ожидании своей очереди на снятие мерки. В полдень она поддалась настояниям Элен, которая решила угостить ее ленчем в ближайшем заведении, где подавали креольские блюда. Было самое время выполнить данное еще в первый вечер обещание побольше рассказать о себе, и Белла, тщательно выбирая слова, чтобы скрыть подлинное время событий, поведала о том, как она воспитывалась в Сан-Франциско, как стала испытывать страх перед сценой, и о трагической гибели родителей во время урагана.

— Бедняжка, — искренне разахалась Элен после ее рассказа. — Знаешь, я ведь заметила, как ты вдруг побледнела, когда Этьен спросил нас насчет участия в трио. И что ты думаешь по поводу нашего номера?

Задумчиво помешав свое гомбо, Белла вздохнула: — Я не в восторге. Но в конце концов трио в три раза лучше по сравнению с сольным выступлением. Элен ободряюще потрепала ее по руке.

— Конечно, Я тебе посоветую вот что. Когда будем петь трио, продолжай думать, что это хор, только в уменьшенном размере. Ну и я буду рядом для моральной поддержки.

Лицо Беллы прояснилось,

— Какая ты милая! — сказала девушка с нежной улыбкой — Взяла меня под свое крылышко, накормила, одела, а теперь еще и в трио будешь ободрять. — Она опять вздохнула: — Боюсь, я тебе в обузу!

Элен возмущенно фыркнула.

— Что за вздор! Белла, ты сама не понимаешь, какая ты прелесть. Я очень рада, что мы подружились.

— И не волнуйся насчет квартиры и еды. Моя мама уверена, что я влачу голодное существование, и поэтому высылает мне более чем достаточное ежемесячное содержание.

— И тем не менее я со временем верну тебе все долги до последнего цента, — пообещала Белла.

— Хорошо, — весело и примирительно промолвила Элен и заказала себе и подруге пралине на десерт.

Позже, когда Белла неспешно возвращалась на сцену по проходу между рядами, она услышала, как Этъен Равель громыхнул на весь театр:

— Белла де ла Роза!

Девушка пулей кинулась на сцену. Там она обнаружила одного Андре Дельгадо. Он блудливо улыбался и покручивал свои длинные усы. У Беллы екнуло сердце. Она огляделась и увидела, что остальные артисты или стоят за куликами, или сидят в зале. Жака нигде не было видно — наверное, не все конфеты еще раздал!

Белла уставилась на задумчиво сдвинувшего брови Этьена, стоявшего у оркестровой ямы.

— Да, мистер Равель, — пролепетала она, — Я вам нужна?

— Андре собирается исполнить «Ее бы лучше пожалеть, чем упрекать». И возникло любопытное предложение: петь, обращаясь к падшему созданию. На эту роль без слов он предлагает вас, Белла. Я полагаю, если выпустить вас на сцену в броском атласном платье, использовать побольше перьев, а щеки хорошенько нарумянить, вы вполне сойдете за невинную, слегка замаравшуюся голубку. Как вам идея?

Андре довольно хихикнул. У Беллы язык отнялся, она лишь молча таращилась на Этьена. Когда девушка наконец обрела дар речи, в ее голосе дрожал упрек:

— Сэр, не бывает невинных шлюх.

— К ее удивлению, Этьен согласился:

— Точно, мисс де ла Роза.

Внезапно словно из-под земли вырос Жак. Тенор вышел на сцену и с высоты величаво уставился на коротышку-директора.

— Мистер Равель, — сердито произнес он, — я не потерплю издевательств над мисс де ла Роза.

Под хихиканье остальных артистов Этьен стушевался и примирительно возразил:

— Я отнюдь не издеваюсь, Жак. Наоборот, предлагаю ей хорошую роль.

— Да, Жак, — вставил Андре с усмешкой, — единственно для пользы дела, во имя искусства.

— Не надо толковать мне про искусство, мерзавец! — бросил Жак в сторону Андре, а потом весь свой гнев обрушил на Этъена, — Я не желаю, чтобы на имя Беллы де ла Роза была брошена малейшая тень.

— Я не позволю вам вырядить ее проституткой, равно как и рисковать тем, чтобы кто-либо — хоть один человек! — принял ее за женщину легкого поведения.

Белла не очень-то обрадовалась нежданному защитнику. С каких это пор он назначил себя в защитники той добродетели, которую накануне всеми силами норовил растоптать?

— Ради Бога, помолчите, мистер Лефевр! — сердито сказала она. — Я не нуждаюсь в вашей защите.

Он оглянулся — со странным, умоляющим выражением лица.

— Но, Белла…

— Я серьезно! Уж кто бы говорил…

Жак мрачно насупился.

Этьен покачал головой.

— По-моему, тебе попросту не нравится, что это Андре поет серенаду Белле, а не ты сам. Я прав, Жак?

У Жака сжались кулаки.

— Речь не об этом… — процедил он.

— Здесь театр, а не пансион благородных девиц! — перебил певца Этьен. — — Коль скоро предложение Андре на пользу представлению, то мы его используем. Разумеется, если мисс де ла Роза не имеет возражений.

Жак повернулся к Белле и впился в нее взглядом.

— Итак, Белла, — сказал он, — решающее слово — за тобой.

Она выдержала его взгляд. Бросается на защиту ее чести после того, как чуть не соблазнил ее! «Нет, голубчик, — подумала Белла, — ты у меня сейчас повертишься ужом на горячей сковородке».

Белла повернулась к Этьену и, одарив его щедрой улыбкой, заявила:

— Мистер Равель, я не имею возражений против роли запачканной голубки. Только приготовьте мне платье покороче и самое вульгарное боа из перьев.

Этьен улыбнулся и развел руками, обращаясь к Жаку:

— — Вот вам, леди высказалась. Есть еще проблемы, мистер Лефевр?

В бешенстве выставив вперед челюсть, Жак развернулся на каблуках и быстрым шагом покинул сцену. Белла злорадно рассмеялась.

— Ну-с, мисс де ла Роза, — сказал Этьен, — вы готовы репетировать?

Белла взглянула на Андре. Тот буквальна сгорал от нетерпения. Белла вдруг сообразила, что в конце двадцатого века она уже исполняла похожую роль — молча подыгрывала певцу, качаясь в позолоченной клетке. Она чуть не расхохоталась.

— Отчего бы вам тоже не назначить меня на роль птички в позолоченной клетке? — сказала она с улыбкой.

— Что вы имеете в виду? — удивился Этьен.

Белла щелкнула пальцами.

— Эта песенка, про птичку в клетке, еще не написана, — — весело заявила она. — Поэтому будем петь старую — плаксивую. Отлично!