Чтение онлайн

— Я закопал свой капитал на двадцать пять лет, более того, если в ближайшее время на рудниках не начнется добыча драгоценных камней, то они снова отойдут правительству Камбоджи, а я…

— Закажешь панихиду по своему капиталу, — подтвердил правила игры Кельмер.

Твою мать!

— И ты здесь, чтобы что-то мне предложить?

— Да, у меня есть одно предложение. Очень удачно, что именно тебя подсунули в жернова наших семейных разборок.

— Это уже мои разборки.

— Плевать, интуиция подсказывает, что мы сработаемся, Алексей.

Еще до того, как я узнал предложение Кельмера о сотрудничестве, я знал, что приму его. У меня просто не оставалось других вариантов. Одно только угнетало: у меня и выбора не оставалось, кроме как подчиниться и ждать. Сколько времени пройдет, когда я снова стану самостоятельным и свободным, ни один из нас прогнозировать не мог, слишком уж шаткое положение было у обоих.

— Я знал, что мы договоримся, — удовлетворенно протянул Кельмер, а я усмехнулся. Еще бы, наверное, дьявол выглядит таким же убедительным, протягивая смертному контракт на покупку его души.

— Тогда пакуй чемоданы, оставляй завещание своим наемникам, и в семь жду тебя в аэропорту.

— Мне обязательно улетать сейчас?

— Да. Тебе точно нужно уединение для обретения душевного равновесия. А я не могу потерять только что обретенного партнера.

— У меня остались кое-какие нерешенные дела…

— Решай до семи. Я тоже наведаюсь к братцу, и мамку обниму. Но в семь летим на остров.

— А с Разумовским что делать?

Кельмер приподнял бровь, словно не мог понять, о ком я говорю.

— А! Да делай что хочешь. Хоть пристрели, чтобы спокойно жениться на его вдове.

Хм, а ведь отличный вариант! Найти бы только Катю.

И сердце снова сжалось, напоминая о гребанных незаживающих чувствах.

Коля ехать со мной отказался.

— Да он пешка. Кельмер, второй который, использовал его и выбросил. Я лучше домой поеду, пробью Катькин паспорт.

Я отпустил Колю, еле сдерживаясь, чтобы не рвануть с ним и не торчать над душой, пока он пытается выяснить, где Катя. Но до семи времени оставалось в обрез, надо еще решить, что делать с Разумовским. Просто так его оставлять нельзя. Он как гниль, приклеится и начнет разлагать все вокруг.

Переключившись мыслями на Разумовского, меня вдруг торкнула спасительная мысль! А ведь я могу вылезти за счет приобретенных активов у Кати. Избавлюсь от проблемных фирм, аккумулирую прибыльные и выведу их на фондовый рынок, подниму стоимость и продам. Так у меня образуется начальный капитал, чтобы снова вступить в игру.

Пусть не сразу, но верну свое состояние, а там предложу Игорю выкупить у меня чертовы рудники и…

И что дальше, Бергер? Будешь чахнуть как Кощей над златом? Нахрена тебе деньги, если даже потратить их не на кого?

Настроение снова упало. Спасти меня может только Коля с хорошей новостью, что Катя нашлась. Поэтому, увидев входящий от него, внутри наконец-то встрепенулось. Я был уверен, что сейчас же помчусь за Катей, потом провожу Кельмера на самолет с наилучшими пожеланиями и займусь тушей Разумовского.

Придется остаться в России, пока раскручиваю капитал и набираю обороты…

— Где она?

— Э-ээ… Где-то в Европе.

Я кивнул, логично улететь, чтобы не толкаться с бывшим мужем локтями в столице.

— Где конкретнее?

— Не могу сказать. Она приземлилась в Милане и больше паспортом не пользовалась.

— Тогда зачем ты звонишь?

— Алексей Валентинович…

Как мне не понравилось это вступление. Черт, пусть лучше «Лёшенька», но не «Алексей Валентинович» при ответе на вопрос «где Катя».

— Говори, — выдавил я из резко засаднившего горла.

— Она сняла деньги со своего счета. Всё до копейки. Я не думаю, что она хочет быть найденной.

Вот и всё.

Моя история с Катей закончилась. Я сам помог ей закончиться, выстелив красную дорожку и практически заставив Катю сбежать.

Не хочу ничего. Пусть всё само решается. Пофиг как… Деньги, рудники, Кельмер, биржа… Нахрен всё…

— Я услышал, Коля. Твоё задание остается прежним — найди её.

— Я понял, — тяжело вздохнул он, но вряд ли чувствовал даже десятую часть тяжести, которую тащил я.

— И открой в фирмах Разумовского интернет-доступ к счетам, выведи на мой ноут. Войти в дом, не имея отпечатков к замкам, ты можешь? Вот и сделай. Время до семи.

— Я не успею!

— Верю в тебя. И если не хочешь последовать за мной в ссылку на Мадагаскар, то успеешь.

Я отрубил телефон и вошел в неприметный дом, который использовали для решения сомнительных делишек. После Разумовского придется менять явку.

— Ну что, Влад? Прогресс есть?

— Хлипко чо-то. Пошли выйдем.

Я оглядел побитого Стаса, висящего привязанным к стулу, и кивнул Владу на выход.

— Что?

— Да хреново всё, шеф. У нас на него ничего нет, он просто исполнитель. Зато у него теперь к нам претензии. Неохота мне его отпускать.

— Предлагаешь оставить? — хмыкнул я, понимая, что альтернатива освободить Разумовского и огрести проблемы с законом, — лучше устранить его и чтобы закон ничего об этом не пронюхал.

Влад словно читал мои мысли, жестом чиркнув по горлу. Я покачал головой:

— Я повязан сейчас с ним слишком тесно. Только что выкупил все активы, он слил меня на бирже. Пусть через посредника, но если Евгений захочет закопать меня с рудниками — он это сделает, найдет все ниточки. Ну и Катя…

Катя…

Каждое воспоминание тут же отдавалось судорогой в груди. Как же больно, черт.

— Тогда что с ним делать? Держать здесь?

Я снова покачал головой. Ну не везти же мне его на остров? И я реально не знаю, как решить проблему не навешав на себя еще больше.

Принял входящий. Коля.

— Алексей Валентинович…

Опять? Дно пробито?

— Что еще?

— Тут такое дело… Разумовский успел обнулить счета и активы своих фирм. Полностью. Как бы, я могу дать вам доступ к счетам, но там только картотека висит. Смысл?

— Что? Когда? Как? Я же выкупил его фирмы!

— А он по доверенности провернул финансовые операции.

— После совершенной сделки? — моментально ухватился я за повод.

— После.

— Отлично!

Я отключился и развернулся к Владу: