Чтение онлайн

— Там комендант Мария Ивановна, добрая женщина. У нее есть свободные места.

— Ну, Леха, покупай торт.

В кабинете сидели две женщины. С широкой улыбкой я обратился к ним:

— Здравствуйте, тетеньки! Скажите пожалуйста, как найти Марию Ивановну?

— Здравствуй, дяденька. Мария Ивановна это я. Чем могу быть полезной? — в тон ответила одна из них.

— Ставьте чай. Будем есть торт.

— Пока не ответите, кто вы такие, торт есть не будем.

— Пока не поставите чай, не ответим, кто мы такие.

Я рассказал, что работаю колхозным экономистом, приехал в Балашиху в командировку и что бывшие выпускники ВСХИЗО рекомендовали обратиться к ней, доброй и приятной во всех отношениях Марии Ивановне, если возникнут проблемы с жильем.

Мы заплатили за три дня проживания, она выписала нам квитанции. Попили чайку. Вторая женщина, оказавшаяся уборщицей общежития, продолжила прерванный нашим визитом разговор. Она сетовала, что наняла шабашников отремонтировать домик в деревне неподалеку, а те деньги пропили и работу не выполнили.

Я встрял в беседу:

— У Алексея здесь в стройбате служит друг-прапорщик. В принципе, можно с ним переговорить.

Леха чуть не подавился тортом. Я продолжил:

— Ремонт обойдется недорого. Сами понимаете, бесплатные стройматериалы и рабочая сила у прапорщика имеются. Приведем десяток солдат в гражданской одежде. Поживут они у вас несколько дней. Их надо только покормить домашней пищей. А прапору достаточно заплатить рублей триста. Только надо, чтобы никто об этом не знал.

Бабулька согласилась, дала нам адрес. Вышли на улицу. Алексей не мог взять в толк, зачем нам это нужно.

— Не забывай, что ты не один. У бабульки мы можем пристроить целую группу. Конечно, дом придется отремонтировать. Зато какая легенда!

Затем побывали в гостинице автокранового завода. Следующий визит нанесли в местный гастроном. В ту пору разгоралась борьба с «зеленым змием». Подошли к грузчикам:

— Мужики, у нас проблемы.

— Никаких проблем. Сколько нужно?

— Две бутылки.

В мгновение ока товар перекочевал в наши карманы. Я попросил стакан. Нас завели в сторожку. Разлили на всех. После того, как опустела вторая бутылка, я выразил пожелание устроиться с другом на квартире с доброй хозяйкой. Грузчики понимающе кивнули, несколько минут обсуждали кандидатуры, перебирая имена, адреса и достоинства хозяек. Затем один из них нахлобучил кепку и повел нас в семейное общежитие. Так мы с Алексеем приобрели еще два адреса.

Стемнело. Подошли к бабулькам, сидевшим на крылечке возле пятиэтажной «хрущобы». Раскланялись, представились офицерами войсковой части и довели легенду, что к нам приехали жены, и нельзя ли на недельку снять квартиру?

Добросердечные старушки не только предоставили полную информацию обо всех жильцах, сдающих квартиры, но и переговорили с одним из них, взяли у него ключи. Всей компанией привели нас в пустое помещение. Придирчиво осмотрев голые стены, тут же согласовали между собой вопрос о предоставлении пары раскладушек с постельными принадлежностями и кое-какой посуды.

На следующее утро Алексей с гордостью доложил руководителю занятий, что снял семь квартир!

Следует признаться, что в Москве и других крупных городах страны каждый «Вымпеловец» приобрел по нескольку заветных адресов. У меня лично только в районе платформы «Новогиреево» имелось пять квартир, где можно было переночевать со всеми удобствами. А районе станции метро «Молодежная» даже прописался по фальшивому паспорту.

В первый раз нас подняли по тревоге в январе 1985 года, когда на Пленуме ЦК КПСС решалась судьба Генерального Секретаря Михаила Горбачева. У «Вымпела» в ту пору в Балашихе было 40 единиц бронетехники и батарея автоматических минометов «Василек». Когда мы прибыли в расположение части, бэтээры, простуженно кашляя сизыми клубами дыма, уже выстраивались в колонну у КПП. На них загрузили полный боекомплект! Нам тоже выдали боевые патроны. Ни фига себе! Ребята шутили:

— Объясните, будем штурмовать или оборонять Кремль?

Слава Богу, обошлось!

Вскоре поступила команда дополнить план боевой подготовки новыми пунктами, предусматривающими борьбу с терроризмом внутри страны. Я в ту пору отвечал за боевую подготовку своего отдела и, разумеется, эти нововведения касались меня лично. Поскольку в Афганистане уже приходилось заниматься «контртеррором», начал соображать. Покумекали с замбоями других отделов.

В ту пору я сошелся с Сергеем Лысюком, командиром УРСН (учебной роты специального назначния) дивизии имени Дзержинского Внутренних войск МВД СССР, и пользовался его полигоном. Серега два раза в неделю выезжал на отработку учебных задач на стрельбище в Новую деревню и включал в свои планы и наше подразделение. Таким образом, каждый месяц отдел имел возможность восемь раз поработать на их полигоне и один раз на своем стрельбище в Ногинском районе.

Как-то с сотрудником нашего отдела Василием Ивановичем и с десятью прапорщиками приехали к Лысюку и попросили научить пользоваться щитами и резиновыми дубинками. Он выделил своего инструктора по рукопашному бою и трех солдат. Инструктор Олег сперва нас построил в шеренгу, заставил махать дубинками и передвигаться, выдерживая строй. Затем за нас принялись солдаты, вооруженные дрючками с набитыми гвоздями. Ну и потеха началась! Отметелили они нас, как хотели. После двух часов драки, насквозь взмокшие от пота, мы скинули бронежилеты и каски, закурили:

— Не, ребята, драться с толпой не наша стихия!

Раздеваясь, обнаружили жуткие синяки на руках и ногах, хотя солдаты били нас не сильно. Доложили о своих впечатлениях руководству.

Сергей Лысюк пригласил меня в дивизию на испытания изделия «Ключ-2», который представляет собой обычную эластичную взрывчатку, нарезанную узкими лентами, толщиной в мизинец. На специально отведенной площадке собралось несколько милицейских генералов, сотрудники НИИ спецтехники МВД. Солдаты прикрепили заряды к дверным петлям, прижались к стене на расстоянии… трех метров. Взрыв!

Вернувшись к себе, решил поработать со взрывчаткой по методике Лысюка. Начальство запаниковало. Мало ли что может случиться! С другой стороны опыт задействования «Вымпела» в операциях внутри Союза выявил ряд существенных пробелов и недоработок в боевой подготовке. Получилась классическая тупиковая ситуация вроде «Казнить нельзя помиловать», вернее «Разрешить нельзя запретить».

Посоветовавшись с начальником отдела Кимом Виктором Николаевичем, составил сразу три плана-конспекта на одно полигонное занятие: